Чтение онлайн

Я еще не признавался себе, но уже знал, что ревную ее к тому, что может произойди там, среди глумливых улыбок и равнодушии остальных… И не хочу этого.

Мне не спалось. Ната, почти спокойно — как мне показалось — напомнила о том, что прикончила двоих из этой стаи… Впервые. Но ведь я сам — тоже, убивал… И тоже — впервые… Впервые в жизни я убил человека. И не одного, а сразу нескольких. Это совсем не одно и тоже, что охота на зверя. Там, действительно, была именно охота. А здесь — убийство. И мне, до того времени и не помышлявшему о подобном, было очень и очень не по себе… Ната пошевелилась у меня на плече, я поправил голову девушки. Она что-то пробормотала во сне и опять затихла. Ната, испытавшая со мной столько всего, за такой короткий отрезок времени, не могла не понять — более того, прямо заявила мне о том, что будет далее. Я мог не соглашаться с ней, мог убеждать, что это не так, но внутри, в глубине своего мужского «Я», знал, что она права…

Обратная дорога обошлась без каких-либо происшествий. Никто не пытался преследовать или нападать, даже в таком потрепанном виде мы не являлись легкой добычей, и все встречные стаи обходили нас стороной. Мое плечо еще ныло, но мази Дока, и, ранее полученный порошок Дины, творили чудеса. Если бы не необходимость нести груз, бросить который мы не могли, оно зажило еще быстрее. Но я не соглашался отдать его Нате — кто-то должен быть всегда наготове, чтобы встретить врага смертоносной стрелой или нашим последним дротиком. Теперь нам помогала Элина — девушка оказалась на удивление сильной и выносливой. Впрочем, иначе и быть не могло — последние месяцы, проведенные в борьбе за выживание, в условиях сурового, горного климата и постоянных опасностей, не могли не закалить ее. Она лишь производила впечатление хрупкой, на самом деле, оказалась волевой и стойкой и мало в чем уступала Нате… В будущем, это могло привести к осложнениям, но пока — только помогало.

Мы шли вдоль берега Синей, не торопясь, давая возможность мне и Угару окончательно залечить раны. Спешка могла плохо кончиться. Постепенно, я вновь втянулся в походный ритм и на пару с Натой — Элину мы оставляли возле вещей — предпринял несколько удачных вылазок в степь. Мы приносили убитых кролов и джейров — странных животных, внешне сильно напоминающих бывших джейранов. Мясная пища, уверенность в своих силах — наша компания довольно быстро пришла в себя и, к моменту вхождения в узкий проход, между рекой и скалами, уже полностью оправилась от выпавших на общую долю невзгод. А когда мы подошли к границе бывшего города вплотную, Элина, увидев, как перед нами вырастают громадные холмы, из занесенных пеплом зданий, охнула…

— Пойдем. Теперь уже не далеко. Два дня.

— Там всюду смерть…

— Не везде, — Ната встала с ней рядом и поправила ремни, натершие кожу. — Там, где мы обитаем — нормально. Если это можно так назвать… Не так много всяких тварей, вроде крыс, как в прерии или долине — можешь называть, как хочешь. И двуногих нет…

— Это был мой город… — Элина заметно побледнела. — Я в нем выросла! Боже мой, как все это ужасно! Я даже представить себе не могла, во что он может превратиться…

Прошли и эти последние дни. Впереди, как всегда, шествовал Угар. Он уже полностью оправился от удара дубины и вновь исполнял свои обязанности охранника нашей группы в походе. Мой лук болтался за спиной, расстреляв по дороге все стрелы, я полагался только на копье, прихваченное на месте схватки, да меч, которым поразил первого из нападавших. Элина находилась посередине, а замыкала шествие Ната. Девушки понемногу привыкли друг к другу, и Ната больше не пыталась одергивать Элину по всяким мелочам. Оставалось совсем немного. Не первый раз мы возвращались из похода в наш подвал, и, все время сердце замирало в предчувствии этого, чудом обретенного дома…

Ната обошла Угара, сделав знак всем остановиться — мы уже подходили к холму. Она обошла его кругом, взобралась на сам холм — мы терпеливо ждали внизу. Девушка обвела глазами окрестности, спустилась вниз и произнесла:

— Пришли…

Я помог ей откатить камни, которыми мы завалили вход в убежище, и она, пропустив вперед Угара, произнесла, обращаясь к Элине:

— Ну вот… Это наш, а теперь и твой дом. Заходи.

Чуть замешкавшись на пороге, Элина, которая среди руин и могильных холмов, совсем сникла за эти дни, вздернула голову, посмотрела на меня и пригнулась, отправляясь по лазу в глубину подвала.

…Элина отреагировала на убежище более спокойно, чем ожидали мы с Натой. В дороге то я, то Ната, несколько раз заговаривали о том, что ждет ее в городе, в котором расположено наше жилище. Для девушки, почти целый год скитавшейся среди суровых ущелий, и выжившей буквально чудом, оно могло представляться чем-то невероятным. Тем не менее, она не утратила дара речи при виде огромных сокровищ — а ведь у нас, действительно, имелись настоящие сокровища, куда ценнее тех, что описывались в пещере Али-бабы. Немалый запас продуктов, с еще приемлемым сроком годности, десятки рулонов ткани, чуть ли не пара сотен флаконов всевозможной парфюмерии. Впрочем, Элина только что перенесла тяжелую утрату… Мы старались облегчить ей первые дни, памятуя о недавней гибели ее матери. Совсем недавно, я старался сделать тоже для Наты. Но тогда мы были одни. Присутствие второй женщины в нашем доме внесло некоторые изменения в привычный, уже сложившийся уклад. Теперь, то место, которое некогда занимала Ната, вновь пришлось перегородить ширмой, я опять соорудил настил для Элины, и девушка получила что-то вроде отдельной комнатки. История повторялась…

В первый же вечер познакомили ее с необходимыми правилами обитания во вновь обретенном убежище. Первое и главное из них, заключалось в том, что Элина обязана немедленно покинуть подвал, почувствовав тряску под ногами — опыт предыдущего землетрясения не прошел даром! У самого выхода, в небольшой нише находились мешки, плотно набитые продуктами и одеждой. Если землетрясение повторится — мы всегда сможем их вытащить без особых усилий. Кроме этого, подобные небольшие склады были устроены в укромных тайниках на территории самого города. Один раз мы уже оказались без средств, к существованию — повторения не желал никто.

Время шло. Девушки, несмотря на мои опасения, быстро подружились, найдя общий язык в предметах, в чем-то, даже недоступных моему пониманию. Как Ната, соскучившаяся по «женским» разговорам, так и Элина, не имеющая собеседниц в своем прежнем обществе, в силу юного возраста, теперь обрели друг в друге то, что им не хватало — подругу. Как мы узнали, они оказались практически ровесницы — Элине в дни Катастрофы исполнилось семнадцать лет. Правда, выглядела она несколько старше — перенесенные лишения и гибель множества людей на ее глазах не могли не оставить свой отпечаток в душе девушки.

Она достаточно спокойно восприняла, что Ната, будучи даже моложе ее, спит со мной в одной постели… По явному смущению, мы догадались — Элина, похоже, действительно осталась девушкой… Ната, несколько пораженная этим обстоятельством, недоверчиво поглядывала в ее сторону. Она просто не могла себе представить, как можно сохранить девственность в подобных условиях… И тут вовсе не имело значение ее собственное прошлое — она просто напомнила мне о рассказах, услышанным в поселке из различных источников, будь то Док, или две подруги — Шельма и Тома. По их словам, после Катастрофы насилие над женщинами, особенно молодыми, стало чуть ли не обыденным явлением. Иногда в описании фигурировало имя Совы — наш друг пару раз вмешивался, что заканчивалось смертью для насильника. Так мы узнали о том, что индеец умеет убивать не только животных… В какой-то мере это не явилось откровением — я делал выводы и из повествования самого индейца.

Мы не стали сразу расспрашивать девушку, о ее скитаниях среди горных ущелий, скал и лесов, полных преобразившихся зверей. Я полагал, что излишнее любопытство сейчас ни к чему. Что до Элины — она также не особо торопилась посвящать нас в перипетии своих злоключений… И, лишь когда сама, в один из вечеров, стала вспоминать о том, что предшествовало нашему знакомству, мы услышали подробности ее спасения и выживания в преображенном мире. Девушка, оправившись от шока, оказалась очень общительной и могла подолгу рассказывать, о чем-нибудь, в отличие от нас с Натой, предпочитавших теперь больше молчать и слушать.

Если начало ее приключений почти совпадало с нашим, то остальные события резко отличались. После Катастрофы — а Элина, на удивление легко ее перенесла, оставшись без единой царапины, словно ужасы, бушевавшие на Земле, обошли ее стороной! — девушка выживала в горах. Ей вот-вот должно было исполниться семнадцать, и, собираясь отпраздновать вместе с подругами, она выехала за город, к берегу широко известного горного водохранилища. Там ее уже ждала мама, заранее договорившаяся с владельцем одноэтажного деревянного кемпинга. Неподалеку располагалась база горнолыжного курорта, где они и условились все встретиться. Случившееся застало мать и дочь в арендованной машине, когда они почти доехали до места. Парень, сидевший за рулем, выпустил его из рук, от разрывающей сознание боли, и они скатились в кювет. Последовавшая за этим, земляная волна, подбросила машину, и от удара открылись дверцы. Это спасло женщин от гибели. Элина и ее мать вылетели из автомобиля и упали по разные стороны дороги. По счастливой случайности, они оказались покатыми, поросшими густой и прибитой первыми заморозками, травой. Земляная волна, которая не обошла стороной и горы, не накрыла их могильным холмом — но вместо этого укрыла пластом вывороченной почвы вместе с деревьями… Придя в себя, после первого испуга, они выкарабкались, направились к кемпингу, но, добравшись по неузнаваемо изменившейся местности до цели, увидели только полыхающие развалины и стремительно исчезающее озеро. Вода с ревом и гулом неслась к проломленной бреши в плотине, а остатки, в открывшиеся при землетрясении, расщелины. В первую ночь они чуть было не замерзли, едва перетерпев холод в покосившейся и чудом не упавшей крохотной сторожке, сбитой из легких досок. Наверное, лишь легкость и простота конструкции позволила той уцелеть и послужить пристанищем для двух насмерть перепуганных женщин. Оттуда они видели зарево над городом, и, как рушились высокие скалы — над их собственными головами! Ураганный ветер практически смел весь снег с ровных поверхностей, образовав вместо него громадные завалы из перемешанных и вырванных с корнем деревьев. На них и решила подняться на следующий день ее мама. То, что они увидели, сильно отличалось от того, что приходилось наблюдать мне, или Нате… Почти полностью поваленный лес, вздыбленная поверхность бывшей дороги и извилистые холмы на месте полей. Но, благодаря тому, что вся эта область непостижимым образом взметнулась высоко вверх, они могли увидеть то, что стало с местностью, оставшейся внизу и ставшей впоследствии той самой долиной. Вдалеке, только угадываясь в очертаниях, виднелись остовы и железные скелеты разрушенных мостов, домов, поселков… Пустое русло вмиг исчезнувшей реки, зарево пожаров, страшная тьма к востоку… А потом, буквально за пару дней, все затянулось практически непроглядным смогом, в котором едва можно было и шагу ступить. В сторожке нашлось немного продуктов — это спасло женщин от голодной смерти, и дало надежду на спасение в будущем. Надежду крохотную и с каждым днем все более слабую — время шло, и, не представляя масштабов Катастрофы, они просто оставались на месте, ожидая спасателей. Те не появлялись…