Чтение онлайн

— Ты такой же воинствующий шаман, как Святоша — монах.

Я усадил приподнявшегося Дока на место:

— Хватит… Не за этим мы собрались. А если за этим — то говорить о вражде с поселком следует всем вместе. Неужели вы думаете, что я хочу новой крови? После того, что пришлось вынести долине от бандитов? Да пусть Святоша хоть папой себя назовет — нам то, что с того? Пока он болтает — пусть болтает… А, если решит показать клыки — встретит наш оскал!

— Вот, вот… — Стопарь вздохнул, огорченно отставив в сторону чашку, предложенную ему Натой. — Ты снова хочешь дождаться, пока ударят нас. А вождю следует предвидеть и нападать первым!

— Да не вождь я! Что с того, что я старший здесь, в форте? В долине, в каждом становище, в каждом селении, есть свой командир! И пока еще никто не изъявил желания подчиниться форту! И не будет такого желания — не дождетесь. Вы что хотите — чтобы мы уподобились Сычу? Чего тогда стоило все наше сопротивление? Чем мы лучше него? Нет… Нападать на поселок и убивать Святошу только за то, что он — Святоша! — не вижу смысла.

— Будем ждать ножа в спину… — Чер тоже отставил чашку.

— Сговорились? — я обвел их взглядом — И когда только успели…

Неловкое молчание нарушила, как ни странно, Элина. Она вдруг выпорхнула из своего закутка и подсела рядом с Совой.

— Ну, на самом деле, ты бы объяснил нам, что означают все вот эти веревочки, косички, перышки… Конечно, Зорька твоя это знает — но, мы-то — нет!

Ошалевший слегка от такого неожиданного вмешательства, Сова перевел глаза на меня, на Дока, а потом махнул рукой:

— Огненный Цветок всегда вмешивается в дела мужчин…

— Огненный Цветок и оружие держит в руках как мужчина! — она парировала его негодование обезоруживающей улыбкой, от которой индеец вконец растаял. Зорька, глядевшая на это издалека, сухо заметила:

— Дар, я очень люблю своих подруг… И если твоя скво решит уйти к моему мужу, то не буду против.

Элина вспыхнула, но смолчала. Зато Ната, как бы вскользь, отметила:

— Ты, может, и не будешь… А, вот нас, спросить не мешало.

Она так посмотрела на Элину, что та спрятала лицо за широкой спиной кузнеца. Тот, увидев, что в нашем доме что-то явно не как всегда, обратился к Сове:

— Ну, если о делах поговорить не получается… Давай, хоть, о своих расскажи. В смысле — что там у тебя девушка попросила?

Сова чуть заметно усмехнулся и, уже вполне серьезно ответил:

— Хорошо… Мой брат желает знать — для чего это, это и это? — он сопровождал слова, указывая рукой на некоторые детали своего убранства. — Белая Сова будет только рад объяснить вам об этом! Слушайте…

Он коснулся своих волос:

— Принадлежность индейца, к тому или иному племени, а также роду или тотему внутри племени, всегда можно определить по его украшениям на одежде, прическе, татуировке, и даже особым шрамам на лице или руках… Это — как паспорт, или водительские права для вас. Но, если документы можно выбросить или поменять — изменение любого атрибута у индейца могло сразу сказаться на отношении к этому человеку. Нельзя носить прическу ирокеза и одновременно, татуировку тэва, или чероки…

Ната заметила широко раскрытые глаза Стопаря и пояснила:

— Это названия индейских племен.

— Ага… Я понял, давай дальше.

Сова кивнул:

— По этим признакам, воин и охотник, да просто любой бродяга прерий, всегда мог определить, свой ли перед ним, или чужой. Это давало и преимущества, и определенные неудобства. Но индеец скорее предпочел быть убитым в неравном бою, чем прятаться под вражеской личиной!

— Добавь — настоящий индеец! — с некоторой иронией подтвердил Чер.

Сова метнул на него молниеносный взгляд — Чер невозмутимо и даже несколько невинно выдержал его… Я улыбнулся про себя — если уж наш признанный следопыт позволяет себе подтрунивать над Совой — что тогда следует думать о других? Ох, вряд ли получится бедному шаману обрести себе последователей… Но уж лучше он, чем Святоша. Или же — лучше вообще без веры?

Сова между тем справился с собой и продолжил:

— Отличительные знаки моего рода — рода Белых Сов! — он указал на несколько свободно падающих прядей на виске. — Выражены в прическе. Мои волосы лежат на правой стороне, без украшений, не связанные ничем. Зато, с левой — разделены на несколько косичек. Сами по себе они ничего не означают — смысл имеет то, какого цвета ленты вплетены или перевязаны на них. Но уже это разделение на две части — тоже, один из признаков моего рода. Позже я расскажу, почему так… А, теперь — о том, что именно говорят эти шнурки и их цвет.

На первой косичке — белая перевязь. Она символизирует, что у меня есть любимая, она же жена. Будь это невеста, или девушка, с которой воин только собирается разделить свое ложе — перевязь была наполовину белой, наполовину — зеленой.

— Догадываюсь… — мне стало интересно. — Зеленый — цвет надежды? В смысле — эта девушка в будущем, все-таки должна стать женой воина?

— Да! — Сова улыбнулся. — Ты прав, брат мой. Таких косичек может быть несколько — по числу скво, в типи моего брата.

Он вдруг нахмурился и, прогнав смутную тень на лице, заметил:

— Ты видишь рядом еще одну? Ее перевязь — черная… Это — знак того, что у меня была еще одна жена — и она умерла. А о том, что они были одновременно, говорит то, что обе эти косички переплетены вместе вверху. Будь они по отдельности — всем ясно, что каждая из них…

— Жила с тобой одна, поочередно. Это действительно, очень просто. — Ната присела рядом и взяла индейца за руку. Тот благодарно кивнул ей, но сразу обратил внимание на третью косичку:

— После женщин — о детях, которые у меня могли быть, или есть. Если есть — в эти же косички, чуть ниже, вплетается голубой шнурок, а закончить следует белым — на случай, когда речь идет о девочке, или красным — будущий охотник и воин. Но их нет… И потому, сразу после скво, идут главные — по которым видят, что из себя представляет этот воин!

— Постой… — я криво усмехнулся. — Если я все верно понял… Мне следует носить три таких, да? Первая должна быть черной, и с последующей голубой, а затем красной нитью? А затем — две с белыми и вместе?

— Да…

Ната посмотрела на меня, но ничего не сказала. А Чер добавил:

— А если ты думаешь, что это не так — черную ленту замени зеленой… Символ надежды должен быть и у других.

— Решать Дару, — Сова говорил твердо, не делая скидок. — Но так будет верно…

Я молча кивнул — продолжай…

— Хао. Дальше — число красных ленточек-колечек на этой пряди. Их должно насчитываться от одной до девяти, или одна, в которой черная переплетена, с красной, по всей длине. Число девять — священное число моего племени. Все победы над врагом, будь то особо опасный хищный зверь, или человек, обозначены цветом пролитой крови. Любая, после этого числа — уже не имеет значения. Воин доказал свою значимость и после девяти они не указываются. Тогда можно делать переплетение обоих цветов. А вот взять в типи жену, воин мог только после пяти колечек — и никак не раньше!