Чтение онлайн

— Да тут и выбирать нечего, — возмутился я, хотя с энтузиазмом подошёл к полке.

Первым в руки попал будильник настольный. Завёл, тикает, подкрутил и тот громко зазвенел. Штука нужная, а у меня нет, сделал вид что убираю в вещмешок, а на самом деле отправил в хранилище. Со вторым предметом тоже долго не думал. В вещмешок-хранилище пошёл небольшой топорик. У меня такой был, достал в Киеве, но с концами ушёл, когда девчат к своим выводил. Выдал повару, рубить на дрова ветки, и всё, так и загулял. А потом как-то закрутилось, не до него. А топорик хорош, древняя вещь. И рукоятка идеально сидит. Так что подписал ведомость, и двинул на выход. Талон, разрешающий покинуть здание, был на руках, выдал дежурному, и к дверям. Только и услышал ворчливый вопрос кладовщика дежурному:

— Где-то только нашли его?

— А что?

— Зверь лютый…

На этом дверь двустворчатая за спиной закрылась, и я оказался на улице, где энергичным шагом двинул прочь. Весна, ручьи уже текут, снег грязный ноздреватый вокруг, и лёд под ногами мокрый, ноги разъезжаются. Четыре месяца о бане мечтал, вот туда и иду. Пока два раза упал.

— Давай ещё парку! — крикнул я банщику, и тот завозился, поддавая.

Я лежал на полке, и помощник банщика хорошо так обрабатывал меня двумя вениками. Потом мокнул в тазик мочалку и начал надирать кожу. До скрипа, до покраснений. На голове короткий ёжик. Нас брили раз в десять дней. Семь дней назад было в последний раз, немного отросло, но что я из камеры, те поняли сразу. Форму и грязное исподнее стирали, я оплатил, а сам вот в бане, отлично отдыхал. Ух, пот так и тёк по телу, прогоняя промозглую сырость камер. И вонь, которая казалось пропила всё, даже меня. Уже позже, в одной простыне сидя в зале, я пил пиво из кружки. Всё стоит денег, плати, и будет. Пиво кстати так себе, среднее, берлинское лучше, хотя и светлое живого брожения. И рыбу вяленую нашли, леща. Так что лакомился. Так вот, под пиво с рыбой я размышлял. Бумагу мне выдали, но бюрократия и тут сказалась. Пятое апреля, это воскресенье, крайний срок. Нет чтобы бессрочную дать, я бы пару недель отдыхал, но срок указан прибытия в Автобронетанковое управление. В течении трёх дней. Так что у меня на отдых всего три дня, закуплюсь на рынке, на радио побываю, ещё пяток песен выдам, освежу память о себе, Ингу огуляю хорошенько. Нужно решить вопрос с индивидуальной квартирой на эти три дня, никаких коммуналок мне не надо. Отдыхать, так по полной.

Баня была ближайшая от Лубянки, местные жители подсказали, причём трое сообщили, что сегодня женский день. Четверг, второе апреля. С чего это он женский? Из-за войны график поменялся, не только в выходные баня работает, как оказалось. Ничего, приняли, в отдельный зал для начальства, и прачек нашли. Я прежде чем начать, воспользовался городским телефоном, нужный номер в записную книжицу записан, и набрал редактора организации радиовещания, где в прошлый раз пел и выступал. Сам велел звонить как в городе буду. Снял его помощник, но быстро вызвал кого нужно, так что обрадовал того, что в городе три дня буду, сегодняшний, к сожалению, тоже считается. Меня с Лубянки в три часа дня выпустили, про это ему не говорил, но сообщил где нахожусь, можно через пару часиков машину присылать. Новые пять песен готов в эфир выпустить, но сначала прослушать. Так что обещал машину выслать. Дальше вот парился, общался со старшим банщиком, выяснял насчёт снятия отдельной квартиры на трое суток, с возможностью продления. Где соседи не будут мешать с дамой встречаться в приватной обстановке. Да щедрую оплату обещал за это. Как раз пиво пил, когда тот подошёл, положил передо мной ключ и листок с адресом. Сразу и расплатился. Совсем рядом квартира, это хорошо. Так что основные вопросы решил, завтра с утра на рынок, а пока собравшись, форму мне просушили горячими утюгами, пока гладили, в тюк её свернул и прибрал, хотя имел желание после камеры просто выкинуть. Нет, пусть будет. А надел свою парадку, фуражку, шинель и сапоги. Кстати, форма заметно провисла, я похудел, да и загара нет, бледный после камеры. Ещё вышел из здания Лубянки, небо чистое, солнце так и светит, ходил щурясь. Отвык от яркого света.

Покинув баню, время полшестого, на шесть договорился на прослушивание, уже темнело, хотя с одной стороны небосвод ещё окрашен оранжевым, приметил знакомую «эмку», где спал шофёр, и подошёл к ней. Открыл дверь и сел сзади, говоря проснувшемуся водителю:

— В редакцию.

Доехали быстро до Тверской. Там меня встретили, а я распаренный, добрый.

— Пил? — принюхавшись, спросил редактор, что даже обнял меня.

— Кружку пива.

— А, ну это не считается. Идём, комиссию уже собрали, цензор тоже ожидает.

Дальше, в присутствии комиссии и музыкального коллектива редакции, включая трёх певцов, им нужно слышать, как музыка звучит, чтобы правильно исполнять, вот я на своей гармонике, из бани уже с ней вышел, и исполнил пять песен, никаких военных, мирные песни. «По высокой траве», «Берёзы», «Домой», «Дорога» и «Старые друзья». Надо сказать, все песни были приняты на ура. Музыканты составляли ноты, вокалисты подпевали в некоторые моменты, «ловя волну». Причём общение пошло так, что из меня выжали, уговорили, ещё на две песни, так что не хотя, но исполнил ещё две. Это были «Люберцы» и «Сирота Казанская». И их приняли, причём, как и ранее, что исполнял, без правок. Я уже в курсе. Эфир у нас завтра в четыре часа дня. Сегодня и завтра дадут информацию в новостях. После этого был небольшой банкет, и на той же машине меня отвезли к нужному дому. Немного поискали, он оказался с другой стороны квартала, но ничего, нашли, шофёр высадил и укатил, а я поднялся в квартиру многоквартирного дома. Сталинская постройка. Ключ сработал как надо, изучил жильё. Спальня с роскошной кроватью, гостиная, и совмещённые кухня-столовая. Отдельный санузел. Дальше достал Ингу, сам я уже переоделся в домашнее, в душ её и сразу в койку. Часа на два, восполнять буду те потерянные четыре месяца, что мимо пролетели без неё. А там и уснул на кровати, пока Инга лежала в ванной, уже не слышал, как та вернулась, закутавшаяся в полотенце и легла рядом.

С утра, позавтракав пловом, тяжеловато для утра, знаю, я оставил Ингу на квартире, та скучала, вот и выдал все грязное, и та стиркой занялась. Заодно свою форму и бельё постирает. У меня большую часть вещей уже постирали, в бане, но постельное бельё для складной койки, спасибо любовнику Инги, не стирано, пусть и займётся им. Наверняка узнает его. Впрочем, ладно, в гражданской одежде, сверху чёрное пальто, поспешил на рынок.

Планируя добыть самолёт, не ожидал, что меня отпустят, и получается место для него есть. Осталось самое лёгкое, добыть этот самолёт. Поэтому сильно загружать хранилище не хочу, выделил всего сто кило, заполню вкусняшками, и хватит. Документов у меня никаких нет, комсомольский билет да справка из наркомата. Удостоверение забрали, пока меня проверяли в том полку, там особист этот молодой. В общем, не в хранилище оно, а куда дальше дели не знаю. Придётся восстанавливать его в управлении. Буду это делать через три дня. Ну а пока закупался на рынке. Повезло сходу наткнутся на деда, деревенский явно, дорого, но свежее сало, закололи этой весной и засолили, да с ароматным чесноком, это просто бомба. Купил всё что было, почти тридцать кило разными кусками. Тот ещё раскладывался. У меня вещмешок, туда всё якобы убирал. Потом нашёл и купил заднюю часть свиньи, только закололи, рядом шесть кусков копчёного сала приметил и взял. Вообще дефицитный товар и драли за него высокую цену. Потом пять килограмм квашеной капусты. Пришлось ведро новое оцинковое брать, ополоснул на водопроводной колонке, и туда загрузили, сверху солёных огурцов. То на десять литров. А солёненького иногда хочется. Я всё пробовал, и мне всё нравилось. Корзину свежих яиц взял, вязанку солёной рыбы, лещи и чехонь, две крынки свежей домашней сметаны и килограмм творога. С трудом нашёл три килограмма сливочного масла. Свежак. Потом приметил на соседних рядах расписной хохломой жестяной поднос. Тоже взял. А для приёма пищи. В смысле, сала накупил, огурцов, есть захочу доставать и резать? А зачем, если сейчас свободное время есть, нарежу и красиво рядочками на подносе уложу. Достаёшь, берёшь что нужно и вкусно принимаешь пищу. Тут ещё важно, что это делать нужно красиво. Я люблю красиво и вкусно покушать. Тут меня отвлёк паренёк, подошёл со спины.

А он сам ко мне обратился недавно. Меня продавцы как дорогого и редкого клиента друг другу передавали, вот и тот подошёл, мол, нужен дефицит, обращаться к нему, он всё найдёт. Специалист по этому. Я сходу и озвучил что мне надо. Да туалетной бумаги. У полковника, святой человек, в чемодане я нашёл два стыдливо спрятанных рулончика, причём один початый. Но на данный момент от них ничего не осталось. Ещё из чемоданчика полковника позаимствовал отличный кожаный несессер. Внутри бритва «Золинген», помазок, складная чашечка для мыльной пены, кисточка для взбития, зеркальце на ножке, маникюрные ножницы и пилочка. До сих пор этим набором пользуюсь и не нарадуюсь. Ещё там добыл шёлковое бельё, не мой размер, обменял на байковое чуть позже, два полотенца, их сейчас Инга стирает, зубную щётку и початую банку с зубной пастой. Не порошок. Однако и они закончились. Поэтому также заказал три новых зубных щётки и пять баночек с зубной пастой, не порошком. А сейчас тот подошёл. Я не успел прибрать поднос, с ним и шёл. В дальние ряды. Сначала к одному продавцу, у которого целую коробку с рулонами туалетной бумаги взял. Двадцать штук. Ничего себе цены, две тысячи рублей за всё. Бумага английская. Потом к другому. У него не пять, а шесть баночек с зубной пастой и три зубных щётки. Забавно, тоже английские. Поискал и купил шёлковых ниток катушки, прочищать между зубами. Амулета лекарского нет, о себе нужно самому заботиться.

В принципе, пока на этом всё. Покинул рынок, прибрав покупки и ушёл в ряды, где швею заметил, сделал заказ на два комплекта постельного белья, а для складной койки, а то всего один в запасе был. Материал её, чистый хлопок, размеры я дал. Обещала сделать, завтра утром приду и заберу. Аванс оставил, там же приобрёл платье размера Инги, и лёгкое пальто. Остальное завтра вместе. Ну и покинул рынок. Вернулся домой, мне показалось или слежка была? Без сканера непонятно. На дому перебрал покупки, один рулон Инге отдал, она вообще не экономит, из-за неё бумага быстро и закончилась. Одну щётку и баночку с пастой тоже ей. Та уже постирала, развесила на бельевых верёвках на кухне, да заканчивала мыть посуду, что я выдал, котелок, сковороду, пяток тарелок и три красноармейских котелка. Так что принялся за готовку, раскочегарил печку, тут дровяная, и дальше в котелке отварил ухи. Рыбачил, запас свежей, даже мороженной рыбы был. На сковороде поджарил картошки с луком. Ещё использовал хозяйскую посуду, большую кастрюлю, и отварил щей. Мы нагишом с Ингой были, та закончила, просто сидела и наблюдала. Готовить та не умела, о чём честно сообщила. Иногда в спальню бегали. Я же говорю нагонял пропущенные месяцы. Платье та изучила со скепсисом на лице, но примерила, как и пальто. Про покупки завтра та в курсе. Так на готовке время и прошло. Щи разливал в свободные котелки и тарелки. Сразу беля сметаной. Мы и пообедали. В кастрюле ещё осталось, на три дня нам хватит, пока в хранилище её прибрал чтобы не остыло. Хм, или томлёные сделать? Решил томлённые. Дальше ждал наступления назначенного времени, чтобы отправиться в редакцию, обещали машину прислать, я сам не особо желал по скользким улицам ходить, пока лёд не сойдёт. Однако в два часа дня, раздался стук в дверь. А когда я подошёл и поинтересовался какого там кому-то надо, услышал:

— Откройте. НКВД.

Я удивился, но открыл, пропуская в прихожую трёх молодых парней со строгими лицами и в такой знакомой форме. Один командир, лейтенант госбезопасности, остальные с пустыми петлицами, с карабинами за спиной. Я тут же быстрыми касаниями убрал их в хранилище, и заперев дверь, подняв с пола листок, что выпустил «лейтенант», читая на ходу, вернулся в спальню. А те меня с Инги сняли, а уж как удивились, когда я их обнажённым встретил. Надо закончить начатое. Интересную позу предложила Инга. А на листе был приказ на обыск такой-то квартиры. То, что это не настоящие сотрудники, а ворьё, я уверен на сто. С рынка отследили и вот подготовившись, решили под видом обыска прибрать всё ценное. Слышал про такие случаи в прошлой жизни.

— Чёрт, тянуть не стоит, — прикинув всё, решил я.

Крикнув Инге, что пока не до неё, я оделся в домашнюю одежду, лёгкие брюки и рубашку, дальше в гостиной доставая по очереди эту тройку, дозировано ударяя, вырубал, снимал с них всё ценное, форма осталась, шинели, добычу на стол, он в центре комнаты стоял, а эту группу связал. После этого покинув квартиру, в домашних тапочках был, местные, не мои, и постучался в соседние. Соседка и подсказала где есть телефон, постучался туда, срочно позвонить, нехотя, но пустили. Так что набрал номер дежурного НКВД, откуда вчера вышел. А я записал номер.

— Майора Жигарева, срочно к телефону. Капитан Райнов.

Там послышались щелчки, переключали, пока не услышал знакомый голос Жигарева. Хозяйка квартиры, тут похоже жил чиновник немалого ранга, на вешалке шинель без знаков различия, под Сталина косплеет, вот и слушала меня, маяча в проёме дверном.

— Что, Райнов, хочешь явку с повинной оформить? — весёлым тоном спросил майор.

— А за чё? Я ещё ни чё не сделал.

— А что, мы ждать будем?!

Мы посмеялись, и я буркнул: