Чтение онлайн

– Эркин, спой ещё, – попросил Андрей. – Ну, вот эту, – он насвистел мотив. – Там слова хорошие.

– Сейчас. Горло отдохнёт, спою.

Раньше, когда пели у стада, Фредди как-то не вслушивался в его пение, в слова. А сейчас… парень и в этом, похоже, профессионал.

– Будь самой горькой из моих потерь, но только не последней каплей горя…

Откуда он только взял эти слова. Неужели… там учили и этому?!

– Здорово!

– Да. Не обидишься, если спрошу?

– А на что тут обижаться? Спрашивай.

– Откуда ты её взял?

– А ещё с питомника. От надзирателя.

– Он вам пел?!

– Да ни хрена! Просто как его дежурство ночью, так ему скучно, и он тех, кто не в работе, соберёт и начинает. Прочитает и требует, чтоб повторяли. Не повторишь, по морде получишь. Ну, я и запоминал. Их много. И все про любовь. А потом я петь попробовал, сошло. Я и пел, что запомнил. Вот ещё, – Эркин вздохнул, выправляя дыхание, и запел: – О, как любовь мой изменила глаз! Расходится с действительностью зрение…

Когда Эркин закончил, оказалось, что к их костру собрались слушатели. По тому, что они держались за границей светового круга, Фредди понял, что это цветные и что пока он у костра, они не подойдут. Обидно, конечно, но так уж погано устроена жизнь.

– Хорошо ты поёшь, век бы слушал, да дела…

Эркин понимающе посмотрел на него и кивнул.

Фредди легко встал и спокойным шагом человека, вспомнившего о своих, но не очень срочных делах, зашагал к стаду.

Судя по шуму за спиной, там сейчас последует продолжение вчерашнего праздника. Да, опять Эркин поёт.

– Её глаза на звёзды не похожи, нельзя уста кораллами назвать…

А ведь где-то он это уже не то слышал, не то читал. Нападал на него иногда такой псих – читать. Читал, как ковбои пьют в конце перегона, запоем. Потом проходило. Но эти стихи он точно читал. Вспомнить бы ещё где.

– И всё ж она уступит тем едва ли, кого в сравненьях пышных оболгали.

Эркин дотянул последнюю ноту и обвёл слушателей весёлыми глазами.

– Вот это да!

– Здоровско, парень!

– Сколько ж ты их знаешь?

– Не считал, – рассмеялся Эркин. – Очень много.

– Да, их очень много.

Они вздрогнули и обернулись. Высокий и не то что худой, а какой-то тощий нескладный белый парень в ковбойском костюме неслышно подошёл к их костру и теперь стоял, возвышаясь над ними.

– Привет, парни, – спокойно поздоровался он сразу со всеми.

Ему ответили неразборчивым недружелюбным бурчанием. Впервые на Большом Перегоне белый вот так припёрся к цветным и влез в разговор.

– Это ты пел? – теперь он смотрел на Эркина.

– А тебе какое дело, сволота? – вскочил на ноги Андрей.

– Я уже давно слушаю, – улыбнулся белый. – И вчера слушал, и раньше.

– А чего?! Петь уже нельзя?! – начал заводиться Андрей.

Эркин остановил его взглядом и спокойно ответил:

– Да, сэр. Я пел.

– А ты знаешь, чьи это слова?

– Не понял, сэр.

Белый вдруг легко и неожиданно ловко сел к костру, втиснувшись между невольно шарахнувшимися от него пастухами. Помедлив, сел и Андрей.

– Эти стихи сочинил Вильям Шекспир. Великий поэт, – белый говорил, глядя прямо в лицо Эркина. – Он сочинил много стихов, пьес… Ты поёшь его сонеты.

– Ну, так чего? – встрял Андрей. – Он обижается, что ли?

– Кто? Шекспир? – белый рассмеялся. – Нет, он давно умер.

– Я не знал этого, сэр, – спокойно сказал Эркин.

– У костра сэры и милорды не сидят, – так же спокойно ответил белый. – Ты знаешь все сонеты?

Эркин молча пожал плечами. Разговор принимал неожиданный оборот, и собравшиеся уже уходить снова подсели к костру.

– Спорим, что знает! – выпалил кто-то.

– Спорим на что? – быстро откликнулось несколько голосов.

– Стоп, парни! – остановил гомон Эркин. – Этого я сам не знаю. Сколько их всего? – обратился он к белому.

– Сто пятьдесят четыре, – улыбнулся тот.

– Фью-ю! – присвистнул Андрей. – Охренеть можно, написать столько.

Белый засмеялся.

– Ну, так как? – невысокий мулат подбросил на ладони три сигареты. – Вот, ставлю.

– На что?

– Что не знает он всего.

– Пачку ставлю, что знает! – выкрикнул Андрей.

– Пайку кладу, не знает! – негр в рваной рубашке показал всем полбуханки.

Азарт, с которым заключались пари, казалось, удивил белого.

– Ладно, – улыбнулся Эркин. – Поиграем. Но, честно говорю, сам не знаю, не считал. Как проверять будем?

Белый, на секунду задумавшись, улыбнулся и вытащил из кармана куртки маленькую затрёпанную книжку.

– Давай так. Это сонеты Шекспира, я читаю первую строчку, ну, начало, а ты говоришь дальше.

– Идёт, – кивнул Эркин. – Надзиратель так и гонял нас.

Белый открыл книжку.

– Стоп! – остановил его Андрей. – А мы откуда знать будем, правильно Эркин говорит или нет?

– Я скажу, – удивлённо поднял на него глаза белый.

– Нет, ты тоже в игре.

– Я же не делал ставок.

– Всё равно, – мотнул головой Андрей. – Мы не знаем тебя. А как я читаю… мы до утра с первым же стихом проколупаемся. Нужен третий. И чтоб грамотный был.

– Мотай за Фредди, – сразу решил Эркин.

Сразу поднялся гомон.

– А он как?

– Это старший ваш, что ли?

– Он и подсудит им!

– Тогда кого? Чьего старшего звать будем? – Эркин требовательно обводил круг взглядом. – Ну? Чтоб грамотный был и не сволочь. Кого?

– Ладно, – вздохнул кто-то. – Зовите своего.

– Мужик он правильный.

– Сам пашет всерьёз.

– Ладно, пускай он.

– Давай, парень, по-быстрому.

– Мы подождём.

– А я пока горло промочу, – налил себе чаю Эркин.

Андрей вскочил на ноги.

– Я мигом. Не начинайте без нас.

– Не начнём, – Эркин поглядел на белого, на остальных. – Кто чая хочет, наливайте себе.

– На хрен твой чай, – полуседой метис потряс бутылкой. – Всё равно проиграю, я всегда проигрываю, сейчас выпьем.