Чтение онлайн

Ему ответил довольный многоголосый гогот.

Андрей быстро шёл, почти бежал по котловине, выглядывая Фредди. У стада его нет, к кому он мог пойти? Чёрт, у него же здесь все знакомцы да приятели. Уже несколько раз обознался, но… но вон кажется… да, точно, Фредди. Ух ты, дьявольщина! В карты сел! С кона не вызовешь. За это накостыляют. Но там ждут. Э, была, не была!

– Фредди! – Андрей с разбегу опустился рядом на землю.

– Чего тебе? – спросил Фредди, не отрываясь от карт.

– Меня за тобой послали, – быстро зашептал Андрей на ухо Фредди.

– Больше двух, говорят вслух, – Фредди спокойно свернул свои карты и положил перед собой рубашкой кверху. – Что случилось?

– Нужен ты, срочно.

– Со стадом что?

Теперь и остальные игроки смотрели на Андрея. Он ответил им бешеным взглядом, но сказал уже спокойнее.

– Об заклад побились и судья нужен.

– Другого нет? – усмехнулся Фредди.

– Чтоб грамотный и не сволочь?! – вырвалось у Андрея.

Игроки так смачно заржали, что Андрей густо покраснел и вызывающе вскинул голову, готовый ответить на любой выпад.

– Однако, – немолодой кряжистый ковбой вытер выступившие от смеха слёзы. – Они о тебе высокого мнения.

– Надо ценить, – усмехнулся Фредди. – А о чём спор?

– Да, грамотный-то вам зачем? – спросил другой ковбой.

– Да Эркин пел, – стал нетерпеливо объяснять Андрей. – А один… чмырь припёрся и забазарил, знает ли Эркин, чьё он поёт. А этот, ну, чьи слова, до хрена этих стихов накропал, и теперь спорим, знает Эркин все или не все. И по книге проверять надо.

– Ладно, – Фредди выбросил карты и встал. – Раз такое, пошли.

Всё ещё смеясь, сбросили карты и остальные. Вставали, подтягивая пояса.

– Хорошо, не начали толком.

– Давай и мы послушаем.

– Парень, а сам-то… Певун что говорит?

– Он их не считал, – откликнулся, не оборачиваясь, Андрей.

Его посылали за Фредди, но кто же знал, что и остальные старшие попрутся. Как ещё на это у костра посмотрят. Но уже не поправишь. Андрей шёл рядом с Фредди, а сзади с гомоном валила быстро увеличивающаяся толпа.

Когда они подошли к костру, там уже приканчивали вторую бутылку, а белый пил с Эркином чай.

– Ого! – засмеялся белый. – Посылали за судьёй, а тут целый трибунал…

– Цыц! – прервал его шутку Фредди. – Позвали меня, так слушайте. Значит, так. Как тебя, парень? – обратился он к белому.

– Берт. Берт Рестон к вашим услугам, – склонил тот голову.

– Берт читает первую строчку, Эркин остальные. Я слежу по книге и говорю, правильно или нет. Сколько проверяем?

– Их сто пятьдесят четыре, – улыбнулся Берт.

– Ну вот, – Фредди сел к костру и взял у Берта книгу. – Делайте ставки и начнём.

Загудели голоса. Старшие ковбои отыскивали своих пастухов, советовались с ними и между собой.

– Ну, всё? Ставки сделаны? – Фредди решительно открыл книгу. – Начнём. Читай, Берт.

– Первый десяток я помню, – улыбнулся Берт. – Мы урожая ждём от лучших лоз…

Эркин кивнул:

– …чтоб красота жила, не увядая…

Когда Эркин закончил, Фредди, следивший по книге, кивнул:

– Есть, – и перевернул страницу. – Второй номер.

– Когда твоё чело избороздят…

– Глубокими следами сорок зим, – откликнулся Эркин, продолжая, – кто будет помнить царственный наряд, гнушаясь жалким рубищем твоим?..

Фредди дождался конца и кивнул:

– Есть. Номер третий…

Каждая удача Эркина встречалась таким взрывом восторга, что Фредди не выдержал и рявкнул:

– Тихо, олухи! Стада стронете.

– А и хрен с ними!

– Остановим!

– Давай дальше!

– Номер десятый… – пожал плечами Фредди.

– По совести скажи: кого ты любишь?..

– …Ты знаешь, любят многие тебя. Но так беспечно молодость ты губишь, что ясно всем: живёшь ты, не любя…

После двадцатого кто-то догадался послать за водой, поставить кофе. От какого-то костра притащили уже готовый и поставили перед Эркином полную кружку. Он пощупал её и улыбнулся.

– Пусть остывает. Давай дальше. Самому интересно.

На пятьдесят третьем разгорелась свара.

– Ни хрена! Не может человек столько помнить.

– Подсматривает, жухала!

– Куда?! – возмутился Эркин.

– В книгу!

– На хрена?! Я неграмотный!

– Ему старший подсказывает!

– Проверяйте!

– Не заводись, Фредди.

– Он дурак, давно известно, давай дальше.

К костру потянулись привлечённые шумом лендлорды, с ходу подключаясь к игре. Опоздавшие пастухи сначала толпились сзади, но, убедившись, что занявших место у костра не гонят, решительно полезли к своим. Возникла небольшая свалка, укрощённая голосом Фредди и кулаками ближайших соседей.

После сто третьего, к общему удовольствию, захрипел Фредди.

– Номер сто девятый.

– Меня неверным другом не зови…

– …Как мог я изменить иль измениться? Моя душа, душа моей любви, в твоей груди, как мой залог, хранится…

Эркин теперь отхлёбывал после каждого сонета. Радостные вопли, хлопки по плечам и шеям. Ликовали даже те, кто ставил против. Такого спора и таких спорщиков Большой Перегон ещё не видел. И весь гомон стихал, как обрезанный ножом, от хриплого голоса Фредди.

– Номер сто тринадцатый.

– Её глаза на звёзды не похожи…

– Он пел это, слышали!

– Знает, дальше!

– Ни хрена, пусть читает.

– … Нельзя уста кораллами назвать, не белоснежна плеч, открытых, кожа, и чёрной проволокой вьётся прядь…

– Здоровско!

– Во даёт парень!

– Давай дальше.

– Дай глотнуть ему, чурбан!

– И этому…

– Судье налей!

Захрипел Берт. Эркин переводил дыхание, лицо его влажно блестело от пота.

– Номер сто сорок первый.

– Мои глаза в тебя не влюблены…

– …Они твои пороки видят ясно…