Чтение онлайн

Влажное полотенце опустилось на лоб, и Вэнь Шаньяо со стоном раскрыл глаза. Первое, что он увидел, – склонившийся над ним Луань, который показывал два пальца.

– Хозяин, ты меня видишь? А слышишь хорошо? Сколько пальцев я показываю?

– Два.

– А сейчас?

Закатив глаза, Вэнь Шаньяо спихнул надоедливого духа с кровати, аккуратно сел и взглянул на перебинтованные пальцы.

– И как давно я тут?

– Дня три. Цаоцао каждый день приходил и поил тебя лечебными отварами. Сильно же тебе досталось.

Не будь под рукой пилюли, Вэнь Шаньяо провалялся бы в кровати дольше. Тот демон явно не собирался его щадить, и, как бы он ни пытался это отрицать, без вмешательства Лэн Шуана его вновь бы убили. Хоть сейчас пес пригодился.

– Шифу ничего не передавал?

– Он после ссоры с Лу Сицином носа не показывает.

– Все так серьезно?

– А то. Не приди вовремя глава клана, считай, глотки бы друг другу перегрызли. И чего так взъелись друг на друга? Впервые вижу такой скандал.

– Я схожу к шифу.

– Э-э, а стоит ли?

Вэнь Шаньяо и сам задавался этим вопросом, вот только ужасно хотел увидеть лицо Демона, совершившего оплошность. Может, он даже услышит извинение Лу Чуньду – ради этого и в шаге от смерти можно побыть.

– Дай мне бумагу и кисть.

Закончив все приготовления, Вэнь Шаньяо нетвердой походкой направился к павильону Наказаний. Дверь, как обычно, была открыта, однако в любимой комнате Лу Чуньду было пусто. Пройдясь по дому, Вэнь Шаньяо наконец нашел своего шифу: тот сидел в небольшом садике и, судя по всему, медитировал. Рядом стояло зажженное благовоние с тонкой ноткой лаванды и шалфея, а среди кустов и деревьев бродили павлины.

Прождав несколько минут, Вэнь Шаньяо все же решил выдать свое присутствие.

– Этот ученик пришел приветствовать…

– Я тебя не звал, – не открывая глаз, произнес Лу Чуньду.

Вэнь Шаньяо моргнул, заставив сердце успокоиться.

– Этот ученик думал, что шифу было бы интересно его увидеть.

– Ошибаешься. Без приглашения тебе здесь не рады.

– Вы даже не взглянете на своего ученика, которого отправили на смерть?

Лу Чуньду не ответил.

– Мастеру нечего на это сказать? – сухо спросил Вэнь Шаньяо.

– Ты мешаешь мне медитировать.

В черных глазах зажглись белые искры, и Вэнь Шаньяо кивнул самому себе.

– Прекрасно, тогда этот адепт впредь не собирается тревожить покой младшего мастера Лу.

Демон наконец-то приоткрыл глаза, в которых мелькнуло недовольство.

– Я вроде сказал, как ты можешь ко мне обращаться…

– Уже нет, младший мастер Лу. Вы больше не мой шифу.

Он достал из рукава письмо, отдав пробегающему мимо Доу. Тот послушно принес его Лу Чуньду, который прочитал написанное.

– Согласно законам клана Байсу Лу, ученик вправе отречься от своего мастера, если тот подвергнет его смертельной опасности.

С невероятным облегчением сняв с шеи медальон с иероглифами Демона, Вэнь Шаньяо положил его на поднос.

– Я избавил вас от бремени, шифу, так что наслаждайтесь своим одиночеством и дальше.

Поклонившись на прощание, Вэнь Шаньяо покинул дом Демона. В последний раз он испытывал такое облегчение, только когда в другой жизни убил Лу Сицина прямо под носом Лу Чуньду и остался непойманным.

Одной проблемой меньше – избавившись от мастера, Вэнь Шаньяо стал свободным. Медлить нельзя, пока Лу Сицин не нашел ему нового шифу, от которого избавиться будет труднее. Теперь осталось самое главное – побег.

К негодованию Вэнь Шаньяо, во дворе сыхэюаня сидел Шэнь Лэйбао, который при виде него поднялся и быстро его оглядел.

– Дух сказал, что ты пришел в себя и сразу куда-то ушел.

– Да… ходил к шифу.

Полукровка с негодованием взглянул на него.

– Он сказал тебе что-то?

– Скорее, рассердился, что я пришел без приглашения, – признался Вэнь Шаньяо, неторопливо подойдя к столу. На нем лежали закуски, которые старательно готовил Луань.

– Тебе надо сходить к старшему мастеру Лу.

– Зачем?

– Ты вправе отречься от своего шифу. Он подверг тебя опасности, и, если бы не волк Ганшаня… тот демон убил бы тебя.

Отчасти Вэнь Шаньяо не ожидал, что его будут уговаривать уйти от Лу Чуньду. Быть в учениках у самого Демона в Белых Одеждах почетно, он может позволить себе то, на что остальные никогда не решатся. Но ведь не просто так младший мастер Лу получил свое прозвище, а его дом стараются обходить стороной.

Демонами обычных людей не нарекают.

– Я уже сказал младшему мастеру Лу, что отрекаюсь от него.

Шэнь Лэйбао с нескрываемым изумлением взглянул на него, явно не ожидая, что у Вэнь Шаньяо хватит сил противостоять Демону.

– Он… рассердился?

– Нет. Ничего не сказал, – признался тот. – Видимо, младший мастер Лу сам понимал, что сделал.

– Оно и к лучшему, – с заметным облегчением выдохнул полукровка. – Есть много мастеров, которые охотно примут тебя. Тот же мастер Лу Цао или старший мастер Лу.

– Да, наверное… – неуверенно произнес Вэнь Шаньяо. – Думаю, пока мне лучше побыть без мастера.

С пониманием кивнув, Шэнь Лэйбао как бы невзначай произнес:

– Если хочешь поговорить… я мог бы… мог бы выслушать.

Полукровка смутился от своих слов, поспешив отвести от Вэнь Шаньяо взгляд.

– Спасибо, – слегка удивленно сказал Вэнь Шаньяо.

– Мы же вроде как друзья. Я бы хотел тебе помочь.

– Кому помочь? Ему? Помоги ему тараканов в голове убить, – послышался недовольный голос Луаня, который пытался стащить одну из печенек со стола. – Терпеть не могу это фальшивое благородство.

Одновременно возведя глаза к небу, юноши прибрали к себе угощения, разойдясь по комнатам и оставив ворчливого духа убирать со стола.

Подкрепившись, Вэнь Шаньяо достал из тайника тыкву-горлянку, в которой настаивался отвар, и убедился, что все идет по плану: он стал практически черным. От нетерпения уже чесались руки, но Вэнь Шаньяо умел ждать.

Когда все легли спать и глупый Луань наконец перестал мучить свою курицу, он развязал одежду и спустил верхнее одеяние с плеч, а потом вылил содержимое тыквы горлянки на полотенце. Отвар ничем не пах, но стоило нанести его на татуировки, как кожу вмиг обожгло. Зажав в зубах ткань, Вэнь Шаньяо сморгнул слезы, сводя знак отличия клана. Это было больно – словно кожа заживо слезала. Оставь он татуировку, и мастера тут же отследят сбежавшего адепта, да еще и запечатают его силы. Рисковать нельзя, точно не в этой жизни.