Чтение онлайн

Когда отвар закончился, а кожа перестала гореть огнем, Вэнь Шаньяо с облегчением облокотился о кровать. Одежда прилипла от пота к коже, а сердце никак не хотело успокаиваться, но эта боль стоила того. Теперь он на шаг ближе к своей дорогой сестре.

Отдохнув, Вэнь Шаньяо потянулся к зеркалу, с довольной улыбкой взглянул на себя… и едва не закричал. Схватившись за шею, он в ужасе нащупал татуировки, что не сошли с его кожи.

«Невозможно… нет!»

Схватив тыкву-горлянку, он капнул остаток отвара себе на палец. Цвет был черным, как и надо, а консистенция – жидкой и маслянистой. Он не мог ошибиться в этом рецепте, который столько раз готовил. Все ингредиенты были проверены и отобраны, ошибки просто не могло быть!

«Нет, нет, нет…» – Борясь с подступающим отчаянием, Вэнь Шаньяо до крови закусил губу.

Он уйдет сегодня из клана, чего бы это ему ни стоило!

Оставался еще один способ, к которому прибегать не стоило. Но если выбора совсем нет, то сгодится и он.

Проглотив несколько пилюль и дождавшись, когда боль окончательно пропадет, Вэнь Шаньяо закрепил зеркальце. Взяв в руки Баоин и задержав дыхание, он сделал аккуратный надрез на шее. Боли не было, но холод металла неприятно обжег кожу, заставив сердце бешено подпрыгнуть к груди. Руки чуть не дрогнули, и, мысленно шикнув на себя, Вэнь Шаньяо начал аккуратно срезать кожу вместе с татуировками. Крови практически не было, но действовать приходилось медленно и аккуратно, оголяя мышцы и пульсирующие вены. Одно неверное движение, и он умрет за столом.

Ладони взмокли, а руки уже успели затечь. Срезав последний лоскут кожи с татуировкой, Вэнь Шаньяо проглотил еще одну пилюлю. Боль он не почувствует до рассвета, а потом… потом он будет уже далеко от Байсу Лу.

Он и так потратил слишком много времени. Вэнь Шаньяо, аккуратно укрыв шею, схватил сумку со всем необходимым и выпрыгнул через окно. Бесшумно крадясь от одного пика к другому, останавливаясь каждый раз, стоило услышать странный звук, он вскоре дошел до границы. Слишком опасно было в таком состоянии идти за женой и дочерью главы клана: он успеет забрать их жизни – если не сейчас, то позже.

Замерев на минуту, Вэнь Шаньяо сморгнул слезы облегчения.

«Сестра… я иду. Дождись меня».

Не оглядываясь, стараясь выкинуть из памяти все, что обрел здесь: псов из Ганшаня, двух пиявок и Демона, он перешел через границу. Теплый ночной воздух омыл лицо, смахнув с него слезы и, подобно сестринским рукам, зовя за собой.

Шею внезапно охватило огнем, и одежда на груди пропиталась кровью. Закашляв, Вэнь Шаньяо привалился плечом к ближайшему дереву, с ужасом смотря на ручейки крови, стекающие на землю. В горле забурлило, и он сплюнул красную слюну.

Что-то держало его, не давая и шага сделать дальше, подобно огненным оковам схватив за шею. Такого раньше не было… Он спокойно сбегал из Байсу Лу, и ничто его не держало. И теперь не удержит!

Вытирая слезы, Вэнь Шаньяо до темноты в глазах шел вперед, пока вскоре не упал на колени, открыв рот в беззвучном крике. Не осталось сил для вдоха, для движения, лишь злость и жуткая обреченность, что волнами накатывали на сознание.

Вэнь Шаньяо не помнил, как вернулся обратно, ощутив лишь облегчение и постепенно уходящую боль. Привалившись спиной к пограничному камню, он закрыл глаза, давясь рыданиями и кровью. Почему он настолько жалок? Почему это тело путает его планы? Он просто хочет уйти отсюда, покинуть этот ужасный клан и его обитателей и отправиться к сестре. Вэнь Шаньяо и так мучается все эти двадцать перерождений, а его мольбы до сих пор остаются неуслышанными. Неужели так сложно хотя бы раз пойти ему на уступку?

Утерев слезы, Вэнь Шаньяо взял влажными ладонями Баоин. Если он не сможет покинуть клан, то какой смысл ему и дальше оставаться в живых? От сестры до сих пор нет вестей, он даже не знает, ищет ли та его и если да, то почему так долго? Может, легче прервать эту несчастную жизнь, и будь что будет. Если он снова окажется в теле Ян Сяо, то найдет другой способ добраться до сестры, если нет… об этом думать не хотелось.

Зажмурившись, Вэнь Шаньяо направил клинок себе в горло, но сталь замерла в жалком цуне от кожи. Руки хоть и дрожали, но отказывались повиноваться, словно имея собственную волю.

Скрипнув зубами, Вэнь Шаньяо попробовал пронзить себе сердце, и снова неудача. Тело Ян Сяо не давало себя убить! От бессилия хотелось закричать, но вместо крика с губ сорвались рыдания. Почему все в этой жизни идет не так, как надо?

С трудом успокоившись, стерев с лица кровь и слезы, Вэнь Шаньяо спрятал Баоин. Ему ничего не оставалось, как возвращаться и уже там думать, что делать дальше.

Поднявшись на ноги, Вэнь Шаньяо побрел к себе. Ему было все равно, заметит его кто-то или нет, отчасти он даже надеялся, что по пути ему встретится какой-нибудь мастер и выкинет из клана за нарушение порядка. Но этого так и не случилось.

Вэнь Шаньяо только поднял руку, чтобы открыть красную дверь во дворик, но та сама отворилась, и Луань сонно зевнул.

– Чего ходишь где попало? Утром же не встанешь.

Промолчав, Вэнь Шаньяо прошел мимо, но дух схватил его за одежду, шумно втянув носом воздух и тут же поморщившись.

– От тебя кровью воняет! Ты что, убил кого-то?!

Выдернув ткань из цепких рук Луаня, Вэнь Шаньяо мрачно взглянул на духа. Тот в ужасе отшатнулся, стоило свету луны озарить его обнаженную шею и залитую кровью грудь.

– На тебя напали?.. – прошептал тот. – Кто-то пробрался в клан?

Вэнь Шаньяо не ответил, скрывшись в своей комнате и с тяжелым вздохом сев на пол. Достав из сумки кувшин с обезьяньим вином, он приложился к горлышку, чувствуя охватывающий шею и грудь жар. Но вино не пьянило, не давало забыться и не путало мысли. Оно было горячим и немного притупляло боль. А больше ничего.

Вэнь Шаньяо опустошал один кувшин за другим, пока не выпил весь свой запас. Все тридцать кувшинов валялись на полу, а в воздухе повис удушающе сладкий аромат забродивших ягод.

В дверь осторожно постучали, и в комнату заглянул Луань.

– Хозяин…

– Принеси вина.

– Вина? – удивленно моргнул дух. – Где я возьму вино?

– Если таскаешь с кухни еду, то и вино сможешь оттуда стащить.

Луань насупился, но все же кивнул. Спустя четверть часа на столе стояли черные кувшины, в которых было белоснежное вино из лепестков лотоса. Оно было легким, подобно воде, и в то же время опьяняло сильнее любого другого вина. После первого кувшина Вэнь Шаньяо почувствовал туман в голове и с еще большей жадностью приложился к горлышку. Была бы возможность, он бы умер от вина – превосходная смерть: уснуть в бреду своих мыслей и не проснуться.

– Мне позвать Цаоцао? – спросил Луань.

– Никого не зови.

– Но ведь…

Вэнь Шаньяо махнул рукой, веля ему убираться. Пока пилюли действовали, Вэнь Шаньяо не нуждался в помощи, особенно от мастеров Байсу Лу.

Миновало утро, а за ним и целый день. Кроме Луаня, никто больше в комнату не входил, а от выпитого вина уже кружилась голова, но сон никак не шел. Все мысли вертелись вокруг тела Ян Сяо – почему татуировки не сошли с кожи? Почему руки не дали убить? Вэнь Шаньяо был уверен, что на теле нет никаких чар, да и до этого контроль был прекрасным, но эта ситуация поставила его в тупик. Находись здесь до сих пор душа Ян Сяо, и Вэнь Шаньяо бы обнаружил ее, особенно спустя столько месяцев. Но нет, тело занимал только он один, и никто больше.