Чтение онлайн

– Отпущу, когда до клана доберемся.

– Ах ты северная псина, – прорычал Вэнь Шаньяо. – Смерти захотел?

– От тебя? – усмехнулся Лэн Шуан, перешагнув защитную черту. – Я бы посмотрел на эту жалкую попытку.

Он дернул Вэнь Шаньяо на себя, и стоило тому перейти линию из риса, как что-то с силой врезалось в грудь, тут же отбросив его назад. Прокатившись по земле, он со стоном приподнялся, сплюнув образовавшуюся во рту кровь.

Пес Лэн стоял на границе, сжимая в пальцах порванный рукав. В свободной руке он уже держал оружие, чья сталь ярко светилась, буквально ослепляя.

Шэнь Лэйбао помог Вэнь Шаньяо подняться, не отрывая взгляда от его груди. Ткань в этом месте почернела и обуглилась, и если бы не защитные символы, то от Вэнь Шаньяо и мокрого места не осталось бы.

– Кажется, уйти отсюда я не смогу, – морщась, заметил он. – Стоит мне переступить защитную линию, и демоны меня сразу убьют.

– Ты их знатно разозлил, – покачал головой полукровка, с немым вопросом взглянув на пса Лэна.

Тот и сам уже стоял в защитном кругу, вонзив в землю светящийся Шуайцзяо. Подойдя к ним, сказал, обращаясь к Вэнь Шаньяо:

– Надеюсь, ты доволен. Мы остаемся до утра.

Пронзив его взглядом, Лэн Шуан прошел вдоль защитной линии, проверив ее состояние и кое-где добавив защитные символы. Не будь рядом Шэнь Лэйбао, Вэнь Шаньяо бы не удержался от неприличного жеста. Он с неохотой вошел в дом и переоделся.

– Цин сказала, что третью ночь будет труднее всего пережить.

– Та сяннюй? – нахмурился полукровка. – Что ей известно?

– Здесь скопление темной ци, большую часть из которой я уже очистил. Она влечет демонов, а те множат ее убийствами.

– Если очистить ци, то демоны уйдут?

– Должны. Эта энергия манит их, а не будь ее, они разойдутся в поисках нового места.

Шэнь Лэйбао задумался, прежде чем спросить:

– Ты сможешь очистить это место за ночь?

– Если меня не будет ничего отвлекать, то вполне.

Кивнув, полукровка вышел из дома, подошел к псу Лэну и что-то сказал ему. Вэнь Шаньяо оставалось только наблюдать за ними из окна, видя, как хмурится Лэн Шуан и как он раздраженно вздыхает, качая головой. Видимо, план ему не понравился, но покинуть это место так просто они уже не могли.

– Хорошо, – войдя в хижину, с неохотой произнес пес Лэн. – Ты попробуешь очистить здешнюю ци. Не получится – спрячешься и до рассвета будешь сидеть так тихо, чтобы я твоего дыхания не слышал.

– Не волнуйся, рисковать своей жизнью понапрасну я не намерен.

– Хотелось бы в это верить. Какие у нас при себе артефакты?

Полукровка выложил на стол несколько бумажных и деревянных артефактов. Вэнь Шаньяо с неохотой положил амулет из рога оленя в виде браслета, а пес Лэн – перевязанные красной нитью серебряные монеты, чью поверхность покрывали символы.

– Негусто.

– Чтобы тебя защитить – хватит, – ответил Лэн Шуан, бросив Вэнь Шаньяо связку монет. – Не высовывайся и будь позади нас. Как только отвадим отсюда демонов – сразу отправимся в клан.

Вэнь Шаньяо кивнул, закрепив связку монет на поясе. Отказываться от них было глупо, а судя по символам, они вполне могли защитить от крупного демона. Вдобавок пес остается без защиты, и ранить его будет легче.

Скудно поев, они начали готовиться. Поглядывая за нежеланными гостями, Вэнь Шаньяо думал, как от них избавиться. Он прекрасно пережил две ночи и переживет третью, а эти двое могут все испортить. Искусство музыки – слишком тонкая наука, и, если его собьют, ничего путного не выйдет.

Достав из мешочка горсть трав, Вэнь Шаньяо бросил их в печку и как ни в чем не бывало встал у двери. Не прошло и пяти минут, как полукровка и пес начали запинаться, а потом и вовсе устало повалились на пол, не в силах противостоять дурману. Стоило им уснуть, Вэнь Шаньяо покинул дом, заперев дверь. На краткий миг ему захотелось взять и поджечь хижину, но он напомнил себе: если защитная линия не выдержит, прятаться ему уже будет негде.

Темная ци напоминала густой туман, что стелился по земле, расходясь по разные стороны у барьера. Демонов видно не было, а тишина давила на виски. Это самая сложная ночь, и умереть сегодня Вэнь Шаньяо не мог. Он еще припомнит Лу Чуньду это задание.

Сев на землю и явив гуцинь, Вэнь Шаньяо начал играть. Музыка текла по лесу, но на ее зов никто не отвечал, однако густой туман из ци начал понемногу развеиваться. Видимо, демоны все же сдались, поспешив покинуть это место прежде, чем Вэнь Шаньяо оставит от них одни только угольки.

Так прошло полночи. Яркая луна освещала поляну и юношу на ней, который неторопливо и даже с ленцой перебирал струны гуциня. Тумана практически не осталось, и даже дышать стало легче. Что ж, он управится даже раньше, чем думал.

Из глубины леса раздалась тихая мелодия, что подобно волнам накатывала на барьер. С каждой секундой она становилась все громче и сильнее, заставив Вэнь Шаньяо напрячься. Взбодрившись, он заиграл с новой силой, но вскоре понял, что идущую из леса музыку исполняет мастер своего дела, ему его не переиграть.

Пальцы парили над струнами, но чем быстрее и громче пытался играть Вэнь Шаньяо, тем все чаще и чаще ошибался, чувствуя нарастающую в груди панику. Нет-нет-нет! Он справится!

– Брат?

Пальцы застыли, и Вэнь Шаньяо изумленно поднял голову, смотря на стоящую по ту сторону барьера сестру.

– А-Яо, это ты? – прошептала Вэнь Сяньмин, и в ее глазах заблестели слезы. – А-Яо, ты жив…

– Сяньмин…

Гуцинь растворился в воздухе, и Вэнь Шаньяо поднялся, на негнущихся ногах подойдя к защитной линии. Сестра тянула к нему руки, улыбаясь той самой улыбкой, от которой все проблемы уходили, а на сердце становилось так тепло-тепло…

– Сяньмин, – прошептал Вэнь Шаньяо, и слезы обожгли ему глаза. – Сестра!

Он шагнул к ней, оказавшись в объятиях своего дорогого человека, прижимаясь к его груди и не сдерживая рыданий. Она нашла его! Нашла! Вэнь Шаньяо знал, что сестра не бросит его в этом ужасном месте, знал, что она идет за ним!

– Я так скучал, Сяньмин… так скучал…

Вэнь Сяньмин гладила его по голове, подобно матери, прижимая к себе и словно пытаясь убаюкать. Впервые после перерождения Вэнь Шаньяо почувствовал такую радость и такое облегчение, глотая слезы и пытаясь услышать стук знакомого сердца… и не слышал его.