Чтение онлайн

— Сидеть! — сказал он ей у самого входа.

На удивление, псина послушалась. Похоже, бродяжничала она не всегда, и когда-то была верным домашним питомцем.

— Жди здесь, — сказал Денеба и скользнул в душное нутро пивнушки.

Внутри пахло даже не пивом, а какой-то парашей. За столами еще сидело несколько шумных и пьяных компаний, да и у стойки наблюдалась пара выпивох. Однако в целом толпы не было, и Денеба спокойно прошел мимо хозяина и нырнул в подсобку.

Добыть еду — это полбеды. Если б еда была нужна самому Денебе, он бы употребил ее прямо здесь. Но увы, ее нужно было вынести наружу. А плывущий по воздуху копченый окорок — это не то, что можно не заметить. Даже спьяну. Впрочем…

…

Звон разбитого стекла раздался неожиданно. Завсегдатаи пивнушки синхронно умолкли и повернулись в ту сторону.

— Ну, и кто это сделал? — сурово спросил хозяин заведения, заметивший только, как пролетела мимо его носа тяжелая деревянная кружка.

Выпивохи заоглядывались друг на друга. Но в следующий момент их внимание было отвлечено еще одним происшествием: свечи неожиданно начали слетать со своих штырьков и гаснуть.

— Э, че происходит? — спросил кто-то, а затем умолк.

Из кладовки за спиной хозяина медленно, с плавными покачиваниями, выплыла пузатая винная бутыль. Она двигалась по воздуху, как живая. И наверное, действительно была живой, потому что вдруг заговорила мужским голосом:

— Ну что, твари бесхребетные, попались? Хлебнули яду моего? А теперь пожалуйте-ка души в уплату! — из бутылки вылетела пробка, будто предлагая заливать души прямо внутрь.

— Я один это вижу? — оторопело сказал ближайший пьянчуга.

— О, да ты еще, я погляжу, трезвый? — удивилась бутылка, подплывая и разворачиваясь к забулдыге горлышком. — Ну, да мы это исправим сейчас.

— Не надо! — завопил мужик, шарахаясь от ожившего бухла и падая на пол со скамейки.

— Я сказала пей! — повысила голос бутыль и погналась за ним. — Пей, а то через жопу налью!

— Не надо!! — еще громче завопил мужик и, пробуксовав по залитым пивом доскам, стрелой вылетел наружу.

— Ребят, зовите инквизицию, — посуровел другой мужик, с более устойчивой психикой. — Я ща попробую это дело изловить, а церковники уж пусть решают, что с демоном делать.

— Ну, попробуй, — любезно сказала бутыль и приземлилась на стол прямо перед ним под гробовое молчание зрителей.

Бугай нахмурился, чуя подвох, но все же вытянул руку и осторожно пошел на перехват.

Хрясь! Его голова мотнулась, будто кто дал ему в ухо. Потом еще и еще. Мужик осел, одурело тряхнул головой и быстро-быстро, на четвереньках устремился за первым потерпевшим.

— Ну что, кто следующий? — тем временем спросила бутылка, снова подлетая в воздух. — Дьявол послал меня по ваши души!

На этом сдались даже самые крепкие, и из пивнушки вылетели все — даже ее хозяин — и с воплями скрылись за поворотом.

Но бутыль почему-то не стала их догонять, а со смешком опустилась на ближайший стол. Вместо нее из кладовки выплыл копченый окорок. Пока он плыл до выхода, от него оторвался и исчез в воздухе кусок, будто пережеванный и поглощенный самим пространством. А затем окорок вдруг шлепнулся наземь перед бродячим псом, и послышался голос:

— Ешь, тварь блохастая. И побыстрее давай. А то сейчас инквизиция прибудет — как бы и тебя не замели, признав дьявольским псом.

Собака, будто поняв, о чем речь, благодарно гавкнула, ухватила окорок и скрылась с ним во тьме переулка.

— Жалкий мир! — пафосно провозгласила пустота, обращаясь к опустевшей улице. — Бойся меня, Денебу Справедливого! Да будут псы сыты, а пивнушки закрыты! Да здравствует честность и справедливость! Бойтесь, неверные мужья и продажные чиновники: я все вижу. И я приду за вами… Но когда-нибудь потом. А то что-то холодает.

И дух справедливости зашлепал по улице в обратном направлении, постукивая зубами.

Утро у Марины было напряженным. В ее комнате собралось все женское население дома — Флокси успела разболтать, что растворы ее тетки слишком сильно настоялись, и теперь девчонкам было любопытно, как нынче выглядит их учительница.

Марине же наоборот, очень не хотелось смотреть на себя в зеркало. Она чувствовала, что кожа уже не болит и не саднит, однако ее как-то странно стянуло — как будто девушка уперлась лицом в сетку для мандаринов. Определенно, здоровыми эти ощущения назвать было нельзя.

— Давайте умоемся и приступим к нанесению грима, — жизнерадостно предложила Мари, против воли стягивая с хозяйки дома маску из папье-маше.

Раздалось дружное хихиканье. Марина потянулась к своему лицу и поняла, что нанесенная на ночь паста раскрошилась, а из-за каких-то волокон в составе частично покрыла кожу сеткой, частично повисла. Кусочки маски покачивались на этих волосках и, по всей видимости, производили довольно смешной эффект — по крайней мере, Флокси со смеху покатывалась.

— А ну цыц! — приструнила ее Мари. — Сейчас все отмочим и уберем, не переживайте, госпожа.

Марине позволили принять душ, а после этого всей компанией старательно натирали каким-то маслом: девчонки взялись за руки, плечи и спину, а лицом и шеей занялась камеристка.

После этой процедуры кожа Марины снова вспыхнула и зачесалась. Камеристка разогнала всех и принялась за наведение красоты — разложила рядом баночки, кисти, пудреницы и прочий женский скарб.

— А можно я сначала в зеркало гляну? — безнадежно попросила Марина.