Чтение онлайн

—Хорошо-то как! – развёл он руками, будто охватывая всю красоту разом. – Мы вчера прошли южный полярный круг, —доложил он. – Теперь с каждым днём будет холоднее.

—Это понятно. Но мы ведь останемся на побережье, внутрь холодного материка не пойдём. Выгружаться будем где-то поблизости, в одной из тех пещер, что затеряны во льдах и спрятаны в таинственных ущельях. Надо же! Как в сказке заговорил.

—С тебя станется, —улыбнулся любитель кистепёрых рыб. Вчера полночи он мечтательно рассказывал Георгу, как будет бродить по побережью и искать останки скелетов этих реликтовых живых ископаемых.

—Наша задача груз доставить и несколько дней отдохнуть здесь, в подземельях, пока будет вестись разгрузка. Затем нас загрузят какими-нибудь полезными ископаемыми – и назад в дорогу. А там уже их проблемы. Все эти контейнеры, цистерны, загадочные ящики, колбы с ртутью – всё это уже снегоходами будут перевозить вглубь материка. Вот только, куда?

—А тебе не всё равно?

—Да, в общем-то, да – всё равно. Не забывай ещё подводные пещеры, куда наши остальные лодки вошли. Даже наш командир не знает, под какие льды ушли остальные пять субмарин, разделившись перед самым погружением. Там целые гроты и ответвления карстовых подводных пещер, думаю я. Представь, целый подземный и подводный порт с городом в придачу!

—Ну… эка ты загнул, герр Дениц-младший! Так уж и город!

Оба поёжились от внезапно налетевшего порыва ветра, который снёс с палубы мелкие кусочки льда.

В двух километрах от приятелей виднелся одинокий островок, возвышавшийся метров на двадцать над уровнем моря и почти не покрытый льдами. Растительность на этом пустынном островке была довольно скудной, и представляла собой смесь мхов и лишайников, которые лепились на чёрных скалах, создавая некое разнообразие. Длинные витиеватые водоросли, занесённые туда течением и выкинутые на берег, валялись клубками и иссыхали на солнце. Моллюски, мелкие ракушки, обломки древовидных кораллов – всё это Георг рассматривал в бинокль, периодически передавая его Паулю. Тот искал уже не кораллы, а некое подобие выброшенных скелетов. Мысль о кистепёрой рыбе не выходила у него из головы.

Зато в воздухе, что называется, кипела самая настоящая жизнь. Птицы различных видов, размеров и окрасок облепили утёсы островка и, оглушая своим пронзительным криком, бесцеремонно носились взад и вперёд, ничуть не пугаясь непрошеных гостей. Кто-то из матросов уже вынес на палубу винтовку с оптическим прицелом, чтобы подстрелить пару-другую свежей дичи на ужин. Огромные альбатросы, с широким, в четыре метра размахом крыльев величественно восседали на самых верхушках скал. Чуть ниже них, по иерархической лестнице, гнездились зловещие буревестники – большие охотники на детёнышей тюленей. Несколько разновидностей полярных уток и столько же разновидностей глупышей, которые водятся только на островах Антарктиды, заселили нижний ярус острова, всё пространство свободной от воды скалистой поверхности.

Первый раз в жизни друзья увидели пингвинов. Неповоротливые на суше, но проворные в воде, они, собравшись целыми стаями, оглашали воздух своим хрюканьем и пронзительными криками птенцов, выпрашивающих у родителей кормёжку.

Рядом с прибрежными камнями острова плескались и ныряли несколько групп молодых тюленей и ламантинов. Несколько сивучей спало и грелось на обломках скал, которых друзья вначале не заметили. Далее, уже ближе к центру острова, среди камней, они разглядели в бинокль огромных и неуклюжих морских слонов с короткими и подвижными отростками массивных ноздрей, похожих на обрубленные хоботы. Эти семиметровые жирные туши даже не шевельнулись, когда подлодка огибала правый край острова, чтобы войти в извилистый пролив между двумя дрейфующими айсбергами. Сразу за этими ледяными исполинами начинался ровный пласт шельфа с искусственным каналом, уходящим к горизонту.

Через несколько часов, ближе к вечеру, субмарина U-859 военно-морских сил Германии благополучно вошла в искусственный фарватер, огороженный бетонными блоками такого же белого цвета, как и вся местность вокруг. С высоты птичьего полёта, а тем более, с высотного потолка пролетающего какого-нибудь затерявшегося самолёта союзников, эти белые замаскированные сооружения даже при желании не могли быть замечены острым, стопроцентным зрением – обладай им пилот разведчиков.

Двадцатикилометровый канал ровной лентой уходил за горизонт. Молодой племянник гросс-адмирала Деница застыл на месте, утратив дар слова и движений, ибо все наличные душевные силы его ушли на то, чтобы кое-как дышать и сохранять спокойствие от чувства чего-то грандиозного и неведомого, что ждёт его впереди. Его самого, и его друга Пауля Бромера.

Послышалась команда о заступлении на вахту.

№ 3.

На следующий день, а точнее ночь, оба друга получили возможность сойти на берег.

Отдежурив внутри корабля свою вахту, они, даже не отдыхая, поспешили наверх, поскольку стоянка в подземной верфи предполагалась всего шесть дней, и затем – назад, за новой партией секретного груза. А попадут ли они в следующий караван №6, этого они не знали. Всё-таки, война есть война. Да и на Восточном фронте русские начали широкомасштабное контрнаступление, могущее сорвать все планы дальнейших маршрутов караванов. Согласится ли дядя Карл, включить его, Георга, в следующую экспедицию? Или ему будет не до своего племянника?

Да ещё и Пауль…

Так думал Георг, спускаясь по трапу вслед за своим приятелем и другими унтер-офицерами на бетонный пол подземной пристани.

—За шесть дней разгрузят нас? – спросил Пауль.

—Им виднее. Мы ж не первые. У них тут уже всё отработано до мелочей, как на конвейере.

—Завтра же отпрошусь на поверхность, —мечтательно поделился Пауль своей сокровенной мыслью. – Составишь мне компанию? Возьмём ледорубы, бинокли, ручные буры, снегоступы… Эх! И покувыркаемся же по торосам!

—Ты всё о своей кистепёрой рыбе думаешь? Никак не угомонишься?

—О ней, родимой. Хочу стать знаменитым.

—Думаешь, разрешат нам на поверхность? Смотри, как здесь всё засекречено: кругом охрана, эсэсовцы с автоматами прохаживаются, даже вышки, как в концлагере стоят с прожекторами.

—Это для пленных рабочих, для узников. А мы с тобой офицеры подводного флота Великой Германии. Груз им секретный привезли – кто нам откажет? К тому же, не мы первые, вероятно, выходим на поверхность. Может у них это входит, в своего рода, обязательной экскурсии?

—Что-то я здесь гидов с экскурсоводами не вижу… —задумчиво пробурчал Георг себе под нос.

—Что?

—Ничего. Больше месяца в консервной банке – одуреть можно, говорю.

Оба приятеля в числе других, свободных от вахты офицеров, подошли к пункту пропусков, где им выдали два жетона, разрешающие проход внутрь тоннеля, ведущий глубоко подо льды. Субмарина U-859 стояла, пришвартовавшись к огромному бетонному пирсу, окружённому со всех сторон такими же огромными ледяными скалами, глыбами и торосами. Стены были отшлифованы неведомыми механизмами, повсюду с потолков, столбов и вышек светили мощные прожекторы, заменяющие днём и ночью солнечный свет. За оградами пирса располагались кондиционеры и агрегаты, нагнетающие воздух; где-то шумно работали мощные насосы, людей, сновавших то тут, то там, было великое множество, и почти все они были одеты в рабочую робу с опознавательными знаками и номерами. Многие были в касках. Работали скрытые эскалаторы, и из трюмов лодки начали уже разгружать бесчисленные ящики, колбы, мешки, архивные сейфы. Целая бригада автопогрузчиков принимала по движущейся ленте секретный груз. Пахло сыростью, стоял гул, работали приёмо-передаточные механизмы. Работа кипела, стояла деловая атмосфера сдачи-приёма груза. Возле командира подлодки стояли люди в униформе и сверялись с реестрами описей груза. Вся ледяная масса над головой уходила высоко к потолку и образовывала естественную арку. Сама Антарктида, казалось, предлагала вам «на блюдечке» такое надёжное укрытие.

Внутри был выложен бетонный пирс, при необходимости могущий принять с обеих сторон сразу две субмарины. Это был венец инженерной мысли – недаром тут трудился весь цвет науки третьего рейха. Внутренняя отделка ледового купола была выполнена из какого-то неведомого, похожего на губку пористого материала. Стены и потолок во многих местах светились сами по себе, а сквозь решётку, Георг приметил созвездие Южный Крест.

Кругом сновали молчаливые люди в тёплых ватниках и комбинезонах. Температура в гигантском помещении была плюсовой, и откуда-то веяло, нагнетаемым калориферами тёплым воздухом.