Чтение онлайн

– Тут есть кнопка. – Сказала Ольга.

– Осторожнее!

Но Ольга уже нажала ее – в то же мгновение стержень энергично вздрогнул в ее руке, будто живой, грани клина молниеносно раскрылись с динамичным щелчком – напоминая теперь змеиную пасть, из которой высунулось тонкое винтообразное «жало» с плоскими заостренными крючьями, напоминавшими крохотные силуэты птиц туканов.

– Ого!

– Осторожнее, говорю.

– Тут есть еще одна кнопка… Тут… – Ольга пригляделась. Палец ее силился что-то нажать.

– Погоди. Это возможно самодел…

Но крючья уже клацнули и винтовое жало завертелось с медленной скоростью.

– Какая стремная игрушка! – изумилась Ольга.

– Дай посмотрю.

Она осторожно передала ему вращающееся устройство. Вибрирующая мощь действительно впечатляла – крепость материалов и ощутимая сила не оставляли сомнений, что эта игрушка – совсем не детская. Крючья-туканы без труда растерзали бы любую плоть.

Устройство, очевидно – не дешевая поделка, а инструмент, созданный для чего-то конкретного. Вот только для чего? Виктор не мог даже предположить, к какой области оно могло относиться. Ясно было одно – устройство ему не нравилось. Возможно причина заключалась в этих угрожающе заостренных крючьях и лепестках. Интуиция подсказывала, что ум, создавший его имел какие-то изощренные цели.

На рукоятке располагался блок с тремя кнопками: две белые и одна красная. Виктор нажал одну из белых, остановив тем самым вращение жала, нажал красную – жало со звонким щелчком выкидного ножа скрылось в рукоятке. Грани пирамиды сомкнулись, образовав клин, выглядевший не менее зловеще и напоминая чем-то навершие старинной булавы, способной раскроить череп одним ударом.

– Стремная вещь, – сказала Ольга, глядя на него с тем же беспокойством.

Завибрировал смартфон Аристарха. Виктор вынул его – с экрана грозно взирал крепкий мужик в камуфляже. «Саня Овцебык», гласила подпись под фото с «Входящим вызовом». Летягин выключил звук и убрал смартфон.

Ольга вопросительно вскинула подбородок:

– Сколько осталось?

– Сорок минут.

– Мы ничего не нашли, чувак…

Растерянный взгляд Виктора сфокусировался на девушке. Он будто только сейчас осознал, что этот дурацкий «компромисс» спасал не только его. Она не собиралась уходить, но и оставаться не хотела. Ее можно понять – пришло время принять неизбежное, они ведь действительно не нашли никакого подвала. По правде сказать, совсем ничего не нашли.

А как же браслет?

Из глубин затуманенной памяти всплыли фианитовые камешки на белом запястье под задранным рукавом бейсбольной куртки. Цепочка с лесными зверями лежала на тумбочке рядом с потертым смартфоном. Фрагменты прошлого таяли не успевая толком родиться. Почему-то легче было вспомнить разговор с Ольгой перед странной фотографией в рамке, висевшей на распутье коридоров под воинской частью.

– Думаю, пора валить отсюда. – Сказал он, наконец.

– Дельная мысль, чувак! – обрадовалась Ольга.

Пока Ольга заскочила в туалет, Летягин быстро прошелся по комнатам второго этажа. Начал с дальней, с двумя окнами – судя по узкой кровати и наличию настенных брусьев с турником, она принадлежала подростку.

Соседняя комната показалась интересней. Это был типичный кабинет человека, который не привык заниматься кабинетной работой. Стол у окна с задвинутым к стене монитором использовался для складирования технического хлама – проводов, деталей, каких-то замызганных плат. Ничего примечательного.

Единственный ящик под столешницей оказался доверху забит наборами шприцев и лекарств. Среди незнакомых названий Виктор узнал только упаковку «Альтеплазы» – когда-то его сестра покупала такое средство для покойного мужа за несколько десятков тысяч рублей.

Летягин бегло огляделся. Внимание его привлекло обилие медицинских книг на полке в шкафу. Он вспомнил, что жена Аристарха работала медсестрой и все же набор книг выглядел странно даже для медработника: «Практикум по вивисекции высших позвоночных. Руководство для слушателей кафедры экспериментальной анатомии» (Москва, 1952 год), «Учебник по сравнительной патологии анатомических аномалий», «Опыт систематизации уродств по методу доктора Клауберга»…

Все книги были толстыми, за исключением одной – в салатовой обложке, лежавшей сверху на полке. Виктор прочитал название на корешке – «Психиатрическая герменевтика» и взял ее с полки. На обложке схематично изображалась человеческая голова: рот открыт в немом крике, вокруг – концентрические круги, вероятно обозначающие психоакустические колебания.

Под рисунком мелким шрифтом было выведено: «Медвоениздат ММПО СССР «Радуга». В правом углу бледно-синий оттиск – «ДСП» с буквенно-цифровым кодом. Виктор хотел было открыть книгу, но в дверях неслышно возникла Ольга.

– Слушай, ведь у Аристарха еще есть жена? – спросила она.

– А что?

– Да просто странно как-то…

– Что странно?

– В ванной у них только мужские шампуни и дезики, три зубные щетки... Даже фена нет.

– Хм, кстати говоря, комнаты с женскими вещами я здесь тоже не видел.

– И о чем это говорит?

– Как минимум о том, что Аристарх любит приврать. – Виктор взял со стола металлический стержень.

– Зачем он тебе? – спросила Ольга.

Летягин посмотрел на нее с сожалением.

– Оля, осталось полчаса. Уходи.

– Чува-а-ак, – протянула она, – оно того не стоит! Мы же все обыскали.

– Уходи. – Повторил он и выйдя из комнаты, сбежал по лестнице.

Увидев в руках Летягина новую «игрушку», пленники на этот раз заволновались по-настоящему – даже Аристарху не сразу удалось скрыть замешательства. Но все-таки удалось. Он довольно быстро справился – бледное каплевидное лицо его приняло смиренное выражение человека, готового достойно встретить очередные неприятности.

– Что это? – Виктор поднял стержень, окинув связанных взглядом строгого учителя, задавшего каверзный вопрос. – Кто-нибудь скажет?

Альберт с братом уставились в пол.

– Да просто игрушка. – Пожал плечами Аристарх. – А что?

– Игрушка. – Усмехнулся Виктор.

– Да-а, жена привезла из Сингапура.

Голос Аристарха звучал буднично, как будто речь шла о пластмассовом болванчике за пол-евро.

Виктор помахал серебристым жезлом с набалдашником.

– Кстати. Про жену. Где ты говорил она сейчас?

Аристарх поджал губы. Летягин догадался, что он опять переключился на роль обывателя, напуганного безумцем. Виктор ощутил это мастерство тонкого манипулятора – в глубине души уже пробуждалось и лезло наружу знакомое чувство вины. Да, возможно так оно и есть – он безумец, взявший в заложники своего спасителя, разгромивший его дом и напугавший детей – подросток с разбитым носом привязан к трубе – на это не так-то просто смотреть, но дело ведь не только в этом… За спиной скрипнула половица. Летягин обернулся. Ольга стояла у двери в своей обычной позе – скрестив руки на груди, подпирая плечом дверной косяк. Сапфировый взгляд зорко следил, чтобы он не перешел черту, не «съехал с катушек».