Чтение онлайн

Мальчишка собирал с пола высыпавшееся богатство – рук и карманов ему явно не хватало.

Ольга присела с бутылкой минералки на край автомата.

– Кто ты вообще такой и как тут оказался? – спросила она.

– Да я уже и не помню ничего, – ответил он, откусывая «Кит Кат».

– Ну а давно ты здесь вообще?

– По-моему мы были тут всегда.

– Так кто это вы?

– Ну-у… я и мои друзья. Мы живем там внизу.

– Твои друзья – это твои ровесники?

– Ага.

– И сколько же вас?

– Поначалу было много, но потом все меньше и меньше.

– Почему?

Мальчик по-детски поднял плечи и резко опустил их. Очередной запретный вопрос, догадалась Ольга.

– А этот твой «жбан» – это что за тип вообще?

– Дядя Ждан? Не знаю… Вообще-то я давно его не видел, если честно. Почти год. Но все наши все равно боятся подниматься. Он не разрешает. И он где-то здесь.

– Он вас наказывает?

– Не-ет. Он вообще никогда не злится. И никогда не кричит. Иногда он даже играет нам на скрипке.

– Так почему вы его слушаетесь?

Мальчик на секунду задумался.

– Ну-у, он же взрослый.

«М-да, так ты многого не добьешься» – подумала Ольга.

А впрочем чего она собиралась добиться? Разве именно эта конкретная дичь чем-то существенно отличалась от предыдущих, встреченных ею в этом адском предбаннике? Что она намеревается делать, если до сих пор не может спасти даже себя? Наилучший вариант в ее положении – выбраться отсюда поскорее и сообщить в компетентные органы о том, что здесь дети в повязках и какой-то мутный «дядя Жбан». Пускай со всем этим разбираются те, кому положено.

Тем не менее Ольга предприняла еще одну попытку разговорить его, зайдя на этот раз с другой стороны:

– А почему ты сказал, что здесь нет выхода?

– Потому что это место ненастоящее. Оно только притворяется настоящим, но на самом деле создает копии других мест. А чтобы оно стало настоящим – ему нужна энергия.

– Кому? – не поняла Ольга.

– Ну, тому кто им управляет.

Она почему-то вспомнила про табло в комнате с контейнерами.

– И откуда же берется эта энергия?

Мальчик повернул к Ольге лицо. Измазанные шоколадом губы растянулись в смущенной улыбке.

– От вас. – Сказал он тихо, как будто извиняющимся тоном, отчего у Ольги похолодело в груди.

– От кого – от нас?

– От людей.

– Ну, ладно, с меня пока хватит, – сквозь зубы проговорила Ольга.

– Вы знаете, что сейчас ночь?

– Нет. А ты это знаешь?

– Она всегда здесь. Хотите посмотреть?

– Ты можешь показать мне улицу?

– Я могу показать ночь. Только пообещайте рассказать мне, что увидите.

– Хорошо, обещаю.

Мальчик соскочил с автомата и протянул ей руку.

– Идемте.

Ольга неуверенно взяла его за руку – ладонь у него была мягкая и теплая, как у настоящего ребенка.

Сразу за вендинговым автоматом они свернули в соседний коридор, прошли его до конца, снова свернули и бродили еще минут пятнадцать, миновав несколько развилок. Ольга уже сильно сомневалась, что сумела бы легко найти путь обратно.

Наконец, мальчик остановился, высвободил свою ладонь из ее руки и кивнул на Т-образную развилку впереди, в центре которой располагалась черная дверь с золотистой табличкой, на которой было выгравировано: «Хранилище 25»

– Что там? – спросила Ольга.

Мальчик загадочно улыбнулся.

– То, что у нас забрали вместе с памятью.

– Черт, парень, бросай говорить загадками! Поверь мне, это плохая привычка.

Ольга покачала головой и направилась к двери, заметив, что мальчишка остался на месте.

– Ты что, не идешь?

Он сделал движение – словно описал рукой большой невидимый круг перед собой.

– Нам дальше этой черты нельзя.

– Черты?

Мальчик кулаком постучал себя по груди.

– Идите.

– Ну ладно. – Ольга подошла к двери, нажала на ручку и потянула дверь на себя. В помещении было темно и холодно – должно быть работали мощные кондиционеры. Она увидела полки, на которых стояли многочисленные стеклянные контейнеры – толком ничего не видно, ясно было только, что никаких окон, чтобы «увидеть ночь» здесь не было.

– Здесь темно. – Она обернулась к мальчику.

– Там должен быть шнурок. В центре.

Ольга осторожно вышла в центр комнаты и почувствовала, как что-то коснулось ее плеча. Она нащупала цепочку, потянула, помещение мгновенно залил свет, но зажмурилась она не от его болезненной яркости, а от вида многочисленных разноцветных глаз в стеклянных контейнерах, расставленных вокруг по полкам.

– О, господи! – Ольга закрыла лицо руками.

– Что ты видишь?! – требовательно закричал мальчик. – Что ты видишь?!

Она сдвинула ладони ниже, и сложив лодочкой, закрыла ими нос и рот.

– Скажи, что видишь!

Ольга покачала головой и закружилась на месте. А может быть эта стена из глаз сама завертелась вокруг нее – она уже толком не понимала ничего, кроме несомненного факта – все эти глаза смотрели на нее, и видели ее. Они поднимались над ней и кружились все быстрее и быстрее, превращаясь в вихрь из живых глаз.

– Что ты видишь?!

Ольга потеряла сознание.

***

– Спите там чтоль? Але! – Федор склонился над вертушкой и заглянул в окно дежурки.

Увиденное его озадачило: пыль, грязь на стенах, обрывки газет на полу.

«Ну и бардак!» – он снял фуражку, чтобы отряхнуть тулью, которой ненароком чиркнул по годами немытой раме и посмотрел через распахнутую дверь на пустынный плац. Тишина стояла почти кладбищенская – лишь где-то уныло позвякивал тросик, бьющийся о корпус флагштока и ветер с шорохом мел по асфальту песок.

Спохватившись, Федор взглянул на часы и поняв, что нет у него времени на все эти загадки, миновал вертушку и решительно вошел на территорию части.

Туман хозяйничал уже и здесь – стелился над забором, вальяжно выползал из-за казарм – молочные клубы словно большие любопытные звери слонялись по плацу, мешая сориентироваться. Хорошо хоть догадался вчера перед уходом спросить у шебутного сержанта где здесь камерный корпус, подумал Федор. Сквозь туман проступали очертания трехэтажного куба чуть поодаль от основной группы зданий. В тишине громко цокали каблуки его туфель. Мысли в голове крутились разные, но ни одна не давала убедительного ответа, пока вдруг не послышалось в тумане шарканье чьих-то шагов.