Чтение онлайн

– Том, как ты думаешь, примут наши орка?
– деньги есть. Впритык, но должно хватить, взяли с запасом. Лишние руки не помешают. Лишний рот тоже. По общему мнению, к зиме приготовились с запасом и продовольствия хватит на год, не только на несколько месяцев.

Том задумался. Потом приложил руки к ушам, помахал ими и кивнул. Затем приложил два пальца ко рту, словно это выступающие клыки, и снова кивнул. Потом изобразил на голове рога и замотал головой.

– Понял?
– спросила у Орста, что тоже наблюдал эту пантомиму.
– К эльфам и оркам нормально отнесутся, к демонам - нет.

Рано утром, как договорились, подошла к дому кузнеца. Инорд уже собрался и запрягал меланхоличную лошадь в телегу. Около часу ехали по торговому тракту, потом свернули на едва заметную дорогу. По ней молча тряслись ещё часа два, пока не остановились у ямы в земле. Одна её стенка чернела большим пластом угля.

Кузнец спустился в яму и киркой стал отбивать куски угля. Я с Томом осталась скучать сверху, охраняя работника от возможных опасных тварей. Наколотив достаточно большую кучу, Инорд вылез из ямы за углём. Том вызвался ему помочь и вдвоём они быстро загрузили телегу.

– Инорд, тебе ошейник не давит?
– спросила, когда лошадка послушно потащила телегу по дороге назад.

– Не давит, душит, - ответил мужчина и замолчал, отдавая инициативу разговора.

– Снять не хочешь? Есть одно местечко, где их не носят. Руки нужны. Мастеровые и простые.

Когда уходили из крепости, Ярон посоветовал поискать в Дивном людей на поселение, в первую очередь из тех, кто имеет профессию.

– Вы, госпожа, не обижайтесь, - после раздумья заговорил кузнец.
– У меня жена больная, без целителя долго не протянет. Даже если хозяин сам снимет ошейник, всё равно останусь.

– Я тебя поняла. Целителя у нас нет, только лекарь-травник.

– Госпожа, - опять заговорил кузнец, после долгого молчания.
– Вы сказали, руки нужны. В Дивном много тех, кому он давит, - жест у горла указал, о ком речь.
– Давно бы ушли, да с семьями, было бы куда.

Теперь мой черёд думать. Человек пять мы бы приняли легко. Десяток может и не потянем. Много с семьями точно нет. Не сейчас.

– Не раньше весны, - приняла решение.

– Когда снег сойдёт, они будут готовы к уходу, - согласился Инорд.

Орст встретил свежими продуктами на ужин. Сам он готовить и не пытался, памятуя абсолютно неудобоваримые блюда, что получались в общаге. Их, конечно, съедали, что голодный студент не может съесть? Я опять встала к плите и разговор шёл на кухне в процессе готовки.

– Я сходил в управу, уточнил условия погашения своего долга. В общем, мне достаточно принести восемьдесят семь тысяч пятьсот тридцать. Хоть частями, хоть разово. Откуда деньги возьму, никто не станет спрашивать. Зато потом волен уехать куда угодно. А пока долг висит, покидать Дивный дольше, чем на три дня, надо разрешение брать.

– Орст, ты понимаешь, если я дам тебе эти деньги, то тебе придётся идти с нами? Минимум на полгода, пока снег сойдёт и дороги проезжими станут. Там нет магазинов, торговцы к нам не ходят. Всё добываем сами. Если уйдёшь назад, в цивилизацию, один, никто не может обещать, что дойдёшь живым.

– Хаяте, ты ещё в прошлый раз это говорила. Я весь день думал, но здесь я, если не сопьюсь, то все навыки растеряю - артефактор тут не нужен. А ты бы не предложила пойти, если для меня там работы нет. Я эту твою черту давно увидел.

Через три дня Орст запер калитку приютившего нас домика, и мы втроём пошли на выход из посёлка. После оплаты работы кузнеца и студенческого долга орка, у меня осталось чуть больше трёх тысяч. Когда брала с собой такую огромную сумму, надеялась, что смогу выкупить какого-нибудь мастерового. Ориентировалась на цены аукциона, что запомнила с лета. А получилось, что наняла артефактора.

Груз на лошади был не очень объёмным, зато тяжёлым. Прибавился ещё и багаж Орста. Часть поклажи взял на себя Том.

Мы прошли через рощу и вышли в выселки. Здесь ничего не изменилось. Девочка с хворостиной пасла гусей, корова чесала шею о забор. Местные бухарики уже приняли и спали на и под лавкой около магазина.

В каком-то дворе разразился скандал. Женским, вернее, девичьим голосом, кто-то громко ревел и требовал наказать нахала.

– Да, доченька!
– отвечал ей мужской голос.
– Я паршивца продам первому встречному! А нет, так запорю, чтоб знал, как рот открывать!

Бабки, что зацепились языками недалеко от скандального дома, было оживились, но, прислушавшись, разочарованно отвернулись.

– Опять у Метёлки человек дерзит, - посетовала одна.

– Продал бы его уж, охота глотку день через день драть, - согласилась вторая, и они вернулись к обсуждению, у кого какая корова от какого быка понесла.

Скандал достиг пика аккурат в тот момент, когда мы проходили мимо. Калитка распахнулась, из неё вышвырнули парня прямо нам под ноги. Едва успели остановиться, чтобы не наступить. В калитке появился демон с перекошенным от злости лицом. Кажется, он уже неплохо размялся, в кровь разбив лицо человека. Сзади демона маячила необъятных размеров молодая демоница с красными и опухшими от слёз глазами. Демон сжимал в руках полено, но, не похоже, что успел пустить его в дело. Схватил только что. В ногах, хватая демона за колени, ползал человек в возрасте.

– Хозяин, прошу, пощадите! Простите дурня, он не подумал!
– причитал он.

Я повернулась к Орсту. Всё же он тут уже два месяца жил.

– И часто тут такое?

– Бывает, - философски ответил орк.

– Уважаемый, - я обратилась к демону.
– Уберите это с дороги, пройти мешает.

– Прошу прощения, сию минуту, - на него хорошо подействовали повелительные интонации.
– Бегом сюда, выпердыш! Я тебя научу уважению!

Парень торопливо, на четвереньках, сдвинулся в сторону. Демон занёс полено, ударить, но передумал.

– Госпожа, может, вы его купите? Сил больше нет его терпеть!

Вот сейчас штаны заложу и куплю. Но, всё же спросила, продолжая играть надменного аристократа, невесть как попавшего в эту дыру.

– И почём?
– в голосе ни капли интереса, так, формальный вопрос.

– Да за три отдам!

Три тысячи я могу позволить. Но и сразу соглашаться нельзя. Парня, конечно, жалко, прибьют его в этом семействе. С другой стороны, вдруг, за дело лупят? Тем более, судя по реакции бабок, регулярно.