Чтение онлайн

— Я в курсе, — тихо произнёс Демьян. — Дальше.

В этот момент в барокамеру загудела новая загрузка — двери мягко раздвинулись, и ещё один ассистент, Куан, внёс контейнеры с пробирками. Он говорил быстрее остальных, как будто боялся, что его не дослушают.

— Доктор Ларин, мы проверили тот участок, о котором вы говорили. Мутация в гене E подтверждается. Но модель показывает… ну… она вообще странно себя ведёт. Мы думали, может, это баг. Или ошибка загрузки. Или…

— Покажите, — перебил Демьян.

Куан вывел модель на боковой экран — красные маркеры вспыхнули по спирали цепи.

— Вот. Смотрите. Она повторяется пять раз подряд. Я вообще впервые такое вижу. Обычно мутация один раз — ну или два, если нестабильность. А это… это будто кто-то специально…

— Не надо “специально”, — резко сказал Демьян. — Вирус не делает специально. Он делает так, как ему выгодно биологически.

— Да мы понимаем, — быстро ответил Куан. — Я просто пытаюсь объяснить логику. Оно выглядит прямо… повторяющимся.

— Логика простая: адаптация, — сказал Демьян. — Высокая скорость передачи — высокая цена ошибок. Мутации накапливаются. Всё.

Марис поднял руку, как школьник.

— Доктор Ларин… можно вопрос?

— Можно.

— А вы… ну… вы точно в порядке? Вы как-то… — он смял в руках планшет. — Вы выглядите уставшим.

Шэн тут же дёрнул его за локоть.

— Марис, не начинай…

Но Демьян уже посмотрел на них обоих.

— Мне не нужно, чтобы вы обсуждали моё состояние, — сказал он ровно. — Мне нужно, чтобы вы проверили мутацию ещё раз. И сравнили с ночной моделью.

— Мы проверим, конечно, — поспешно сказал Шэн. — Просто… Мы беспокоимся. Вы сегодня с утра…

— Я сказал: работайте, — обрубил Демьян. — Вирус ждать не будет.

Ассистенты притихли. Только гул фильтров перекрыл неловкую тишину.

Куан, пытаясь разрядить обстановку, достал планшет с другой диаграммой.

— Мы ещё вот что заметили… — он ткнул в график. — Поток данных по второй пробе — он как будто… ну… задерживается. На восемь секунд. Это впервые. Я думал, может, сервера. Но потом ребята сказали…

— Какие ребята? — резко спросил Демьян.

Куан замялся.

— Ну… те, что работают с базой. Не наши. Из корпоративного отдела. Они там что-то чистят в логах… или… не знаю. Мы только услышали краем уха, что какие-то строки… скрыты. Или недоступны. Я не понимаю.

Марис тут же встрял.

— Там вообще слухи пошли, что корпорации часть данных закрыли. Чтобы патент успеть оформить. Или чтобы… как они сказали… “не создавать преждевременную панику”.

Он замолчал и, будто оправдываясь, добавил.

— Это не мы придумали. Мы просто слышали.

Демьян поднял голову. Его взгляд через визор стал очень холодным.

— Они могут скрывать что угодно, — сказал он. — Но вирус — нет.

Ассистенты молчали. Шэн лишь выдохнул:

— То есть… вы думаете, что данные… ну… реально скрывают?

— Я думаю, что люди лгут, — сказал Демьян. — Всегда. Ради выгоды, денег, патентов, отчётов. Вирус не лжёт. Он не обещает. Он не предаёт ради выгоды. Он делает то, что делает. И всё.

— Эм… — Куан неуверенно посмотрел на остальных. — Ну… это… жёстко звучит, доктор.

— Это факт, — ответил Демьян. — И пока мы здесь работаем — мы работаем с фактами. Не со слухами, не с дедлайнами и не с политикой.

Марис, собравшись с духом, шагнул ближе.

— Тогда что нам делать прямо сейчас? Конкретно. Потому что если модель нестабильна… и если данные задержались… и если комитет ждёт… ну… нам же надо какое-то решение.

Демьян развернул главный экран на всех.

— Делаете следующее.

Он поднял палец, показывая по пунктам:

— Первое: проверяете мутацию в гене E на всех вчерашних пробах.

— Второе: запускаете секвенирование по ночному протоколу снова, с удвоенной частотой.

— Третье: отслеживаете задержку. Любую. Даже одну секунду — в лог.

— Четвёртое: мне каждые двадцать минут — обновление.

— Каждые двадцать? — переспросил Шэн. — Это… ну… это очень часто.

— Я знаю, — сказал Демьян. — Мне нужно видеть картину полностью.

Куан кивнул.

— Ладно. Сделаем. Только… ну… если вдруг опять будет конфликт с корпоративными…

— Скажите им, что я запросил полные логи, — отрезал Демьян. — Если у них есть вопросы — пусть приходят ко мне.

Ассистенты снова переглянулись — теперь уже с куда большей тревогой.

— Доктор… — начал Марис, — вы же понимаете, что если они придут… это…

— Пусть приходят, — повторил Демьян.

Он посмотрел на циферблат таймера, где оставалось 5:42:33.

— Работайте.

Ассистенты сразу задвигались: кто-то пошёл к барокамере, кто-то к терминалу, кто-то включил поток данных. В комнате снова зашумели приборы.

Демьян стоял у экрана, не двигаясь.

«Если они и правда скрывают данные — времени у нас ещё меньше, чем я думал».

Демьян сделал шаг к терминалу, но в тот же момент голографический экран перед ним едва заметно мигнул — не обычное обновление, а рывок, будто картинка на секунду зависла.

Он резко наклонился вперёд.

— Так, стоп… — пробормотал он себе под нос и ткнул в сенсор. — Не надо мне сейчас этого.

Экран снова мигнул — уже отчётливо, с лёгкой рябью по краям. График мутаций, который должен был плавно вращаться, дёрнулся и застыл на полпути.

Из зоны слева тут же раздался голос Мариса через интерком.

— Э-э, доктор Ларин? Секвенатор третий… он, кажется, опять задержку поймал. Я… я не уверен, это у меня или у всех.

— У всех, — отрезал Демьян. — Это перегрузка сети. Игнорируйте и продолжайте.

Марис попробовал возразить.

— Да я понимаю, но тут не просто задержка, тут прям… ну, он фризит.

— Я сказал: продолжайте, — жёстко повторил Демьян. — Проблема в сети, не в секвенаторе.

Он быстро открыл служебное меню, проверил соединение — индикатор мигнул жёлтым, потом снова стал зелёным.