Чтение онлайн

Он взял другой лист и начал вписывать поверх чужих кодов свои знаки. Быстро. Почерк сбивался. Местами чернила расплывались. Но он не останавливался.

— Локальный патоген. Обратная петля. Блокировка ретранслятора. Нейтрализация. Это мой код. Мой, — бормотал он.

Он писал, пока не начал кашлять — мокро, с хрипом. Кровь появилась на губах. Он стёр её, размазав, и продолжил.

В уголке листа чернила пульсировали, словно испуская свет. Демьян посмотрел на них и шепнул:

— Привет, Миша.

Лист задымился. Очень медленно. Бумага плавилась, но не исчезала — она становилась прозрачной, как стекло.

Демьян усмехнулся, оскалился и положил ладонь на стол, прижав лист.

— Давай. До конца, — сказал он.

Он вписал последнюю строчку:

— Ответ: не сбой. Ответ: мутация.

Свеча погасла сама собой.

Снег с шорохом таял под подошвами. Демьян брёл по разбитому асфальту, вдыхая чёрный дым, смешанный с морозным воздухом. Горели два барака одновременно: в одном когда-то находился архив по распределению, в другом — склад медицинской части. Пахло гарью и чем-то сладковатым, напоминающим жареное мясо. Демьян знал, что это. И знал, кто внутри.

У поворота мелькнула тень.

— Стой! — хрипло окликнул кто-то.

Демьян не остановился.

— Эй, я сказал, стой, у меня патроны есть! — крикнул голос.

Демьян развернулся. Перед ним стоял парень с обгоревшим воротником шинели, державший ружьё. Его руки дрожали.

— Ты из своих? — спросил парень.

— Уже нет, — ответил Демьян, кашлянув. Кровь появилась на его губах. — Что ищешь?

— Вакцину… — парень шагнул ближе. — Или что-нибудь… Хоть что-то. У нас в четвёртом бараке все… Там дети были, и…

— Там уже ничего нет, — отрезал Демьян. — Ни детей, ни четвёртого барака.

Парень покачнулся.

— Как? Они же… Их перевели… — пробормотал он.

— Перевели, — кивнул Демьян. — В морг. Если его тоже не сожгли.

Парень опустил ружьё.

— Ты из медиков? — спросил он.

— Был, — коротко ответил Демьян. — Теперь нет смысла.

— Подожди. Ты ведь Ларин? Ларин, реаниматолог? Ты же ещё с тем, с… — начал парень.

— Не называй, — резко перебил Демьян, шагнув вперёд. — Не называй это имя. Понял?

— Я не знал, — парень отступил. — Слышал только, что ты был в больнице, потом пропал…

— Пропал, — кивнул Демьян. — А теперь вернулся.

На мгновение повисла тишина. Вдалеке затрещал обрушившийся потолок. Где-то снова завыли сирены — слишком поздно, слишком долго. Демьян чувствовал, как дрожит земля от взрывов, обрушений и криков. Ему было всё равно.

— Слушай, — снова заговорил парень. — Если ты что-то знаешь… Ты же из будущего, да? Говорили…

— Я был, — перебил Демьян. — Но теперь я отсюда.

Парень прикусил губу и бросил взгляд через плечо.

— Там ещё Петров. Его избили свои. Говорят, он колол вакцину, но она… — сказал он.

— Не сработала, — снова перебил Демьян. — Знаю. Я видел, как он кричал. Потом молился. Потом… Неважно.

— Он жив? — спросил парень.

— Пока да. Но это временно, — ответил Демьян.

— Это ты сделал? — спросил парень.

— Нет, — Демьян усмехнулся. — Он сам. Я просто убрал лишние переменные.

Сирена раздалась ближе. Свет прожектора прочертил улицу, высветив обугленные стены, окровавленный снег, выбитые окна. Собаки лаяли где-то сзади. Парень дёрнулся.

— Мне надо идти. Если они увидят… — сказал он.

— Иди, — кивнул Демьян. — Но запомни: ты меня не видел.

— Я правда ничего не знаю… — пробормотал парень.

— Именно, — ответил Демьян.

Парень исчез в дыму.

Демьян стоял ещё минуту, затем пошёл дальше. На перекрёстке лежал мёртвый патрульный, лицом вниз, рядом валялась обойма. Штаны были обмочены, пальцы в крови. Демьян посмотрел — пуль не было, только пустые гильзы.

— Стреляли в тень, — хрипло пробормотал он. — Или в голос.

Он прошёл мимо. У двери больницы сидел седой мужчина в халате, босой. Его лицо было заляпано чем-то чёрным, глаза остекленели.

— Ты… Ты, — вдруг сказал он. — Это ты, ты всё…

— Я, — подтвердил Демьян. — И ты знал, что так будет.

— Нет… Нет… Я только… Я делал, что приказано. Они сказали, что… — начал мужчина.

— Не ври, — стиснув зубы, сказал Демьян. — Ты знал, что игнорируешь симптомы. Ты подписал бумаги. Помнишь?

— Но я… Я… У меня дети! — воскликнул мужчина.

— Уже нет, — ответил Демьян.

Мужчина закрыл лицо руками.

— Не говори так, прошу, — прошептал он.

— Ты подписал смерть. Я просто привёл формулу к финалу, — сказал Демьян.

Он шагнул дальше. Тени метались в дыму, словно искажённые силуэты. Прожекторы пересекались, выхватывая вспышки. Из подвала доносились крики — там лежали непризнанные, те, кто не подходил под диагноз, кто был не нужен системе.

Демьян достал журнал из кармана и открыл его. Вписал:

— Этап 7: генерализованная реакция. Инфекция хаоса распространилась. Реальность нестабильна. Система разрушена.

Затем дописал:

— Побочных эффектов нет.

Хриплый кашель согнул его. Он сел прямо на ступени.

Из двери выбежал санитар, остановился, увидев его, и узнал.

— Это ты? Господи, ты же… Тебя же… — пробормотал он.

— Умер, — кивнул Демьян. — И теперь всё как надо.

— Ты не должен… Ты не должен был вмешиваться, ты не имел права! — воскликнул санитар.

— А ты имел? Когда запирал людей без воды? Когда вводил хлор без разведения? Когда шептал начальству, кто «слишком шумит»? — спросил Демьян.

Санитар замотал головой.

— Нет… Я просто работал… Я не… — начал он.

— Тогда и сейчас не мешай, — сказал Демьян.

Он поднялся и сделал шаг вперёд.

Санитар отшатнулся.

— Что ты будешь делать? — спросил он.

— Ничего. Всё уже сделано, — ответил Демьян.

С грохотом рухнула башня связи. Трещина прошла по стене здания. Земля дрожала. Ночь становилась ярче — от огня, не от луны.

Демьян стоял в центре улицы. Лёгкий снег ложился на обожжённые руки. Он смотрел, как всё рушится. Тихо. Без слёз. Без слов.