Чтение онлайн

Снег хрустел под ногами, но звук был неправильным, словно замедленным, отстающим на секунду. Демьян остановился. Лёгкий кашель вырвался сам собой, неподконтрольный. Рёбра болели, кожа на руках трескалась под бинтами. Куртка была разорвана, а запах оставался тем же, что в камере, в больнице, в лаборатории. Хлорка, кровь и гарь слились в одну вонь.

«Он был мёртв. Я же видел», — подумал Демьян.

У столба стоял солдат — знакомая фигура, полковник Ладейников. Тот самый, которого выносили из больницы с лицом, накрытым простынёй.

— Товарищ? — солдат поднял фонарь. — Вам нужна помощь?

— Ты… — Демьян прищурился. — Ты же Ладейников?

— Так точно. А вы… Лицо знакомое, — ответил солдат.

— Ты умер. У тебя отказала печень. На третьем дне. Я был там, — сказал Демьян.

— Что вы такое говорите? — солдат шагнул ближе. — Вы в порядке? Откуда кровь на ваших руках?

— Я тебя видел. Видел, как тебе кололи хинин. Видел, как медсестра… — продолжал Демьян.

— Медсестра? — переспросил солдат.

— Валентина. Но её тоже нет. Она… — Демьян замолчал.

Он отшатнулся. Солдат медленно растворялся в дыму, словно исчезал. Остался только свет фонаря, дрожащий в воздухе.

— Эй! — крикнул Демьян. — Ты не слышишь? Ты умер, понял? Я видел тебя в мешке!

Свет погас.

Демьян стоял в пустоте. Только дым, только сажа на снегу, только плакаты, на которых даты менялись при взгляде: «1965» превращалось в «1970», затем в «1964», цифры плыли, словно таяли под глазами.

Кто-то быстро прошёл мимо, не глядя.

— Эй! — сорвался голос Демьяна. — Не ходи туда! Там уже ничего нет, понял? Всё сгорело!

— Кто ты? — спросил прохожий.

— Кто угодно! Тебе лучше не знать! — ответил Демьян.

— Ты видел Михаила? — спросил голос.

— Михаил… Михаил… Это техник или тот, что с уколами? — уточнил Демьян.

— Он был в лаборатории. Потом в палате. Потом без сознания, — сказал прохожий.

— А теперь он может быть где угодно, — ответил Демьян.

— Что ты несёшь? — возмутился голос.

— А ты разве знаешь, где ты? — спросил Демьян.

Голоса затихли. Остался только ветер. Только вышка, мигающая с частотой, от которой начинало тошнить. Где-то в глубине барака захрипел умирающий.

Демьян подошёл к стене. На кирпичах виднелись обгоревшие следы рук. Внизу что-то шепталось. Он прижался ухом к стене.

— Пожалуйста, я больше не буду… Я не виноват… Я просто делал, что сказали… Не убивайте… — донёсся шёпот.

— Кто там? — спросил Демьян.

— Я… Я не знаю… Я был в архиве, а потом… — ответил голос.

Демьян отступил. Всё не складывалось. Люди, которые должны были быть мертвы, оказывались живыми. Те, кто был жив, исчезали. Записи в кармане изменялись. Он достал блокнот.

Там, где было написано: 15 января — падение Волкова Теперь стояло: 13 января — исчезновение Волкова.

Он пролистал дальше. Геннадий — отравление ->Геннадий — не найден

— Чёрт, чёрт, чёрт… — пробормотал Демьян, прислонившись к стене. — Что это такое? Что происходит?

Послышались шаги. Кто-то в форме.

— Пароль! — рявкнул голос.

— Я не в части. Я гражданский. Медик, — ответил Демьян.

— Медиков нет. Всех забрали, — сказал солдат.

— Я Демьян Ларин. Я из 2025 года, — произнёс Демьян.

— Повторите? — переспросил солдат.

— Что? — спросил Демьян.

— Вы сказали «двадцать двадцать пять», — уточнил солдат.

— Я ошибся. Я устал, — ответил Демьян.

— Вы ранены? — спросил солдат.

— Нет. Не знаю. Я… — начал Демьян.

— Здесь нельзя стоять. Здесь всё заражено. Идите в барак номер семь, — приказал солдат.

— Там никого нет, — сказал Демьян.

— Как никого? — удивился солдат.

— Никого. Пусто. Я только что… — начал Демьян.

Солдат замер, затем повернулся и пошёл обратно. Без звука. Снег под его ногами не хрустел.

«Это я. Это я всё сделал. Я подменил документы, саботировал лабораторию, пустил газ», — подумал Демьян.

Он сел прямо на снег. Слева лежала рваная папка с пометкой «Строго». Внутри — ничего. Только страницы, где текст исчезал на глазах, словно пепел.

— Вы тоже их видите? — рядом присел мужчина в пальто.

— Что? — спросил Демьян.

— Разрывы. Люди, которых не должно быть. Или которые должны быть, — ответил мужчина.

— Ты кто? — спросил Демьян.

— Я архивист. Бывший. Я считал, что ты герой, — сказал мужчина.

— Я не… — начал Демьян.

— А теперь не знаю. Может, вирус. Может, ты, — продолжил мужчина.

— Это я. Я всё разломал. Слишком точно. Слишком по часам. Я думал, это операция. А это мутация, — признался Демьян.

— Слишком умно для 1965 года, — заметил мужчина.

— Я не знаю, кто я. Уже не знаю, — сказал Демьян.

— Тогда всё правильно, — ответил мужчина.

— Что? — переспросил Демьян.

— Здесь все такие. Теперь, — пояснил мужчина.

Снег начал подниматься вверх, прямо в воздух, беззвучно, проходя сквозь тела.

Демьян закашлялся. Снова. Во рту чувствовался вкус крови.

Он сжал в кулаке журнал с записями мутаций. На страницах ничего не было.

— Я хотел вернуть порядок. Только справедливость. Только отрезать опухоли, — прошептал он.

— А теперь ты вирус, — сказал мужчина.

— Да, — согласился Демьян.

— Ты хочешь остановиться? — спросил мужчина.

— Уже поздно, — ответил Демьян.

— Тогда иди дальше, — сказал мужчина.

— Куда? — спросил Демьян.

— В самый центр. Где время уже не держится, — ответил мужчина.

Демьян встал. Снег лип к ранам, глаза щипало от дыма, но он пошёл дальше. В самый центр. Где гудели вышки. Где никто не жил. Где начинался распад.

За ним остались пустые улицы. Впереди была только тьма и цифры, путающиеся в собственной хронологии.

Снег здесь не падал — он зависал в воздухе, словно время решило не делать следующий шаг. В переулке между бараками никого не было, но Демьян ощущал шаги за спиной, будто кто-то двигался вровень с ним, с той же скоростью. Он обернулся — пустота. Лишь дрожащая тень от фонаря на вышке и обрывки бумаг, исчезающие прямо в воздухе.