Чтение онлайн

Пока все взрослые пытались с трудом вздохнуть, истинный хозяин сего мира стал прохаживаться по периметру гостиной, всё рассматривая и язвительно приговаривая:

– Так вот ты где прячешься, Труммер-зуммер! Вместо того чтобы немедленно явиться ко мне с докладом, он пьянствует, подкармливая украденных у меня фей! И наверняка издевается в своей спальне над двойником моей божественной сестры Азнары Ревельдайны. Мучаешь её и, богохульствуя, тем самым издеваешься над самым святым в нашем ДОМЕ.

Аза сидела, словно усыплённая, с открытыми глазами. То ли ушла в себя от испуга, то ли уже прощалась с жизнью. А вот Ласка вновь, уже в который раз за сегодня, поступила совершенно не по-детски. Она, надув с обидой губки и скорчив самое наивное выражение на личике, стала возражать:

– Дядя Бен! – от такого обращения у взрослых набор воздуха в лёгкие прекратился окончательно. – Никто у тебя ничего не крал, ты мне сам подарил эти шкатулки и разрешил играть. Так что ещё спасибо должен сказать, что я спасла этих крохотулечек и вылечила от последствий невероятного голода.

– Мм? – наверное, Прогрессор всё-таки сделал вид, что смутился. – Вообще-то ты права… Спасибо!

– И мой брат ни капельки не мучил Азу в спальне! Его только недавно доставил домой один важный дядька, и он только только успел покушать. Да и Азы дома больше недели не было.

– Не мучил, говоришь? – Дэм остановился возле окаменевшей маркизы Рейны, хохотнул ей в лицо и вновь двинулся по периметру гостиной. – Ладно, тогда я его сам накажу и не буду отдавать в восемнадцатый сектор.

И вновь строго глянул на раскрывшую глаза маркизу.

Но к тому моменту, пусть и не продышавшись толком, сумел и Труммер заговорить:

– Дэм Надариэль! Прошу меня простить, что я сразу не отправился к вам. Меня как бы до сих пор содержат под домашним арестом. И где-то совсем рядом находится главный консул восемнадцатого сектора, геер Юрген Флигисс.

– Ну надо же! – стал притворно сокрушаться Бенджамин. – Что творится в моём секторе, а я знать не знаю! И чем этот шпион-солдафон здесь занимается?

– Э-э-э… – не знал, что сказать, а’перв. Но тут голос прорезался у Аннет:

– Дэм Прогрессор! – обратилась она с каким-то отчаянием. – Геер Флигисс пригласил на свидание мою сестру Элен. И они вдвоём прогуливаются по околицам.

– А мне какая разница, скольких шпионов-предателей пристрелить или испепелить? – чистосердечно удивилось божество.

– Дядя Бен, – нахмурилась Ласка. – Что тебе сделали плохого Юрген и Элен? Ты ведь не злой, а добрый.

– Ну ты и наглая, малявка! – фыркнул «дядя». – И не понимаешь, что если я буду добрый, то вы всем расскажете о моей доброте, меня перестанут бояться и вообще на голову сядут.

– А мы никому, никому не расскажем! Честно, честно! – последовало обещание, и ребёнок обвёл всех взглядом, требуя подтверждения своих слов. Все, кроме маркизы, закивали как болванчики. А вот её отстранённость не понравилась божеству. Оно подошло к ней опять и стало рассуждать вслух:

– А вот эта предательница молчать не станет… Наверняка всё разболтает своей покровительнице… И та потом так надо мною обхохочется, что бежать из ДОМУ придётся…

Наконец и Аза сподобилась заговорить. Причём голос её ни капельки не дрожал:

– Ничего в этом смешного нет. Наоборот, дэма Ревельдайна тебя больше уважать станет и ценить. Потому что помогаешь влюблённым соединить свои сердца.

Ничего на это не ответил Бенджамин. Только странно скривился и развернулся уже непосредственно к Ласке. Даже не к ней, а к феям, притихшим на плечах девочки и опирающимся ручками об её шею:

– Кто из вас двоих принцесса Лидия? – не дождавшись прямого ответа, он продолжил: – А то мой сказочный лес, выращенный специально для вашего сказочного народа, наполнен плачем и заливается слезами. Почти триста фей скорбят по своей принцессе, считая её усопшей. Тогда как она развлекается тут, будучи в полном здравии.

И безошибочно протянул руку именно к принцессе. Но та буквально вжалась в шею Ласки и пропищала с испугом:

– Никуда я с тобой не пойду! Не верю я тебе! Всех убить хочешь и уничтожить!

Ну и девочка инстинктивно прикрыла ладошками обе крылатые креатуры. Только и прошептала еле слышно:

– Вначале я сама должна убедиться, что это за лес такой…

Теперь уже дэм, шевеля грозно бровями, развернулся к Труммеру:

– Я тебе что приказывал? Почему не воспитываешь ребёнка? Откуда у неё такие непослушание и строптивость?.. И чего ты кривишься, словно гвоздь проглотил?

– Виноват… Не уследил, – бормотал а’перв. – Готов искупить… Э-э-э, своей кровью…

– Отлично! – обрадовался владыка сектора и возложил руку на плечо смертного. – Наконец-то ты согласился! Сейчас отправляешься со мной прямо в Лаборатории.

– Нет! – Руку поощер сбросить не посмел, только присел чуть-чуть, словно под огромной тяжестью. – Только не туда! Если надо, забирай всю кровь с собой, а умирать оставь здесь.

– Трус! Я тебе всегда говорил, что ты редкостный трусишка, – констатировал дэм, обдав человека божественной волной истинного презрения. Затем печально вздохнул и заявил: – Хорошо! Бери свою сестру на руки, я сейчас вас перенесу прямо в сад!

И это уже прозвучало так строго, что ни у кого и мысли не возникло обозначить какое-то несогласие даже мимикой. Шутки и ёрничество кончились. Даже Ласка не колебалась, сразу запрыгнув на руки к Полю и прижавшись к нему вместе с феями.

Ну и в следующее мгновение их всех троих не стало в гостиной.

Галлиарда хотела что-то сказать, но закашлялась, прочищая пересохшее горло. Зато нервно хихикнул доселе молчавший Вак Лейзи:

– Если бы я и пробовал кому-то рассказать об этой сцене, мне бы не поверили и закидали камнями.

– Вот и помалкивай, как рыба на сковородке! – грозно процедила в его сторону Аза. – Иначе мы все ни Труммера, ни его сестры не увидим больше никогда. Пойдут на перегной для сказочного леса… Ну и мы там же окажемся…

На это ничего присутствующим не оставалось, как грустно кивать и радоваться, что до сих пор остаются живыми.

В волшебном лесу дэм пробыл недолго. Сразу начал кривиться от начавшегося столпотворения из мелькающих крылышек, которые плотным коконом окружили донельзя счастливую и довольную Ласку. Ну ещё бы ей было не радоваться: она спасла от гибели целую принцессу и ближайшую ей подругу.