Чтение онлайн

– И что там?

Пришелец не ответил. Лишь зло уставился на меня.

– Оружие?

Я приподнял совсем ослабевшее тело и подтащил к панельке с крестом.

– Открывай.

Ничего. Пришелец не двигался и не дергался.

– Открывай, мать твою! – закричал я не него и ткнул мордой в стену. – А то сдохнешь.

Панель с тихим шелестом поползла в сторону, размазывая кровь с лица пришельца.

– Эта ничё не даст, – прошелестел зеленый. – Мертвый я быспалезен.

Он что сейчас предлагает его вылечить?

Я оттащил зеленого от стены. Нафиг! Вдруг и впрямь очень живучий? Или у него еще одна рука где-нибудь припрятана?

В темной нише что-то стояло, но без подсветки невозможно было ничего рассмотреть.

– Вылычите, – снова прошептал зеленый.

Я вспомнил Дариана в луже крови. Что-то эти зеленые не спешили вступать в контакт, а просто напали без разговоров. Даже Дар не успел среагировать, хотя он боец, да и прокачан неплохо. К черту!

– А если не вылечим?

– Другые прылетят и отомстят. И тыбе, и осквернытелю!

Насчет последнего я совсем не понял. А вот угроза в голосе слышалась. Значит даже на пороге смерти зеленый ищет варианты запугать. Да пошел он! Зомби, пришельцы, дрова всякие из земли лезут! Меня всё это уже начинало бесить. Но вот одна мысль, пришедшая в голову, показалась здравой.

– Говоришь, мертвый бесполезен? А живой?

Пришелец молчал.

Наверное, скажи он, что поможет, что-то расскажет… не знаю. Несмотря на то, что они сделали, я бы еще задумался, попробовал бы взвесить все за и против, поискать варианты. В конце концов, Дариан жив. Но так…

Морда этого пришельца помогла вскрыть не то тайник, не то стенной шкаф. А как насчет других помещений? Чем ковырять прочную обшивку корабля системными инструментами, не проще ли воспользоваться ключом? Или отмычкой, тут как посмотреть.

– Матвей, ты что делаешь? – воскликнула Оля, когда я принялся тыкать пришельцем во все углубления, которые по моему мнению могли служить проходами в другие помещения.

И… у меня получилось!

Стены с тихим шелестом открывались. Точнее не открывались. Только панелька с крестом открылась. Остальные… будто бы… отщелкивался замок. Панель чуть провалилась, образовывала тонкую щель со стеной. Наверное, было бы на корабле питание, двери уползали бы в сторону, как панелька. А там просто вскрывался замок. Но ничего. Есть щель, а мы найдет что в неё вставить, как расширить и углубить.

Не все, далекое не все углубления поддавались, но…

Уже через пару минут в носовой части образовалось два прохода в другие комнаты!

Не знаю, как тут всё действовало, но видимо какая-то своеобразная биометрия.

Зеленый кряхтел, сопротивлялся, слабея с каждой секундой.

Я пока даже не разбирался с тем, что за этими дверями. Главное было открыть, как можно больше. Слова о том, что этот зеленый гоблин будет бесполезен, если сдохнет, не шли у меня из головы.

Подозреваю, что мертвая плоть не откроет передо мной двери, так что я торопился.

Еще одна дверь рядом с рубкой и перемазанные в крови стены – антураж фильма про маньяка-мясника. Да, плевать! Сейчас передо мной открывались не двери – возможности!

К кормовой части я бежал Рывком. Пришелец уже совсем не шевелился, а мне хотел протащить его по всему кораблю. Кто знает, что скрывает нутро этой дурацкой конструкции, найденной и собранной кем-то на инопланетной свалке.

Мне не повезло. В кормовой части открылась лишь одна дверь, зато очень широкая, почти в половину ширины корабля.

Пришелец замер, на этот раз, похоже, окончательно. Тело начало стремительно остывать, а кровь перестала течь. На всякий случай я еще немного повозил им по стенам, разрисовав металл разводами инопланетной крови, но ничего и нигде больше не щелкнуло, не открылось.

– Матвей, – укоризненно произнесла Оля, когда я отбросил труп пришельца в сторону.

Она что, решила пристыдить меня? Но я ошибся.

– Он ведь может быть еще живым, – продолжила Оля, подошла и в упор выпустила две очереди зеленому в голову. – Теперь, точно готов!

Честно скажу, я не думал, что мы такие ксенофобы и шовинисты. В отношении людей я испытывал какие-то сожаления, даже после того, как слегка облажался с Фатимой, все равно понимал, что не смог бы в тот момент легко застрелить никого из них. Сейчас, спустя несколько дней, возможно. Но необходимость выживать беспощадно растягивала время и восприятие. Казалось, что Фатима, Сэм и мастерские были в прошлой жизни.

Похоже, что и Оля, и все остальные успели измениться. Сомневаюсь, что она так легко бы расстреляла человека. А вот пришельца… Я украдкой глянул на стоящую совсем рядом со мной кузнечиху с автоматом в руках. Та ли это женщина, что пришла ко мне в комнату, собираясь переспать с чужим ей человеком за чуждые для неё идеи?

Система меняла нас. Меняла быстро и кардинально. Незаметно, неощутимо, но неотвратимо. Как в одно мгновение она забрала у нас звезды, так и сейчас забирает нас самих, оставляя что-то другое.

Во мне всё ещё осталась радость от новых открытий, жажда узнавать чужие технологии, будь то технологии пришельцев или самой Системы. Но не осталось никаких сентиментальных и, наверное, если уж быть честным, ненужных чувств к тому, кто всё это создал. Не осталось трепета перед превосходящим нас разумом. Пришельцы, создавшие космический корабль из мусора? Звездолет – круто! Гоблины? Если враги – то в топку! А ведь они напали на нас, напали на Дариана. Значит – враги! Значит мордой их об стены, выбросить и идти дальше. Система, отправившая к нам несколько волн странных обелисков, упавших на землю в виде метеоритов? Знания, содержащиеся в этих черных призмах – дайте два! Создатели Системы? Убил бы собственными руками, за то, что они с нами сделали! За то, что они сделали со мной! За то, что я сейчас чувствую всё это. Ведь раньше такого не было.

Внутренняя злость, непонятно откуда взявшаяся, постепенно отступала.

– Таха, как там Дариан?

Я отдышался. Кажется, мое привычное состояние восстанавливалось помаленьку.

Таха стояла рядом с лежащим на земле Дарианом. Я подошел к ней, погладил по голове.

– Жить будет, – коротко сказала она, – но по откату подлечу ещё. Может быть витаминку ему дать?

– Не надо, – прохрипел Дар, – Справлюсь. Уже лучше.

– Мне кто-нибудь объяснит, кто это такой? – спросила Оля, убрав ствол от лица Макса. – И почему мой мужчина приперся домой с бутылкой?

Её, похоже, тоже отпускало. И сейчас она строила из себя ворчливую жену-хозяйку, встретившую на пороге дома пьяненького мужа с собутыльником.

– Это Макс, – ответил я. – Повар. Не помнишь? Он работал в комплексе.

Оля внимательно уставилась на Макса, но помотала головой.

– Тощие мне никогда не нравились.

Макс попытался приподняться, но Петрович осадил его.

– Сиди! С тобой мы еще не решили, что будем делать.

И то верно. С Максом надо срочно что-то решать. Либо верить ему и брать в отряд, либо держать, как пленника. Если честно, что-то меня в нем смущало. Что-то было такое, что не давало мне покоя, при взгляде на него. Будто бы я чувствовал, что он не то чтобы задумал плохое, но он не наш, не свой.