Фатум. Том второй. Кровь на шпорах
Шрифт:
Захлебываясь горячим шепотом, она выпалила:
– Жемчужина ушла из ваших рук - плохой знак. Быть беде. В наших краях живет поверье: если человек сам выбрасывает талисман, то он попадает в когти дьявола… Прошу вас, будьте теперь осторожны даже в беспечный полдень. Это не я - ОН пророчит вам горе.
– Ну что ж, спасибо за такой «подарок». По вашей милости мне придется поздороваться с этим другом,- де Уэльва крепко взял ее запястье.- Вы так волнуетесь за меня… Решительно странно. Я, что же, понравился вам?
– насмешливые глаза Диего озадачивали Терезу.
Помявшись, она тихо призналась:
– Немного… Вы из тех, кто производит впечатление… А главное, вы ничего не просили и не предлагали, сеньор. Вы понимаете?
Он кивнул головой, отпуская ее руку. Девушка блеснула зубами в улыбке.
– Но, похоже, и я понравилась вам?
– Да, я люблю красивых женщин и стремительных лошадей.
Она некоторое время смотрела на майора, пытаясь най-ти подвох в его глазах, затем отрывисто сказала:
– Теперь уходите, герой, и побыстрее… Из-за вас отец мне и так всыпет по первое число…
– Какая награда «герою»?
– Диего одернул камзол.
– Завтра я выйду проводить вас в дорогу.
– И только?
– в голосе слышалось разочарование.-Тереза, я поостерегусь предполагать, пока не увижу, какие карты сдала судьба, но кто знает… суждено ли мне вернуться из Калифорнии… Побудьте еще со мной…
– Да как вы не понимаете!
– девичье лицо напряглось.-Вам опасно находиться рядом со мной… И не моя в этом вина.
– А чья?
– Вы что-нибудь слышали о капитане Луисе де Аргуэлло и его летучем эскадроне?
Майор прихлопнул москита на своей шее и отрицательно качнул головой.
– И… вы его любите?
– Нет! Зато он совсем потерял голову! Он мой жених… О, чтоб сгорели его змеиные деньги! Отец просто грезит ими! Если Луис увидит нас вместе или кто-то шепнет ему… Жизнь человека для него стоит не более истлевшей сигары. Он из тех идальго, которые мечтают свести счеты даже с собственной тенью.- Лицо сеньориты застыло неподвижной маской.- Я его ненавижу.
Де Уэльва участливо спросил:
– У вас неприятности из-за него?
Мексиканка не ответила, насторожившись. Майор невольно оглянулся: из таверны доносились приглушенные разговоры и смех.
В это время луна померкла, уткнувшись в облако. Дону послышался едва уловимый шорох за щелястой дверью, выходившей во двор корраля. Почудился он и Терезе. Она съёжилась и прижалась к офицеру, бросив охапку хвороста.
– Что бы ни случилось, не надо подвигов, слышите, дон Диего?
Де Уэльва быстро подошел к двери и крепко наддал ее плечом. Она опрокинула сидевшего в засаде папашу Мунь-оса. Он грянул на пол, собирая горшки, хомуты и прочий хлам. И лишь когда до него дошло, что случилось, он с жаром возмутился:
– О, будь проклят день, когда я родился! Вы, черт возьми, сломали мне нос, сеньор! И это в моем-то доме!
– В следующий раз будь осмотрительней, старина, и не суй его меж дверьми!
– Диего способил толстяку подняться.
Из носа частила кровь. Тереза протянула охавшему папаше платок, а дон вежливо спросил:
– Сеньор Антонио, вы позволите мне потанцевать с вашей дочерью?
– Спроси лучше меня, хлыщ, может, тебе больше повезет.
Плечо Диего словно попало в тиски.
Глава 7
Взбешенный майор резко крутнулся назад. Перед ним с наглой улыбкой стоял Луис, за которым толпилось не менее десятка солдат. Дерзкие глаза буравили де Уэльву.
«Вот и обещанная кавалерия объявилась»,- подумал Диего и учтиво сказал:
– В таких делах, капитан, третий лишний…
– Ошибаетесь, любезный. Лишним будешь ты, а не я,- бледное лицо де Аргуэлло не обещало ничего хорошего.- Надо же! И ты здесь, предмет всеобщего поклонения.- Не обращая внимания на майора, Луис впился взглядом в свою невесту.- Тереза, в сторону! Ну, живо! Я хочу получше разглядеть твоего павлина… Ты что, оглохла?!
– Посмей его хоть пальцем тронуть!
Девушка боялась шелохнуться, прекрасно сознавая, что даже малейший намек на какое-нибудь движение способен сейчас спровоцировать кровь.
– Вот ты какая, монашка!
– глаза капитана были точно тлеющие угли, готовые вот-вот полыхнуть пламенем.
– Еще какая!
– она мстительно сжала губы.- Дайте по-хорошему уйти этому господину! Вы хоть бы поздоровались для приличия, сеньор де Аргуэлло.- Тереза умышленно затягивала время.
– Сначала я рассчитаюсь с ним, а потом, когда мы останемся одни… я поздороваюсь с тобой от души… Эй, папаша! Уймите свою похотливую дочь!
– Опомнись, Тереза, как ты говоришь со своим женихом?
– толстый Муньос буквально умывался потом. Глаза его так и тикали: туда-сюда, туда-сюда. Губы дрожали.
Диего решительно встал между сеньоритой и драгуном.
– Значит, вы здесь командуете смотром, капитан?
– Что дальше?
– огрызнулся Луис.
– А дальше я дам вам одну дорогую вещь… и, кстати, бесплатно.
– И что же это?
– Совет, капитан. Убирайтесь-ка вы отсюда к чертовой матери, пока я не научил вас правилам этикета.
На мгновение все замерли и уставились на Диего, будто он разбил дорогое зеркало.
– Прислушайтесь, капитан, к моим словам, иначе вы крепко пожалеете. Я могу поручиться: король казнит полгорода за вашу дурацкую выходку.
– Здесь не Мадрид! И хватит мне мозолить уши! Эй, возьмите его!
Солдаты желтомундирной стеной бросились было выполнять команду, как вдруг будто оступились… Через штыки на двор патио выскочили братья Гонсалес и Мигель.
Застольные игры и веселье в таверне разом прекратились. Смолисто затрещали факелы - вокруг грудился народ, послышались голоса:
– Дон Луис, если вы решили посмотреть, какого цвета у этих покойников потроха, позвольте и нам! Мы тоже хотим!
Де Уэльва хладнокровно следил за движениями соперника, его солдат и прихлебателей, готовый в любую секунду пустить в ход оружие. За своих слуг он был спокоен: эти бойцы не подведут. «Но, черт возьми, силы были слишком неравны: сорок, а то и все пятьдесят против четверых… Кому понравится? Целая королевская рать, да еще и при пушках!»
– Майор! Я предлагаю вам убраться отсюда и забыть дорогу к этой юбке!
– прорычал Луис, рука его легла на рукоять сабли.- Или я помогу вам сегодня же встретиться с Богом.