Чтение онлайн

Пока Чарли пытается успокоиться, обращаюсь к бывшему главе деревни:

— Ну и что тебе предложила темная сторона? Печеньки?

— Печеньки? — удивляется тот, но после пинка, в этот раз уже от меня, добавляет: — Жизнь. Мне предложили жизнь.

— И что потребовалось отдать взамен? — вскидываю брови. — Душу?

— В первый раз я отдал всего лишь свою жену, — сплевывает староста. — Все равно эта старая ведьма заслуживала смерти.

— Подробности выкладывай. Иначе отправлю тебя проводить следственный

эксперимент. Прямо ночью, пинком со скалы, — хмурюсь и киваю Чарли. — А ты слушай внимательно, раз больше всех знаешь. Чтобы потом найти способ вернуть все обратно. Иначе больше огонь тебе зажигать по ночам не буду.

Разбирательства занимают почти весь остаток ночи, но в итоге мне все-таки удается докопаться до истины. Правда, поверить в нее куда сложнее.

В общем, сам не зная, староста заключил сделку с тьмой изнанки. И то, эта самая тьма смогла до него достучаться лишь из-за того, что он оказался на границе между жизнью и смертью. Затем староста приманил первую горгулью, расколол ее, что-то там намагичил и в итоге... возродился живым и здоровым. Как феникс. Вот только тут был один нюанс. Поскольку силами феникса обладали исключительно женщины, для возрождения ему потребовалась жена. С помощью темных сил он как-то связал их души и изменил ее тело, сделав своим. Затем выбрался из ущелья, вернувшись в деревню, как ни в чем не бывало, а жену объявил пропавшей без вести. Возможно, этим бы все и закончилось. Но найдя путь однажды, изнанка не оставила его, продолжая нашептывать всякое разное. Например, что необязательно ему умирать от старости... можно снова жениться, расколоть еще одну горгулью и обновить свое тело. И еще одну... и еще.

Вздрогнув, внимательно смотрю на его последнюю жертву. Мужское тело, черная каменная полоса в области плеч... С помощью горгулий, темной магии и жен, староста создавал себе новые тела, вроде големов. А после перепрыгивал в них и снова становился молодым. Вампир гребанный. И ведь, выходит, он уже сотню лет так делал...

Конечно, жители должны были заметить, что их староста не стареет, а все его жены спустя время начинают болеть и умирают. Но те же темные силы подсказали мужчине рецепт особого зелья, которое он разливал всем на общем деревенском собрании. А взамен староста помогал им расширить разлом.

— Ксандр, выведи его, пока своими руками не задушила, — цежу мужу и обращаюсь уже к Чарли: — Ну что? Есть способ ее спасти?

— Так извратить светлую магию... это ужасно, — голос горгулия дрожит. — Но, если он выводил ее на улицу ночью, чтобы стимулировать превращение... возможно поможет огонь феникса.

— У нас нет огня феникса! — кричу и на секунду мне кажется, что все пропало.

— Есть. Внутри меня.

— И что, предлагаешь расколоть и тебя тоже? Совсем сбрендил?

— Зачем раскалывать? — обижается Чарли. — Я могу им поделиться и так.

Глава 18

Лорд Ксандр

Лана изменилась. Причем, изменилась почти до неузнаваемости. Я бы даже посчитал, что это прежде она притворялась при наших мимолетных встречах, чтобы произвести на меня нужное впечатление. Потому что человек неспособен стать абсолютно другим за такой короткий срок.

Но нет, если верить рассказам тех же сестер и Ираиды, Лана прежде была кроткой и покорной. Ровно такой, какой я ее запомнил. Такой же, как моя погибшая истинная. Наверно это было еще одной причиной того, что я выбрал именно ее — так мне уж точно хотелось держаться от нее подальше. Потому что воспоминания о событиях прошлого до сих пор вызывали во мне щемящую боль. Не от того, что я потерял истинную — здесь меня больше печалила потеря зверя и крыльев. А от предательства.

Тогда метка только зажглась, и мы заключили помолвку. Просто потому, что того требовал зверь — он тянулся к своей паре с таким отчаянием, что иногда это даже пугало меня. Возможно, со временем я бы тоже полюбил ее, но, по иронии судьбы, ничего из этого не случилось. В нашу первую встречу Лана опускала взгляд точно так же, как та, другая. Та всегда краснела при наших встречах и говорила столь тихо, что мне с трудом удавалось это расслышать. А потом заманила меня в ловушку, где в итоге погибла сама. Вряд ли она сделала это из-за того, что ненавидела меня. Скорее уж все случилось из-за ее кротости и покорности.

Но она все равно понимала, что это предательство. Иначе не извинилась бы перед своей смертью. Уже позже выяснилось, что ее семья давно лелеяла планы захвата власти и весьма обрадовалась, узнав, что их дочь — истинная королевского дракона. То, что Норманн третий воспитывал меня, как сына, знали многие. И решили этим воспользоваться, одной стрелой поразив двух зайцев сразу. С моей смертью Норманн не только лишился бы дракона и союзника, но и был бы раздавлен болью от утраты близкого человека.

Она соврала, что попала в беду, и дракон тут же сорвался на помощь своей паре. Разум человека уступил место инстинктам зверя, иначе я бы смог заподозрить неладное. Но когда оказался на месте было уже поздно. Меня ждали и завязалась потасовка, в результате которой погибла истинная. Дракон сам убил ее по случайности. А после не выдержал этого и тоже ушел, перед этим выплеснув на врагов всю свою ярость. Так я лишился и невесты, и крыльев.

Да, прежняя Лана во многом напоминала мне истинную. Прежняя, но не теперешняя. Сейчас от былой кротости и смирения не осталось и следа. Она стала ураганом в платье. Теперь запас ее ругательств поражал воображение, а манера поведения повергла бы придворных леди в ужас. Она словно стала идеальным примером того, какой не должна быть жена аристократа. Но, к удивлению, когда первый шок прошел (причем прошел очень быстро), новая Лана стала нравиться мне гораздо больше Ланы прежней.

Сейчас она прямо говорила то, что думает и не боялась показаться глупой. Из

хрупкого тепличного цветка она превратилась в шиповник, покрытый колючками. Казалось, ей больше не нужен никто — она и сама способна справиться со всеми бедами этого мира. Умная, смелая, красивая и независимая — таких девушек я не встречал прежде. И неудивительно, ведь рядом с такими мужчины не могли чувствовать себя сильными лишь за счет чужой слабости. Для такой не вышло бы стать милостивым покровителем, или властным командиром, ведь она и сама командовала не хуже генерала. Но именно такая, если не пытаться ее сломать, могла бы стать надежным союзником, на которого можно положиться. И именно рядом с такой открывалась истинная сила мужчины.

Да, может теперь Лана порой выражалась до невозможности грубо. Но за этими ее грубыми словами всегда стояли хорошие намерения. Правда, понял я это не сразу, и сперва она показалась мне обычной хамкой... Надо же, сейчас я даже думал о Лане прошлой и Лане настоящей, как о двух разных людях.

Впрочем, куда важнее изменений в характере супруги, был староста. Может, он и выложил нам все после дня взаперти и нескольких тычков, но мне не нравится его взгляд.

— Ты слишком довольный для мертвеца, — говорю ему, сопровождая в подсобку, как велела Лана. — Неужто считаешь, что сможешь легко отделаться?

Лично я бы не сдержался — пришиб бы подлеца сразу после его жуткого рассказа. Потому что существо, заключившее сделку с тьмой изнанки, и убивавшее жен ради своей жизни даже человеком назвать сложно. А значит, он заслуживает только смерть. Но пока мы не исцелили последнюю жертву, не следовало торопиться с наказанием. Он мог еще пригодиться.

— Сейчас это уже неважно, — усмехается староста. — Вы все равно опоздали.

В глазах у него пылает огонек безумия. А может, это и есть тьма, завладевшая его сердцем.