Чтение онлайн

— Поясни, — останавливаюсь, а после сопровождаю требование несколькими

прямыми ударами по самым болезненным местам.

— Разлом расширился, — говорит староста, сплюнув кровь. — И вы уже не сможете его закрыть. И спасти ее тоже не сможете. Для вас все кончено.

— Не мели чушь, — начинаю злиться, встряхнув старосту за плечи. — Или мне добавить?

— Добавляй или нет, но я все равно восстану из мертвых. И тогда вы уже не сможете меня одолеть, — сейчас голос старосты звучит странно.

Словно со мной говорит не он, а сам хаос.

— Что это значит? — спрашиваю, а когда мужчина молчит, добавляю еще пару

ударов.

Впрочем, добиться чего-то внятного мне так от него и не удается — в конце концов, он просто теряет сознание. Связав, оставляю его в подсобке и возвращаюсь к Лане. Все, что мне было известно о разломе я уже рассказал ей.

Миры — это жизнь. Изнанка — это тьма и хаос, которыми полнится пространство между мирами. И если оно сможет проникнуть внутрь через разлом, то весь мир сам станет изнанкой. Просто исчезнет, словно его и не было.

Так уже случалось — я читал об этом в старых книгах. Из-за глупости, самонадеянности или досадного стечения обстоятельств великие цивилизации

превращались в прах и пепел. А затем растворялись в пустоте, не оставив после себя ни руин, ни памяти, ни жизни.

Но что имел в виду староста? Если нам не удастся спасти девушку, то это станет концом всего мира?

— Ксандр, нам нужна твоя помощь, — едва возвращаюсь в гостиную, как Лана

решительно хватает меня за руку. — Мы нашли способ.

— Способ? — не сразу понимаю, о чем она говорит, но ее хрупкая теплая ладонь приятно греет мою.

И кровь старосты на костяшках пальцев ее совершенно не смущает.

— Как исцелить девушку, — поясняет Лана с улыбкой. — Чарли, рассказывай.

— Я думаю, можно обратить ритуал с помощью огня феникса, — деловито поясняет этот странный каменный монстрик. — Он есть во мне, и я способен поделиться им.

— Но, чтобы Чарли было проще, ты должен подпитывать его, — заканчивает вместо горгулия Лана. — Своим огнем.

— И как мне это сделать? — мысленно выдыхаю с облегчением.

Раз они нашли способ, значит можно не воспринимать слова старосты всерьез.

— Просто пуляй в него фаерволы, — пожимает плечами Лана.

Значение последнего слова мне неясно — иногда она говорит такое, что я совсем теряюсь. Но общий смысл все равно понятен.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Я готов.

— Тогда приступим, пока не рассвело, — с предвкушением Лана трет руки.

А я невольно улыбаюсь, глядя на ее улыбку.

Лана

Услышав слова Чарли, я радуюсь так, как никогда прежде. Почему-то мне особенно важно спасти эту несчастную и вернуть ей приличный вид. Возможно потому, что только так получится хоть немного возместить вред, нанесенный старостой.

— Значит, тебе нужно больше огня? А драконий подойдет? — уточняю у горгулия. — У нас тут ведь как раз завалялся один бесхозный дракон...

Чарли кивает, и когда Ксандр возвращается, хватаю его за руку. Ну вот и снова

муженек пригодился. Оказывается, у замужества довольно много преимуществ. Есть с чьей помощью заключенных бить и чьим огнем монстриков кормить.

До самого рассвета Чарли передает свой огонь феникса жене старосты. Происходит это так: горгулий прижимается к несчастной, заключив ее в свои

твердые объятия, и между ними мерцает свет. А позади него стоит Ксандр и без устали пуляет в спину Чарли огненные шары, которые с шипением втягиваются в каменную кожу. Впрочем, несмотря на усилия муженька, к концу процедуры горгулий становится заметно худее, фактически вернувшись к своему изначальному состоянию.

Зато и результат явно на лицо, причем во всех смыслах этого слова. К рассвету,

когда Чарли застывает, предварительно отступив, черная полоска на теле девушки спускается значительно ниже, на уровень талии. И пускай ноги у нее все еще мужские, но зато сверху она больше не похожа на оживший ночной кошмар. Глаза, рот и нос теперь снова на своих местах, и уже от этого хочется петь и танцевать. Вот только, увы, на песни и пляски нет времени.

— Тише-тише, успокойтесь, — подхожу к ошалевшей бедняжке, закричавшей при виде окаменевшей морды Чарли совсем рядом с собой. — Вы же помните мой голос?

— Д-да... — заикается та и тут же начинает кашлять.

— Сейчас-сейчас, — бегу за водой. — Вот так, не торопитесь, маленькими глоточками. Теперь давайте познакомимся, затем я сварю вам супчик... вы же наверняка голодны, верно? А уже после расскажете нам, как все было. И не бойтесь Чарли. Он страшный только с виду, но именно его следует благодарить за ваше исцеление, хоть пока и не полное.

— А вы красивее, чем я вас представляла, — вяло улыбается та, с опаской продолжая поглядывать в сторону горгулия. — Я Мари.

— Очень приятно, я Лана, а это Ксандр, — представляюсь в ответ. — Отдохните пока, я быстро. Вы ведь наверняка голодны.

— Безумно.

— Вот и славно. Ксандр, сможешь оттащить Чарли подальше, чтобы он не смущал нашу гостью? — спрашиваю у муженька, а дождавшись кивка, бегу на кухню.

Быстро разжигаю огонь, нарезаю овощи. Сейчас Мари нужно что-то легкое, чтобы это принял желудок. И какое же счастье, что у нас получилось! Пусть пока и не до конца, но прогресс ведь определенно есть!

— Не думал, что ты умеешь быть такой вежливой, тем более с крестьянами, —

спустя время ко мне присоединяется Ксандр.

Несмотря на смысл, злобы я в его словах не слышу, скорее удивление.

— Невежливая я только с преступниками и нахальными мужьями, — фыркаю. — А не с обычными гражданами, и уж точно не с потерпевшими. Мари и без того досталось, сейчас ее лучше не беспокоить.

— Гражданами... — Ксандр словно катает это слово на языке, пропустив все остальное сказанное. — Я и прежде от тебя это слышал. Звучит сурово, даже будто гордо. Мне нравится. Что это значит?