Чтение онлайн

Я открутил крышку на тюбике, показывая, что готов приступить.

— А, теперь я поняла почему Алиса называет Славю колхозницей! Тоже, получается, в плену этого предубеждения. Мы с мамой довольно похожи, и фигурой тоже. Она очень молодо выглядит и иногда нас даже за сестёр принимают. Мне мои формы вполне нравятся, быть может, только лодыжки хотелось бы чуть потоньше, и при моём росте некоторые девушки умудряются весить меньше. Но я не знаю, как ещё меньше. А может, они только говорят, что меньше весят, а на самом деле не меньше. Может, больше даже. Не скажешь же, что у меня кость широкая и плотная, очень изящная. Правда? Поэтому я не могу весить меньше, я считаю.

Кажется, Мику совсем разволновалась из-за предстоящей процедуры и продолжала тараторить, оттягивая неизбежное.

— Конечно! — поддержал я её. — Ложись! А то успеешь сгореть до намазывания!

— Хорошо, — кивнула она, встала на четвереньки и принялась заползать в приготовленное убежище.

— Так вот, про формы. Если меня всё устраивает, и надеюсь, тебя во мне тоже, то про Алису такое не скажешь. Она почему-то считает, что у неё грудь маленькая. Хотя какая она маленькая, если... ну... вполне даже очень ничего. Крупная даже! Смотря, конечно, с чем сравнивать. Она почему-то сравнивает себя с Леночкой. До меня они были подругами, наверное, поэтому. То есть, не я появилась и их поссорила, вовсе нет, там долгая история и мы сейчас не об этом.

Я выдавил крем себе на руку, чуть растёр по ладоням и задумался, откуда начинать.

«Наверное, более правильно начать с ног. К тому же совсем недавно я уже к ним прикасался в медпункте, так что это уже, можно сказать, освоенная область».

Мику лежала на животе, подложив руки под голову и не в тени зонта как раз оставались ноги.

Приложив руки к лодыжке, я повёл ими вверх.

— Ай, щекотно, — засмеялась Мику, на секунду прервав рассказ и заелозив по полотенцу.

— Лежи смирно, а то у меня не получается равномерно наносить, — попросил я, перенося руки на вторую ногу.

— Я постараюсь, а ты прижимай сильнее! Тогда будут другие ощущения и я не буду хихикать, как дурочка! Леночка ещё совсем недавно, Алиса рассказывала, была пухленькой! А в старших классах вытянулась и стала совсем не толстой. Грудь большая, бедра крутые, а талия узкая!

Добавив крем на ладони, я выдохнул и решительно двинулся выше.

— И вообще, по ней же не скажешь, что она тяжеловесная. Правда же? Такое сочетание очень редко бывает! Чтоб прям всё один к одному. Наверное, она очень упорно тренировалась и на диете сидела долго, чтобы добиться таких результатов!

Поднявшись выше середины бедра, я на секунду замер, борясь с собой.

Культурный, скромный и воспитанный молодой человек спорил во мне с озабоченным и похотливым юношей, пускающим слюни от вожделения и мечтающим запустить ручонки выше... и выше, до того захватывающего дух места, где ножки соединялись.

Оглянувшись на всё ещё суетящихся поодаль подружек, я, чувствуя подступающее возбуждение, сглотнул и продолжил скользить вверх.

— У Славяны тоже грудь пышная. Поэтому Алиса, в лагерь когда попала, совсем закомплексовала. Но у Славяны зато попа небольшая, очень аккуратная, — продолжала Мику, её голос звучал чуть приглушённо из-за положения.

— Оой... — Мику замерла, напрягшись, а я остановился в паре сантиметров от ягодиц, определив тем самым крайнюю зону дозволенного.

— Такое, кстати, чаще бывает, если у девушки большая грудь, — продолжила она, когда я убрал руки. — Поэтому Алиса стала так рубашку завязывать, ну, под грудью, чтоб поднять и подчеркнуть её. А я ей сразу говорила: "да нечего на других смотреть, что есть у тебя — то и хорошо, тому и радоваться надо! " Правильно?!

Сердце гулко стучало в груди, руки дрожали, внизу живота ощутимо потеплело, а шорты стали тесны.

— Само собой! — поддакнул я, облизнул губы и, плотно обхватив второе бедро, распределил по нему крем.

В верхней точке Мику опять издала приглушённый и невнятный звук, похожий на стон.

«Да уж, на самом деле я вот так обыденно и просто совершаю немыслимое — дотрагиваюсь до внутренней области бёдер... ох, как же приятно...»

Я невольно задержал руки в этом укромном месте и спустя мгновение с сожалением отстранился.

— Поэтому... поэтому скажи ей, что у неё полная грудь и что она тебе нравится! И грудь и вообще... вся... Уверена, это сразу повысит её самооценку! — горячо продолжала Мику. — К тому же, ты уже в курсе этой её проблемы. Я тебе рассказала, но ты ведь и раньше об этом знал. Вы позавчера встретились во время утренней зарядки. И ты сразу всё понял. Алиса мне рассказывала. Так что эффект будет гораздо сильнее!

На пару секунд я погрузился в раздумья.

«Что будет, если я обнаглею совсем и намажу ещё и участки, не прикрытые нижней частью купальника?»

Оценив возможные риски, решил, что не стоит торопить события и разрушать тем самым доверие, оказанное мне.

«Неприятно будет встретить отпор, и кто знает, какие это будет иметь последствия для наших отношений. До этого же вёл себя, как скромный и сдержанный парень, наверное, будет для Мику неприятным открытием, что я на самом деле наглый и озабоченный. Хотя я совсем не наглый!»

С другой стороны, если ничего не предпринимать, то и отношения не будут развиваться? Что было бы, не поцелуй я случайно Мику? Ничего бы и не случилось, пожалуй. Стоило преступить нормы приличий один раз, и всё сразу как-то закрутилось.»

«Не это ли верный путь к успешным отношениям? Да и Ульянка совсем недавно советовала мне становиться настойчивее и тем пожинать сладкий плод. Теперь я, кажется, понимаю, о чём она. Надо быть смелее — тогда тебя ждёт успех у девушек! Но и насильником становиться как-то не хочется. А как понять, что можно, а что нельзя? И когда уже можно, а когда ещё нельзя? Пробовать? Что позволит, то и можно, что не позволит, ну... стоит повторить позже. Так, видимо. Не бросит же она меня сразу же только потому, что позволил себе один раз лишнего!»

Тут меня настигло озарение: «И в самом деле, мне позволили уже чересчур много! Зачем я вообще занимался ногами? Туда Мику и сама может дотянуться! Если бы я был культурным и скромным, то и мазать мне надо было только спину! Но она не остановила и не указала на столь чудовищную ошибку!»

Из раздумий меня вывело лицо Ульянки, неожиданно возникшее в поле зрения. Я отпрянул. Та подмигнула, приложила палец к губам, затем, наклонившись, тщательно изучила проделанную мной работу. Потом так же молча показала большой палец, задорно оскалилась и, присев возле Мику, принялась деловито развязывать завязки её купальника.