Чтение онлайн

– Что это с вами, Василий Романович? -

спросил Лавровский.
– Не иначе, как, поставили на

Гордую, а потом увидели её на проездке и

засомневались.

– Нет, Гордая на проездке показала себя во

всей красе. Она лучше остальных и по формам и по

резвости. Да и Владимир Карлович фон Мек ездок

преизрядный. Кто с ним в этой компании

сравнится?!

– Полностью с вами согласен, - поддержал его

Малинин.
– Дмитриев слишком горяч, зачастую сам

лошадь сбивает. Серёжа Губонин второй или третий

раз в жизни на приз едет, опыта никакого. А о

Стрельцове я уж молчу.

– Рад нашему единомыслию. А расстроен,

батеньки мои, я другим. Очень не люблю, когда,

хоть и по обстоятельствам от меня независящим,

данное слово не держу.

– Это вы о чём?
– насторожился Лавровский.

– Об Одинцове. Обещал я вам его день-другой

на свободе оставить. Но в ходе следствия, которое

ведёт член судебной палаты Лопатин, всплыли его

353

связи с террористами. Именно он незаконно ввёз в

Россию из Бельгии несколько пудов динамита и за

хорошие деньги продал их пятёрке Адвоката. Никто

и слушать не захотел, что преждевременный арест

Моти может помешать отыскать Удалого. Дудкин из

жандармского управления, так и заявил:

«Безопасность августейшей фамилии важнее не

только какого-то рысака, но и всего нашего

коннозаводства».

– Это, как сказать, - Алексей в очередной раз

забыл, что его главный враг - собственный язык.
–

От иного жеребца прока побольше, чем от дюжины

великих князей.

– Вы бы, батенька, хоть при мне от подобных

высказываний воздержались, - голос Быковского

был строг, а вот глаза смеялись.
– Короче, решено

арестовать Одинцова прямо на бегах.

– Просто замечательное известие! -

обрадовался Алексей. До этого он опасался, что

Антуан, обнаружив пропажу документов, обратится

за содействием к Моте Адвокату. А от его шайки,

чего уж себя обманывать, можно было ожидать

любых неприятностей, вплоть до открытого

нападения по дороге в Кузьминки. На всякий

случай, Алексей даже револьвер у Карасёва

позаимствовал.

Малинин быстро оценил изменившуюся

ситуацию:

– Значит, теперь мы можем не торопиться в

Кузьминки?

354

– Конечно, друг мой. Вполне можем позволить

себе посмотреть два-три заезда… Огромное спасибо

вам, Василий Романович, за приятную новость, -

сказал Лавровский. А потом понизил голос до

шёпота.
– Поставьте рублишку на Бравого.

Не задавая своего излюбленного вопроса о

надёжности сведений, Быковский устремился к

кассам, которые вот-вот должны были закрыться.

Глава 29

Бравый и Гордая

Вернувшийся из кассы учитель каллиграфии

принялся расспрашивать Лавровского и Малинина.

Ему, как и любому человеку, впервые попавшему на

бега, всё было интересно и непонятно.

– На приз записаны четыре лошади. А как же

все они поместятся на такой узкой дорожке? -

недоумевал он.

– Их по две запускать будут, - объяснил

Алексей.
– Вот от того столба, что напротив беседки.

Первая пара - Бравый и Гордая, вторая - Кролик и

Ловкий.

– Они только один круг бегут?

– Три. Ведь Пресненский приз разыгрывается

на дистанцию в три версты. А дорожка здесь

верстовая, - сказал Сергей.
– Бравый твой, слов нет,

хорош. Завод графа Сологуба, в котором он родился,

по числу взятых призов в России на первом месте.

Да и родословная у жеребца не плохая - от

Великана-Кролика и Цыганки. А вот ездок слабоват.

355

– Почему же хозяин не нанял опытного

наездника?
– возмутился учитель.

Ему терпеливо разъяснили, что приз

любительский, в его розыгрыше могут участвовать

только ездоки-охотники - члены Московского,

Петербургского или любого провинциального

бегового общества. А наездникам, служащим по

найму у других лиц, в такие общества доступ

закрыт.

– Понятно, - закивал головой Подьячев.
– На

любительские призы допускаются только владельцы

лошадей.

– Не совсем так, - уточнил Лавровский.
– Они

могут поручить это другим членам общества.

Впрочем, некоторые любители по мастерству

наездникам не уступят.

– Да уж, - грустно вздохнул Малинин. -

Володя фон Мекк любого за пояс заткнёт. А вот он-

то, Антоша, и едет на Гордой, которой ты пренебрёг.

– Фон Мекк?
– спросил Подьячев.
– Он часом

не родственник известному железнодорожному

деятелю, построившему Московско-Рязанскую

дорогу?

– Старший сын, - словоохотливо пояснил

Малинин, близко знакомый с фон Мекками. -

Замечательный человек - порядочный, добрый…

Только не дал ему бог деловой хватки отца. Вот и

потеснили Володю в железнодорожном деле разные

Поляковы и Варшавские. Зато по конской части он

их всех «за флагом бросил». У Володи в селе

356

Рахманове Можайского уезда очень приличный

завод, при нём даже небольшой ипподром имеется.

Когда гости собираются, устраиваются

импровизированные бега - жребий тянут, кому на

какой лошади ехать. Призы выдаются. Я прошлым

летом ящик дорогих гаванских сигар выиграл. Лёше

они очень понравились… Все спортсмены за честь

считают к фон Меккам в гости попасть… А

Варшавский? Этого прохиндея Петербургское