Чтение онлайн

— Каспер? — свистящим шёпотом позвал Мунин. — Ты это видишь?

— Подтверждаю, — отозвался искин у него в ухе. — Объект «Сэша» движется по оптимальному маршруту инфильтрации. Вероятность обнаружения — 0,4%. Расчётное время составления такого маршрута для моих мощностей — две минуты сорок секунд. Она сделала это за… ноль секунд. Комментарий: это статистически невозможно. И это бесит.

— Меня тоже, Каспер. Меня тоже.

Сэша добралась до балкона. Там была открыта форточка — кто же закрывает окна в таком раю? Ну, или просто горничная забыла закрыть. Ангорийка просочилась внутрь, как жидкость, не коснувшись сенсорного стекла.

Мунин вздохнул, подхватил кейс и лиса.

— Ладно. Ждём сигнала. Или взрыва. Учитывая особенности Сэши, скорее взрыва.

* * *

Внутри виллы царила прохлада и тишина.

Магнус 2.0, как он себя мысленно называл, чувствовал себя превосходно. Всё складывалось как нельзя лучше. Он скинул пляжные шлёпанцы, налил себе бокал винтажного красного вина и опустился на мягкий кожаный диван в гостиной.

Сбоку от него размещалась панорамная стена-окно с видом на озеро. Перед ним работал огромный экран телевизора, занимавший другую стену. На экране «Избушка» героически умирала под ударами Горыныча. Показывали повтор записи, так что звук он отключил. Некоторое время назад там что-то произошло, отчего камеры всех телеканалов разом вышли из строя. Так что прямая трансляция прервалась. Магнус подозревал ЭМИ от оружия Великого Волота, но сам исход битвы его мало тревожил. Кто бы ни победил, ему ещё предстоит разобраться со вторым. Или нет, если всё грамотно обставить.

Магнус сделал глоток вина. Вкус был безупречным.

На коленях у него лежал планшет. Зелёная полоса прогресса доползла до конца.

ТРАНЗАКЦИЯ ЗАВЕРШЕНА. СРЕДСТВА ВЫВЕДЕНЫ НА ОФФШОРНЫЕ СЧЕТА. СЧЕТА КОРПОРАЦИИ «МЕХА» (ЛИЧНЫЙ ФОНД М. ФОН ШТЕРБЕНА) ОБНУЛЕНЫ.

Он улыбнулся. Тонкой, холодной улыбкой рептилии, которая только что съела яйца из гнезда другой, менее умной рептилии.

— Старый дурак, — негромко произнёс он, как бы обращаясь к оригиналу, сидящему где-то там, в Лиходаре. — Ты думал, что я буду просто твоей запасной тушкой? Твоей флешкой? Нет. Я — это ты, но без твоих ошибок. Без твоей эмоциональности. Без твоей привязанности к власти ради власти. У меня теперь твои деньги, твои знания и свобода, которой никогда не было у тебя. А у тебя… у тебя есть только война с этим варваром в шляпе. Желаю удачи. Она тебе понадобится.

Он отложил планшет и поднял бокал, салютуя экрану.

— За новую жизнь. За эволюцию.

Он чувствовал себя в абсолютной безопасности. Кто будет искать его здесь? Кто подумает, что он настолько нагло поселится на одном из самых дорогих курортов мира? Никто не знает про эту виллу, он снял её только что. Его внешность изменена силиконовыми накладками, биометрические сканеры его не вычислят. Новая личность. Новая жизнь.

Оригинал слишком занят войной. Волк скоро будет мёртв. Мир огромен, и у него есть миллиарды. Он бог. Он призрак. Он неуязвим.

Сзади, из тёмного коридора, ведущего к лестнице на второй этаж, выскользнула тень. Она двигалась тише, чем сквозняк. Она пахла фисташковым мороженым, шоколадками и цветами, но Магнус был слишком увлечён своим триумфом, чтобы заметить этот диссонанс в стерильном воздухе кондиционированной комнаты.

Тень приблизилась к дивану сзади. Глаза Сэши озорно блеснули в полутьме. Она видела его затылок. Она чувствовала его самодовольство, оно было густым и липким, как пролитый сироп.

Кошка встала на цыпочки и подошла вплотную. Медленно, сдерживая хихиканье, наклонилась над спинкой дивана.

Её руки в черных перчатках-митенках мягко, но плотно легли на глаза Магнуса, закрывая ему обзор. Мир для клона погрузился во тьму, волосы на загривке встали дыбом от ужаса и неожиданности.

Магнус дёрнулся, пролив вино на льняные брюки. Но прежде, чем он успел закричать или активировать тревожную кнопку на подлокотнике, над его ухом прозвучал весёлый, мурлыкающий шёпот:

— Угадай, кто?

Глава 16

За тех, кто в шагоходе

— ЗА ТЕХ, КТО В ШАГОХОДЕ!!!

Голос Беркута разорвал эфир, как пушечный выстрел.

Я не успел ни выдохнуть, ни даже толком осознать. «Мехатиран» уже вылетел из-за гряды холмов. Просто вылетел. Как снаряд из орудия. Как кулак из темноты. Сотня метров стали и ярости, разогнанная до предела, которого не должна достигать машина такого класса.

Беркут не целился.

Беркут никогда особо не целился. Он просто смотрел на врага и бил.

Бортовые «Стилеты» открыли огонь ещё на подходе — 130-миллиметровые стволы молотили очередями по белой броне Горыныча, выбивая искры и срывая керамику. Ракетные залпы шли с плеч тираннозавра непрерывно. Шесть, восемь, двенадцать дымных хвостов разом, уходящих в белую тушу дракона. Это была не тактика, а ярость, оформленная в боеприпасы.

— ПОЛУЧИ, ТВАРЬ ЧЕШУЙЧАТАЯ! — взревели внешние динамики голосом Беркута.

Правая голова Горыныча в это время повернулась к нам.

Я видел это на прицельном экране. Видел, как в её пасти разгорается ослепительная точка накопленного заряда. Орудие было готово. Горыныч нас уже поймал. Расстояние меньше двухсот метров, почти в упор. При таком заряде и такой дистанции от «Избушки» осталась бы только оплавленная яма в форме курьей ножки. Ну, ладно, я преувеличиваю. Но шансов выжить после такого луча у нас один хрен не было.

Бронированный тираннозавр, выпустив снаряды, не остановился и не свернул в сторону. Он шёл на таран.

БДЫЩ! БАБАМ! ИИИИИИ!!!

«Мехатиран» влетел в «Змея Горыныча» с разгона. Беркут даже не пытался тормозить. Он использовал тысячетонный вес своего динозавра для одного-единственного манёвра, который в учебниках тактики называется «самоубийственный идиотизм», а на языке старых капитанов «таранный удар в корпус».

Тяжеловесная туша тираннозавра, разогнанная дизельным сердцем до предела, врезалась в левый бок дракона.

Звук этого столкновения нельзя описать словами. Грохот. Многоголосый визг разрываемого металла, скрежет композитных пластин, лопающихся силовых наборов и стон гидравлики, вывернутой наизнанку. Керамическая броня Горыныча, рассчитанная на отражение лазеров, при таком кинетическом ударе повела себя как обычная тарелка, по которой ударили кувалдой. Она брызнула во все стороны ослепительно белым крошевом.

Горыныч качнулся.

Великий Волот весом в десять тысяч тонн, машина, которая плевать хотела на артиллерийский обстрел и смеялась над нашими ракетами, — качнулась. Как многоэтажный дом при землетрясении. Его антигравитационные системы взвыли разом, компенсирующие турбины выбросили снопы плазмы, пытаясь восстановить равновесие. Лапы Горыныча разъехались, ища опору. Хвосты упёрлись в землю.