Чтение онлайн

И тут на одном из мониторов всплыло уведомление о входящем вызове из Ходдимира.

АБОНЕНТ: ГРЕЙДЕР.

Магнус поморщился, но принял вызов. Лицо вице-президента на экране было перекошено от смеси страха и праведного гнева.

— Фон Штербен! Какого дьявола происходит?! Наши спутники засекли ваш… объект! Он движется к Ходдимиру! Вы не говорили мне, что у вас есть… это!

Магнус лениво откинулся в кресле и нажал пару кнопок. Из подлокотника выдвинулся мини-бар. Он налил себе в стакан прозрачную жидкость.

— Не говорил? — он сделал вид, что задумался. — Ах, да. Наверное, забыл. Столько дел, столько забот. Вы же понимаете, управление будущим человечества — дело хлопотное.

— Это не шутки! — взвился Грейдер. — Вы обещали мне поддержку! Ресурсы! А вместо этого вы прилетаете на… на этой тарелке, чтобы что? Разнести мой город?!

— Ваш город? — Магнус усмехнулся. — Грейдер, вы так же глупы, как и все политики. Вы цепляетесь за свои должности, за свои города, за иллюзию контроля. Вы думаете в масштабах одного квартала, одного избирательного цикла. А я думаю в масштабах вечности.

Он сделал глоток, наслаждаясь вкусом джина и бессильной яростью на лице собеседника.

— Вы спрашиваете, зачем я лечу в Ходдимир? И я отвечу. Чтобы закончить работу. Чтобы вырвать сорняк с корнем. Этот проклятый Волк — больше, чем преступник. Он — симптом. Симптом болезни, которая поразила этот мир. Болезни хаоса, многообразия, генетического мусора. И я — хирург, который проведёт операцию. Радикальную.

— Но вы же уничтожите город! Погибнут тысячи людей!

Магнус рассмеялся. Тихим, холодным, безумным смехом.

СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗМА: ХРОНИЧЕСКИЙ СТРЕСС (СТАДИЯ ДЕКОМПЕНСАЦИИ).

УРОВЕНЬ КОРТИЗОЛА: КРИТИЧЕСКИЙ. АКТИВНОСТЬ МИНДАЛЕВИДНОГО ТЕЛА: АНОМАЛЬНО ВЫСОКАЯ.

ПСИХИАТРИЧЕСКИЕ МАРКЕРЫ: ПРИЗНАКИ МАНИАКАЛЬНОГО ЭПИЗОДА, АФФЕКТИВНАЯ РИГИДНОСТЬ.

РЕКОМЕНДАЦИИ: ЭКСТРЕННОЕ СНИЖЕНИЕ ДОФАМИНОВОЙ НАГРУЗКИ, ПРИЁМ БЕНЗОДИАЗЕПИНОВ (ДОЗИРОВКА 15 МГ), ОТКАЗ ОТ ПРИНЯТИЯ СТРАТЕГИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ.

ПРОГНОЗ БЕЗ КОРРЕКЦИИ: НЕОБРАТИМОЕ ВЫГОРАНИЕ НЕЙРОННЫХ СВЯЗЕЙ (РИСК 87%).

Фон Штербен отмахнулся от сообщения «Демиурга».

— Люди? — он снова рассмеялся. — Грейдер, вы всё ещё мыслите категориями «люди». А я мыслю категориями «человечество». Иногда, чтобы спасти лес, нужно вырубить несколько больных деревьев. Это называется стратегия. Почитайте пособия по ней на досуге, очень увлекательно. А теперь, если вы не возражаете, у меня дела. Не люблю, когда еда остывает.

Он небрежно нажал кнопку отбоя, обрывая связь на полуслове.

СОЗДАТЕЛЬ, ВАШЕ ПСИХИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ НЕСТАБИЛЬНО…

— Максимальная скорость, — бросил он в пустоту.

Летающий саркофаг, его личный ковчег, бесшумно ускорился, превращаясь в невидимую для радаров тень, несущуюся к своей цели. К маленькому, наглому шагоходу, который посмел бросить вызов богу.

Через полчаса на экранах внешнего обзора уже появился Ходдимир. Исполинские шпили небоскрёбов пронзали грязно-серую пелену смога. Многоуровневые транспортные артерии, перегруженные потоками машин, оплетали городские кварталы. В небе творился такой же хаос.

Магнус скользнул взглядом по изображению города. Его губы тронула брезгливая усмешка. В этот момент искин перехватил управление главным дисплеем, отодвинув панораму мегаполиса на второй план и выводя перед лицом хозяина объёмную тактическую карту с мигающей красной меткой.

СОЗДАТЕЛЬ. ПРИОРИТЕТНОЕ ПРЕРЫВАНИЕ.

СПУТНИКОВАЯ ГРУППИРОВКА ЗАФИКСИРОВАЛА АНОМАЛЬНУЮ ФЛУКТУАЦИЮ. КООРДИНАТЫ: 689 КМ ЮГО-ВОСТОЧНЕЕ ХОДДИМИРА. ТЕРРИТОРИЯ ВЫЖЖЕННОЙ ПУСТОШИ.

С ВЕРОЯТНОСТЬЮ 94,3% АНОМАЛИЯ ИНДУЦИРОВАНА ЦЕЛЬЮ «ВОЛК».

Магнус замер. Зрачки расширились. Гнев, вызванный беседой с Грейдером, мгновенно переплавился в холодный, расчётливый азарт охотника.

— Изменить курс, — скомандовал он. — Летим к аномалии.

Тарелка совершила грациозный и противоестественный для физики манёвр, резко сменив вектор движения. Ходдимир начал стремительно уплывать вбок и вниз, вскоре скрывшись за горным хребтом.

Под брюхом летательного аппарата теперь простиралась бесконечная, выжженная равнина. Магнус подался вперёд, хищно вглядываясь в даль. Наконец, сенсоры уловили цель.

Это походило на мираж. Посреди мёртвой, спёкшейся глины возвышался старый, полуразрушенный космодром. Ржавые ангары, покосившиеся опоры ЛЭП и пыльные пусковые шахты. Но всё это было окутано идеальной, прозрачно-золотистой сферой, которая мерцала и переливалась, словно мыльный пузырь, надутый из чистого света.

— Что это? — прошипел Магнус. — Анализ! Немедленно!

АНАЛИЗ ЗАТРУДНЁН.

ОБЪЕКТ КЛАССИФИЦИРОВАН КАК СТАБИЛЬНОЕ ХРОНО-СИНГУЛЯРНОЕ ПОЛЕ.

ТЕМПОРАЛЬНЫЙ ГРАДИЕНТ: ЭКСТРЕМАЛЬНАЯ ДИСТОРСИЯ.

РАСЧЁТНАЯ СКОРОСТЬ ТЕЧЕНИЯ ВРЕМЕНИ ВНУТРИ КУПОЛА ПРЕВЫШАЕТ ВНЕШНЮЮ В 3400–3700 РАЗ.

ПРИРОДА ПОЛЯ: НЕИЗВЕСТНА. ТРЕБУЕТСЯ ПРЯМОЕ ЗОНДИРОВАНИЕ.

Магнус активировал максимальное увеличение. Оптика его корабля сфокусировалась, проникая сквозь мерцающую завесу. То, что он увидел, заставило его забыть о недопитом джине, о самообладании, обо всём.

Внутри золотого пузыря, в бешеном, ускоренном в тысячи раз темпе, творилось невозможное. Ржавый, заброшенный космодром на глазах преображался.

Сотни фигур, похожих на муравьёв в ускоренной перемотке, носились по территории. Старые, проржавевшие конструкции демонтировались с невероятной скоростью. На их месте, вырастая из земли, как грибы после дождя, появлялись новые. Мощные краны, двигаясь с грацией балерин, переносили гигантские секции, которые тут же сваривались воедино.

Его взгляд сфокусировался на самой большой стартовой площадке. Она на глазах обрастала плотью. Вокруг неё возводились новые фермы обслуживания, тянулись нити криогенных трубопроводов, монтировались системы заправки и контроля. Ржавый труп превращался в сверкающий, готовый к работе механизм.

Магнус видел, как из частей старых ракет, как чудовище Франкенштейна, собирается гигантская ракета-носитель. Как её, ступень за ступенью, готовят к полёту. Как готовый спутник вывозят из ангара и осторожно, словно драгоценное яйцо, устанавливают под головной обтекатель.

И всё это за считанные минуты его, реального времени.

Он смотрел на этот муравейник, на эту лихорадочную, безумную деятельность, и в его душе боролись два чувства. Восхищение инженера перед лицом столь дерзкого и изящного решения. И ледяная, всепоглощающая ярость бога, чьи планы рушат самым наглым и унизительным образом.