Чтение онлайн

Но мы успели.

Спутник установлен, ракета возвышалась на стартовом столе. Я смотрел на своё детище из тени защитного зонта, когда яростный свет в очередной раз погас, и небо очистилось. Снова стало видно только золотистое мерцание купола и голубоватую высь с редкими облаками за ним. Стоявшая рядом Лекса облегчённо вздохнула.

— Ещё одной такой вспышки я не выдержу, — пожаловалась она.

— Капитан, — сообщила Вайлет по коммуникатору. — Я закончила спектральный анализ излучения, бьющего по нашему барьеру. Это твердотельный лазер с оптической накачкой. Судя по интенсивности и продолжительности залпа в реальном времени, его охлаждающий контур сейчас должен пережить тепловой удар.

Я хмыкнул, вытирая пот со лба.

— Переведи на человеческий, Вайлет, — попросила Лекса.

— Магнус сжёг себе оптику или истощил конденсаторы, — пояснила киборг. — По моим расчётам, его лазер ушёл на принудительную перезарядку. Минимум минут на пять-семь по реальному времени.

— Значит, когда мы опустим щит, он не сможет нас поджарить? — уточнила полицейская.

— Светом — нет. Однако сканирование показывает сдвиг бронеплит в днище корабля. Начинается открытие орудийных портов. Ожидается массированный ракетный удар и обстрел бронебойными снарядами в первую секунду после деактивации купола.

— Нас будут убивать по старинке, — хмыкнул я и сплюнул на сухую землю. — Экипаж! Бросаем инструменты! Живо в «Избушку»!

Пока рабочие заканчивали последние приготовления, мы загрузились в шагоход. Мои девочки, альпы и гарпия-журналистка, которая успела написать мемуары о своей нелёгкой судьбе в роли заложницы террориста номер один.

После финальной проверки всех систем, строители укрылись в самом глубоком бункере космодрома. На поверхности остались только мы и ракета.

Я занял капитанское кресло на мостике. Провёл живой рукой по подлокотнику. Мы провели в куполе почти год. Уже успел забыть это чувство, когда готовишься к бою в своей машине, с верным экипажем, а перед тобой враг. Мы выковали свой меч и теперь готовы выйти на дуэль.

Чип развернул перед моими глазами интерфейс тактического дисплея.

ОБЪЕКТ: ЛЕТАЮЩАЯ КРЕПОСТЬ КЛАССА «НЕ СМОТРИ НАВЕРХ, ОБОСРЕШЬСЯ».

СТАТУС: НАВИСАЕТ.

ВООРУЖЕНИЕ: ДОХРЕНА И БОЛЬШЕ.

АНАЛИЗ СИТУАЦИИ: ПРОТИВНИК ЗАНЯЛ ИДЕАЛЬНУЮ ПОЗИЦИЮ ДЛЯ БОМБАРДИРОВКИ. ВЕРОЯТНОСТЬ ВЫЖИВАНИЯ 0,003%.

РЕКОМЕНДАЦИЯ: А ДАВАЙТЕ ОСТАНЕМСЯ В КУПОЛЕ НАВСЕГДА? НУ ИЛИ ПОДОЖДЁМ ЛЕТ ДЕСЯТЬ, ВДРУГ ЕМУ СТАНЕТ СКУЧНО И ОН УЙДЁТ?

«Наши десять лет — это его несколько часов. Его лазер перезарядится, он снова откроет огонь, температура внутри купола продолжит расти. Мы сваримся в собственном соку. Так что другого шанса не будет. Сейчас или никогда».

ПРЕДПОЧИТАЮ НИКОГДА.

— Шондра, статус! — скомандовал я, глядя на турельщицу.

Она сидела в своём кресле, намертво вцепившись в огневые рычаги. Её черная коса была переброшена через плечо, а глаза неотрывно смотрели на тактический дисплей.

— «Ласточка» заряжена, щитки раздвинуты. Противоракетные системы в активном режиме. Ствольная артиллерия прогрета, бронебойные в казённиках. Жду только приказа, кэп.

— Хорошо. Ядвига, на тебе автострельба. Отстреливай их ракеты на подлёте малым калибром.

— Ох и зададим жару, касатик! Бабушка соскучилась по пушечкам!

— Кармилла! — я перевёл взгляд на штурмана. Её красные глаза хищно светились в полумраке кабины, а длинные белые волосы уже начали жить своей жизнью, змеясь по спинке кресла.

— Готова танцевать, сладкий, — мурлыкнула она, кладя изящные руки на рычаги. — Как только купол спадёт, я рвану с места так, что у этой тарелки радары окосеют.

— Нам нужно увести огонь от стартовой площадки. Если хотя бы один снаряд заденет ракету — мы трупы, и орбитального удара не будет. Ди-Ди, как там внизу?

— Волк! — отозвался голос механика в динамиках. — Реактор воет, как мартовский кот! Я сняла ограничители мощности. Гудвин ругается матом на бинарном коде, но держит охлаждение.

— Вайлет, — я посмотрел на киборга.

— Системы жизнеобеспечения в норме. Медицинский блок готов к приёму… фрагментов экипажа, — невозмутимо доложила она. — Все системы главного калибра функционируют штатно.

Я глубоко вздохнул. Пора распаковывать нашу пушку.

— Активировать «Гелиос-Гамма». Режим накачки.

Где-то в брюхе «Избушки» раздался низкий, вибрирующий гул, от которого задрожали переборки. Свет на мостике на секунду потускнел.

АНАЛИЗ: КАЖЕТСЯ, ВЫ СНОВА РЕШИЛИ ПОИГРАТЬ В БОГА СОЛНЦА. РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ ЗАБУДЬТЕ НАДЕТЬ ТЕМНЫЕ ОЧКИ. И ЖЕЛАТЕЛЬНО СВИНЦОВЫЕ ТРУСЫ. РАДИАЦИОННЫЙ ФОН В ОРУДИЙНОМ ОТСЕКЕ ПОВЫШАЕТСЯ.

На внешних камерах я увидел, как массивная бронеплита на «фасаде» нашей Избушки с тяжёлым скрежетом уходит в сторону. За ней показалась титановая ирисовая диафрагма. Лепестки с лязгом разошлись, обнажая гигантский синтетический монокристалл.

— Накачка пошла, — доложила Вайлет. — Вспомогательные эмиттеры подают энергию на главную линзу. Тридцать процентов… пятьдесят…

Воздух вокруг переда шагохода задрожал от чудовищного напряжения. Кристалл начал наливаться светом.

Я взял Гиперкуб бионической рукой. Металлический артефакт с инопланетными глифами казался тёплым. Он вибрировал, удерживая вокруг нас пузырь времени.

— Слушать мою команду, — обратился я к экипажу. — Магнус думает, что мы заперты здесь, как крысы в бочке. Он приготовил дубину, чтобы огреть нас. Но мы не позволим ему ударить первым.

— Восемьдесят процентов накачки, — монотонно произнесла Вайлет. — Кристалл стабилен.

Я положил правую руку на секцию кубика.

— Кармилла, полный вперёд с уклонением вправо сразу после падения барьера. Шондра, огонь ракетами по его пусковым установкам, сбей им прицел! Ди-Ди, запуск космической ракеты через десять секунд после снятия купола!

— Обратный отсчёт уже идёт! — отозвалась она.

ФИЗИОЛОГИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ: ВЫБРОС АДРЕНАЛИНА. ЧАСТОТА СЕРДЕЧНЫХ СОКРАЩЕНИЙ: 140 УД/МИН.

ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ФОН: СЛАБОУМИЕ И ОТВАГА (ПРЕИМУЩЕСТВЕННО ВТОРОЕ, НО ЭТО НЕ ТОЧНО).

ПРОГНОЗ: СЕЙЧАС БУДЕТ ОЧЕНЬ ГРОМКО.

— «Гелиос-Гамма» готов к выстрелу. Сто процентов энергии в кристалле, — отчеканила Вайлет. Снаружи монокристалл сиял ослепительно-белым, превратив нос Избушки в миниатюрную звезду.

— Ну что, фон Штербен, — прорычал я, крепче сжимая артефакт. — Посмотрим, чьи игрушки круче.

Я провернул секцию Гиперкуба.

Раздался сухой щелчок.

Золотое сияние, месяцами укрывавшее космодром, пошло рябью и начало стремительно таять, истончаться, растворяясь в воздухе. Внешний мир начал приходить в движение. Орудийные порты на тарелке открывались всё быстрее, вот уже показались стволы пушек.