Чтение онлайн

— Знаком ли вам этот мужик? — спросил монах.

— Нет, конечно, — сказал Гаргантюа.

— Это господин король над тремя печеными луковицами. Я хочу сделать из него порядочного человека. Я хочу сделать его разносчиком луковичной подливки. Ну, кричи: «Кому надо луковичной лодливки?»

— Кому надо луковичной подливки? — закричал король.

— Это слишком тихо, — сказал монах.

И, взяв бывшего короля за ухо, прибавил:

— Пой громче, чорт тебя побери! Ведь у тебя здоровая глотка.

— Кому надо луковичной подливки? — завопил король во все горло.

Гаргантюа так с хохоту и покатился.

Два дня спустя монах женил короля на старой фонарщице. Свадьбу отпраздновали всей компанией. На обед подали великолепную баранью голову, колбасу с горчицей и потроха с чесноком. Кроме того нанят был слепой музыкант, и под звуки его волынки гости плясали до полуночи.

На другой день монах привел новобрачных во дворец и представил Гаргантюа. Гаргантюа подарил им каменную ступку, чтобы толочь лук, а для житья отвел им маленькую дворницкую на краю города. С тех пор Анарх сделался самым бойким разносчиком луковичной Подливки во всем государстве. Но мне говорили, что жена бьет его без всякой пощады, а наш дурак по своей глупости все это терпит и не смеет защищаться.

После всех своих подвигов Гаргантюа нагрузил свой корабль всяким добром и отправил его домой. Сам же он вместе с друзьями решил возвращаться сухим путем, причем вся неприятельская армия с великим почетом провожала его до самой границы.

По дороге застал их сильный дождь. Солдаты дрожали от холода и стали жаться друг к дружке. Гаргантюа, заметив в армии беспорядок, приказал построиться тесными рядами. Когда солдаты построились, Гаргантюа высунул до половины свой язык и накрыл им всю армию.

Я же, рассказывающий вам эту справедливую историю, в которой нет ни одного словечка выдумки, спрятался было от дождя под громадный лопух. Немного спустя я заметил, что солдаты устроились лучше меня, и кинулся к ним. Но пробраться под язык было уже невозможно: солдат там набилось как сельдей в бочке.

Поэтому я решил взлезть наверх и прошел с добрых две версты по языку Гаргантюа, пока не вошел к нему в рот.

Великие боги, что я там увидел! Пусть гром меня разразит, если я вру! Я шел во рту словно по огромному собору и видел там высокие величавые утесы. Кажется, это были зубы Гаргантюа. Кроме того я заметил огромные луга, густые леса и города, величиной, не меньше Лиона или Орлеана. Первый, кто мне повстречался, был простак, садивший капусту.

— Друг мой, что ты тут делаешь? — спросил я в изумлении.

— Сажаю капусту, — ответил он.

— Сажаешь капусту? — удивился я. — Друг мой, почему же ты сажаешь капусту?

— Ах, сударь, — отвечал простак, — не все же люди родились богатыми. Я вот сажаю капусту, продаю ее в городе, и тем зарабатываю себе на пропитание.

— Господи Исусе, — вскричал я, — да что тут Новый Свет, что ли?

— Совсем не новый, — отвечал простак. — Наша земля очень старая. Говорят, что есть и новая земля. Там будто бы светит солнце и луна и звезды небесные. Но то — новая земля; наша земля много ее древнее.

— Пусть будет по-твоему, — сказал я. — А как называется тот город, куда ты носишь продавать свою капусту.

— Город Глотка, — отвечал простак. Жители его — добрые люди и примут вас честь-честью.

Тогда я решил отправиться в этот город.

По дороге я встретил молодца, который охотился на голубей.

— Друг мой, —спросил я, — откуда у вас берутся эти голуби?

— О сударь, — отвечал он, — они прилетают к нам с того света.

Тут я понял, что голуби залетают в глотку Гаргантюа, когда он зевает. Голуби, наверно, воображают, что перед ними не рот, а голубятня.

Наконец я добрался до города, но тут у меня потребовали пропуск.

— Какой пропуск? — удивился я. — Что у вас чума, что ли?

— Ах, сударь, — отвечали мне сторожа, — тут поблизости столько народу умирает, что их едва успевают хоронить.

— Боже мой, где же это? — спросил я?

Сторожа показали мне на огромную пропасть, из которой поднималась такая вонь, что дышать было невозможно. От этой вони в стране появилась чума, за последнюю неделю, она уморила 2 260 016 человек. Поразмыслив хорошенько, я понял, что эта вонь поднималась из желудка Гаргантюа, который с неделю тому назад объелся чесноком на свадьбе короля Анарха.

Покинув город, я прошел между двумя утесами, которые оказались зубами. Забравшись на один зуб, я увидел красивейшие в мире места: большие комнаты для игры в мяч, красивые галереи, много виноградников и массу домиков в итальянском вкусе. В тех местах я прожил около четырех месяцев и затем по задним зубам спустился вниз.

По дороге меня ограбили разбойники. Это случилось в большом лесу, около ушей. Спасаясь от разбойников, я забрел в какую-то деревеньку и там заработал себе немного деньжонок, и знаете как? Тем, что спал. В этих местах людей нанимают поденно для того, чтобы спать.

Работники зарабатывают от 5 до 6 су в день. Те же, кто умеет громко храпеть, могут выгнать до 7 1/2 су.

В конце концов я захотел вернуться назад. Я прошел по бороде Гаргантюа, перескочил на его плечи, оттуда спустился на землю и наконец очутился перед ним.

— Откуда ты взялся, Раблэ? — спросил меня Гаргантюа.

— Из вашего горла, сударь.

— Сколько же времени ты там пробыл?

— Все время, пока вы возвращались на родину.

— Да ведь мы шли больше шести месяцев, — сказал Гаргантюа. — Чем же ты питался все это время?

— Самыми вкусными кусочками, которые вы отправляли в свой рот, отвечал я.

— Ха-ха-ха, — засмеялся Гаргантюа, — ловкий же ты парень, Раблэ! Дарю тебе за это замок Сальмигонден.

— Большое спасибо, сударь, — отвечал я, — вы меня награждаете по-королевски.

После этого мы расстались, очень довольные друг другом.

Как только Гаргантюа вернулся домой, он задал такой пир своему войску, каких не бывало со времен царя Гороха. Когда все встали из-за стола, он велел каждому отсчитать из своей казны, по миллиону двести тысяч золотых чистоганом. Кроме этого он подарил каждому из своих соратников по целому городу. Панократу достался Ля-Рош-Клермо, Гимнасту — Ля-Кудрэ, Евдемону — Монпансье. Один только монах остался без города.

— Если вы хотите наградить меня, — сказал он Гаргантюа, — то позвольте мне построить монастырь по своему вкусу.

Гаргантюа эта просьба понравилась, и он подарил монаху весь Телемский округ, вплоть до реки Луары. Здесь монах, построил себе аббатство, но в этом аббатстве не было ничего церковного. В Телемском аббатстве жили мужчины и женщины, которые изучали разные науки, веселились и жили в свое полное удовольствие. Сам Гаргантюа не раз навещал Телемскбе аббатство и признавался потом, что он никогда еще не встречал таких умных и веселых людей, как там.