Чтение онлайн

— Только не это! — негодующе воскликнула профессор Макгонаголл.

— Ну вот, — попрежнему улыбаясь, продолжила Амбридж, — а ведь именно вы, Минерва, навели меня на мысль о том, что нам необходимы дальнейшие коррективы… Припоминаете, как вы проигнорировали меня, когда я протестовала против воссоздания гриффиндорской квиддичной команды? Как вы обратились с этим к Дамблдору, и он настоял, чтобы команде разрешили играть? Но так просто я бы этого не оставила. И сразу обратилась к Министру, он полностью согласился со мной в том, что Главный дознаватель должен обладать полномочиями лишать воспитанников привилегий, иначе у него — то есть у меня — полномочий будет меньше, чем у обычных преподавателей! Теперь понимаете, Минерва, как я была права, пытаясь препятствовать воссозданию гриффиндорской команды? Выходки просто отвратительные… так вот, я хотела зачитать нашу поправочку… кхм, кхм… «Впредь Главный дознаватель получает исключительные полномочия над всеми взысканиями, санкциями, лишением привилегий по отношению ко всем ученикам Хогвартса и полномочия изменять таковые взыскания, санкции и лишения привилегий, даже наложенные другими членами персонала. Подписано: Корнелиус Фадж, Министр Магии, кавалер Ордена Мерлина первого класса, и так далее, и так далее…»

Не прекращая растягивать рот в улыбке, она свернула пергамент и сунула его в сумочку.

— Значит так… Теперь я, несомненно, обязана запретить этим двоим играть в квиддич навсегда, — она перевела глаза с Гарри на Джорджа и обратно.

Гарри почувствовал, как отчаянно забился в его руке снитч.

— Запретить нам? — повторил он, и ему показалось, что голос его звучит словно издалека. — Играть… навсегда?

— Да, мистер Поттер, я считаю, что бессрочный запрет станет выходом из создавшейся ситуации, — при взгляде на Гарри, тщетно пытающегося осознать услышанное, улыбка Амбридж стала еще шире. — Для вас и мистера Уизли. И я считаю, что в целях безопасности и близнец этого молодого человека тоже должен быть отстранен, потому что если бы другие члены команды не остановили его, не сомневаюсь, он тоже набросился бы на юного мистера Малфоя. Я собираюсь конфисковать у них метлы, разумеется, они будут в сохранности в моем кабинете, конфисковать затем, чтобы быть уверенной, что мой запрет не будет нарушен никоим образом. Но я не самодур, профессор Макгонаголл, — она повернулась к профессору Макгонаголл, которая смотрела на нее недвижимо, словно ледяная статуя, — прочие члены команды могут продолжать играть, никаких признаков насилия с их стороны я не видела. Ну… приятного вам дня.

И с высшей степени удовлетворенным видом Амбридж удалилась из кабинета, где воцарилась гробовая тишина.

— Запретить, — упавшим голосом повторила Анжелина в гостиной вечером того же дня. — Запретить. Ни ловца, ни загонщиков… и что же, интересно, нам делать?

О сегодняшней победе не было и речи. Куда бы Гарри ни взглянул, всюду он натыкался на печальные и рассерженные лица: вся команда уныло сидела у камина, вся, кроме Рона, которого после окончания матча никто не видел.

— Это же так несправедливо, — в оцепенении проговорила Алисия. — Вот как насчет Краббе с бладжером, который он запустил в Гарри после свистка? Ему она запретила?

— Нет, — удрученно ответила Джинни; они с Гермионой сидели по обе стороны от Гарри. — Ему всего-навсего задали нотацию писать, я слышала, как Монтегю за ужином над этим потешался.

— А Фреду запретила, хотя он вообще ничего не сделал! — Анжелина зло хлопнула себя кулаком по колену.

— Это не моя заслуга, что я ничего не сделал, — со зловещим лицом произнес Фред. — Я бы этого маленького засранца в порошок стер, если бы вы трое меня не держали.

Гарри горько смотрел в темное окно. Пошел снег. Снитч, который он поймал днем, сейчас наматывал круги по гостиной, все машинально следили за ним, а Крукшанкс прыгал с кресла на кресло, пытаясь его поймать.

— Я пошла спать, — Анжелина медленно поднялась на ноги. — Может, это все просто дурной сон… может, завтра я проснусь и пойму, что мы вовсе и не играли…

Вскоре за ней последовали Алисия и Кэти. После них в спальню отправились Фред с Джорджем, бросив на прощанье хмурые взгляды, а потом ушла и Джинни. У камина остались сидеть только Гарри и Гермиона.

— Ты Рона видел? — тихо спросила Гермиона.

Гарри отрицательно покачал головой.

— Похоже, он нас избегает, — заметила Гермиона. — Как думаешь, где он?..

Но в тот же самый момент сзади них раздался скрип, Толстая Леди отодвинулась, и в проход за портретом пролез Рон.

Он был бледным как полотно, волосы были запорошены снегом. Завидев Гарри и Гермиону, он встал как вкопанный.

— Ты где был? — взволнованно спросила Гермиона и вскочила на ноги.

— Гулял, — пробормотал Рон.

На нем все еще была квиддичная форма.

— Ты же замерз, — всполошилась Гермиона. — Иди сюда и садись!

Рон подошел к камину и, не глядя на Гарри, опустился в самое дальнее от него кресло. Над их головами порхал похищенный снитч.

— Извини, — прошептал Рон, глядя в пол.

— За что? — удивился Гарри.

— За то, что я думал, что могу играть в квиддич, — пояснил Рон. — Завтра первым делом пойду отказываться от членства в команде.

— Если ты откажешься, — раздраженно бросил Гарри, — то в команде останется только три игрока, — увидев, как озадачился Рон, он добавил: — Мне запретили навсегда. И Фреду с Джорджем тоже.

— Каак? — ошалел Рон.

Гермиона поведала ему историю с начала до конца — Гарри не в состоянии был повторять. К концу ее рассказа вид у Рона стал просто убитым.

— Это все изза меня…

— Ты же не заставлял меня бить Малфоя, — сердито заметил Гарри.

— …Если бы я так плохо не играл в квиддич…

— …Это здесь ни при чем.

— …Меня эта речевка добила…

— …Это кого хочешь добило бы.

Гермиона встала и подошла к окну, подальше от спора, наблюдая, как за стеклом кружится снег.

— Слушай, кончай уже, ладно! — вспылил Гарри. — И так плохо, так еще ты тут ноешь!

Рон промолчал, не сводя затравленного взгляда с мокрых пол своей мантии. А потом уныло сказал:

— Мне никогда в жизни так плохо не было.

— Добро пожаловать в клуб, — горько бросил Гарри.

— Слушайте, — дрогнувшим голосом позвала Гермиона. — Кажется, у меня есть коечто, что вас обоих развеселит.

— Да ну? — скептически отозвался Гарри.

— Точно, — Гермиона отвернулась от черного как смоль, со снежными крапинками окна и на лице у нее заиграла улыбка: — Хагрид вернулся.

Гарри рванул в спальню мальчиков, чтобы взять из сундука плащ-невидимку и Карту мародера: он обернулся так быстро, что они с Роном не меньше пяти минут сидели как на иголках, пока Гермиона не вылетела из спальни девочек в шарфе, перчатках и одной из своих кособоких эльфовых шапок.

Рон нетерпеливо поцокал языком.

— Но ведь там же холодно! — в оправдание воскликнула Гермиона.

Ребята пробрались в проход за портретом и поспешно накрылись плащом — Рон так вырос, что ему пришлось пригнуться, чтобы спрятать ноги — после чего, передвигаясь медленно и осторожно, они спустились по многочисленным лестницам, периодически останавливаясь, чтобы свериться с картой: нет ли поблизости Филча или миссис Норрис. Все складывалось благополучно, по дороге им встретился только Почти Безголовый Ник, который скользнул мимо, меланхолично бубня что-то ужасно напоминавшее «Уизли — наш бог». Они прокрались через вестибюль и оказались в тихом, заснеженном дворе. Гарри с замиранием сердца увидел вдали маленькие золотистые квадратики света и струйку дыма, вьющуюся из дымохода хижины Хагрида. Он припустил вперед, и двум другим пришлось, толкаясь, болтаться следом. Они суетливо прохрустели по плотному снегу и, наконец, добрались до грубо сколоченной входной двери. Гарри выпростал руку и три раза стукнул кулаком, тут же внутри залилась лаем собака.

— Хагрид, это мы! — позвал Гарри через замочную скважину.

— Дык понял уже! — раздался грубоватый голос.

Ребята под плащом, просияв, переглянулись: по голосу Хагрида было ясно, что он рад.

— Ну я тока три секунды, как приехал… отвали, Клык… да отвали, сонная псина…

Отодвинулся засов, дверь, скрипнув, отворилась, и в проеме показалась голова Хагрида.

Гермиона вскрикнула.

— Ну, Мерлин в бороду, ша! — поспешно шикнул Хагрид, таращась поверх их голов. — Вы никак под тем плащом, ага? Ну, заходите, заходите!