ЖАНРЫ

Гарри Поттер и Орден Феникса (Анна Соколова)

Роулинг Джоан Кэтлин

Шрифт:

— Я повторяю, если вы будете в совершенстве знать теорию…

— Да к чему теория, если мы живем в реальном мире? — взорвался Гарри, опять взметая вверх кулак.

Профессор Амбридж смерила его взглядом и тихо изрекла:

— Это школа, мистер Поттер, а не реальный мир.

— Так значит, мы не будем готовы к тому, что нас там ждет?

— Там вас ничего не ждет, мистер Поттер.

— Ах, так вот? — бешенство Гарри, которое весь день переполняло его, сейчас, похоже, нашло выход.

— Кто, повашему, собирается нападать на таких детей, как вы? — до предела приторным голоском спросила профессор Амбридж.

— Хмм, нужно подумать… — Гарри сделал вид, что размышляет. — Может быть… Лорд Волдеморт?

Рон поперхнулся. Лаванда Браун сдавленно вскрикнула. Невилл сполз под стол. Но профессор Амбридж не дрогнула. Она уставилась на Гарри с выражением мрачного удовлетворения на лице.

— Десять баллов с Гриффиндора, мистер Поттер.

В классе наступила гробовая тишина. Все смотрели то на Амбридж, то на Гарри.

— А вот теперь позвольте мне коечто прояснить.

Профессор Амбридж встала и, опершись на стол короткопалыми ручками, подалась вперед:

— Вы заявляете, что некий Темный маг восстал из мертвых…

— Он и не умирал! — разгневанно воскликнул Гарри. — Но он вернулся, точно!

— Мистер Поттер… ВашДомужелишилсядесятибалловповашейвине-не-усугубляйте-ситуацию, — на одном дыхании проговорила профессор Амбридж, не глядя на Гарри. — Как я уже говорила, вы заявляли, что некий Темный маг опять появился, так вот — это ложь.

— Это НЕ ложь! — вскричал Гарри. — Я видел его, я с ним сражался!

— Взыскание, мистер Поттер! — торжествующе объявила профессор Амбридж, — Завтра днем. В пять часов. В моем кабинете. Я повторяю — это ложь. Министерство Магии гарантирует, что никакая опасность со стороны какого бы то ни было Темного мага — вам не угрожает. Если вас, тем не менее, чтолибо тревожит, зайдите ко мне во внеурочное время. Если вас ктолибо беспокоит слухами о возрождении Темных магов, я бы хотела знать об этом. Я готова вам помочь. Я ваш друг. А сейчас, прошу продолжить чтение. Страница пять. «Основы для начинающих».

Профессор Амбридж уселась за стол. Гарри, однако, остался стоять. Все уставились на него, Шеймас — завороженно, но с испугом.

— Гарри, нет! — предупреждающе зашептала Гермиона и потянула его за рукав.

Гарри выдернул руку и дрожащим голосом спросил:

— Значит, повашему, Седрик Диггори погиб по своей воле?

Все дружно выдохнули. Никто в классе, кроме Рона и Гермионы, никогда не слышал от Гарри о том, что случилось в ту ночь, когда умер Седрик. Все жадно переводили взгляд с Гарри на профессора Амбридж, которая сейчас подняла глаза и в упор смотрела на Гарри уже даже без намека на фальшивую улыбку.

— Смерть Седрика Диггори была трагическим несчастным случаем, — невозмутимо изрекла она.

Гарри трясло. Он почти ни с кем не обсуждал это раньше, а уж тем более перед лицом тридцати жадно внимающих одноклассников.

— Это было убийство. Его убил Волдеморт, и вы это знаете.

Профессор Амбридж остолбенела. Сначала Гарри решил, что она начнет на него орать, но она тишайшим, сладчайшим девчачьим голоском произнесла:

— Подойдите сюда, дорогой мистер Поттер.

Гарри ударом ноги отшвырнул стул в сторону, обошел Рона и Гермиону и направился к преподавательскому столу. Он спиной ощущал, как весь класс затаил дыхание. Но сейчас он был настолько взбешен, что последствия его не волновали.

Профессор Амбридж вытащила из своей сумочки на стол небольшой пергаментный свиток розового цвета, развернула его, обмакнула перо в чернильницу и стала писать, сгорбившись над пергаментом так, чтобы Гарри не смог ничего увидеть.

Никто не произнес ни слова. Спустя минуту или больше, она свернула пергамент и запечатала его своей палочкой: свиток превратился в сплошную трубочку, чтобы Гарри не смог его открыть.

— Дорогой мой, отнесите это профессору Макгонаголл, — она протянула Гарри записку.

Гарри взял свиток, развернулся кругом и не говоря ни слова, даже не оглянувшись на Рона или Гермиону, вышел из класса, хлопнув дверью.

Он стремительно пошел по коридору, сжимая в руке записку для Макгонагалл, и повернув за угол, неожиданно столкнулся с полтергейстом Пивзом, наглейшим человечком, который сейчас парил в воздухе лежа на спине и жонглировал чернильницами.

— Вот идет придурок Поттер! — захихикал Пивз, упустив пару чернильниц, которые упали на пол, вдребезги разбились и забрызгали стены чернилами.

Гарри, чертыхнувшись, отпрыгнул назад.

— Убирайся, Пивз.

— Ууух, смотри не вспотей, Поттер, — вопил Пивз, преследуя Гарри по коридору и выписывая вокруг него кренделя в воздухе. — Ну, что еще случилось, расчудесный мой дружок? Опять голоса слышишь? Видения видишь? Языком… — Пивз издал неприличный звук, — …болтаешь?

— Я сказал, оставь меня В ПОКОЕ! — заорал Гарри и бегом сбежал по ближайшей лестнице.

Но Пивз просто скатился следом за ним по лестничным перилам:

Всем тут давно известно, что у Потти мелкий петушок. Всем хочется его жалеть, страдает он, пошел слушок. Но Пивзи знает лучше всех — совсем свихнулся наш дружок…

— ЗАТКНИСЬ!

Слева от Гарри открылась дверь, и из своего кабинета выглянула профессор Макгонаголл с хмурым и слегка встревоженным видом.

— С какой стати вы здесь так кричите, Поттер? — резко спросила она, Пивз тут же радостно захихикал и скрылся из виду. — Почему вы не на уроке?

— Меня послали к вам, — буркнул Гарри.

— Послали? Что значит послали?

Гарри протянул ей записку от профессора Амбридж. Профессор Макгонаголл взяла у него пергамент, нахмурилась, вскрыла свиток палочкой, развернула и начала читать. По мере того, как она читала написанное Амбридж, глаза ее за квадратными стеклами очков с каждой прочитанной строчкой становились все уже и уже.

— Зайдите, Поттер.

Гарри проследовал за ней в кабинет. Дверь за ним сама собой закрылась.

— Ну? — оглядела его профессор Макгонаголл. — Это правда?

— Правда — что? — чуть агрессивнее, чем рассчитывал, переспросил Гарри. — Что, профессор? — добавил он, стараясь сделать вопрос повежливее.

— Правда, что вы кричали на профессора Амбридж?

— Да, — согласился Гарри.

— Вы назвали ее лгуньей?

— Да.

— Вы сказали ей, что Тот, Кого Нельзя Называть, вернулся?

Поделиться с друзьями: