Чтение онлайн

Он лишь многозначительно взглянул на Рона, и они стали дожидаться, пока остальные члены команды, закутавшись в плащи и натянув на уши шляпы, не выйдут за порог.

Как только за дверью исчезла последняя — Алисия, Рон тут же спросил:

— Что случилосьто? Шрам?

Гарри кивнул.

— Но… — Рон с испуганным видом шагнул к окну и стал всматриваться в дождь, — он… его же сейчас здесь нет, а?

— Нет, — пробормотал Гарри, опускаясь на скамью и потирая лоб, — скорее всего, он за многие мили отсюда. Болело потому, что… он… разозлился.

Слова вылетели сами, голос звучал словно издалека, как чужой… но Гарри ничуть не сомневался, что сказанное — правда. Почему это правда, Гарри не знал, но одно знал наверняка: Волдеморт — не важно, где он и что делает — в ярости.

— Ты что, его видел? — в ужасе спросил Рон. — Ты… у тебя видение было, или что?

Гарри попрежнему сидел молча, глядя в пол и пытаясь прийти в себя — душой и телом — после приступа.

Какойто беспорядочный клубок призрачных образов, унылый ропот голосов…

— Он хочет чтото сделать, и его раздражает промедление, — произнес Гарри.

Услышав вылетевшие у него слова, он вновь удивился и вновь был уверен, что слова эти — правда.

— Но… откуда ты знаешь? — поразился Рон.

Гарри покачал головой и крепко прижал ладони к глазам. В глазах замелькали звездочки. Он почувствовал, что Рон присел на скамью рядом и смотрит на него.

— Это было так же, как в прошлый раз? — тихо спросил Рон. — Когда у тебя болел шрам в кабинете Амбридж? СамЗнаешьКто злился?

Гарри покачал головой.

— А как?

Гарри мысленно вернулся в прошлое. Он смотрел Амбридж в лицо… шрам заболел… и в животе возникло это странное чувство… оно становилось все ярче… чувство счастья… ну конечно, тогда он просто его не опознал, потому что сам ощущал себя таким несчастным…

— В прошлый раз это произошло, потому что он радовался, — решил Гарри. — Еще как радовался. Ждал… чегото хорошего, что должно произойти. А в ночь перед тем, как мы вернулись в Хогвартс… — Гарри мысленно обратился к той ночи на Гриммолдплейс в их с Роном спальне, когда шрам сильно заболел. — …В ту ночь он был взбешен…

Гарри взглянул на разинувшего рот Рона.

— Ну, приятель, ты бы мог замещать Трелони, — полузадушенно выдавил Рон.

— Я же не будущее предсказываю, — отмахнулся Гарри.

— Нет, ты знаешь, что ты делаешьто? — одновременно испуганно и восторженно воскликнул Рон. — Гарри, ты же читаешь мысли СамЗнаешьКого!

— Нет, — покачал головой Гарри, — скорее это… это его эмоции, пожалуй. Кажется, я ощущаю только резкую смену его настроения. Дамблдор об этом упоминал еще в прошлом году. Тогда он сказал, что я могу чувствовать или когда Волдеморт рядом, или когда он в ярости. Ну вот, а теперь я еще чувствую, когда он радуется…

Наступила пауза. Снаружи бился ветер с дождем.

— Ты должен об этом комунибудь рассказать, — наконец прервал молчание Рон.

— Я говорил насчет прошлого раза Сириусу.

— Да, а теперь нужно и про этот раз сказать!

— Невозможно, — мрачно заметил Гарри. — Ведь Амбридж следит и за совами, и за каминами, забыл?

— Ладно, тогда скажи Дамблдору.

— Я же тебе сказал, он все знает, — коротко бросил Гарри, встал, снял свой плащ с вешалки и завернулся в него. — Не вижу смысла говорить об этом ему еще раз.

Рон принялся застегивать свой плащ, задумчиво глядя на Гарри.

— Дамблдору надо бы знать, — повторил он.

Гарри только пожал плечами.

— Пошли… нам еще Чарами Безмолвия нужно заниматься.

По грязному отлогому склону, поскальзываясь и спотыкаясь в темноте, они молча и быстро направились в замок. Гарри мучительно размышлял. Чего же именно так хотелось и не удавалось сразу заполучить Волдеморту?

Эти слова Гарри не вспоминал давнымдавно: слишком озабочен он был тем, что происходило в Хогвартсе, слишком занят беспрерывными схватками с Амбридж, глобальной несправедливостью министерского вмешательства… Но вот сейчас слова опять пришли на ум, и он задумался… Ярость Волдеморта могла быть вызвана тем, что он не смог заполучить оружие, как ни стремился к этому. Это Орден остановил его, помешал ему захватить оружие? Где оно хранится? Кто владеет им?

— Mimbulus mimbletonia, — произнес голос Рона, и Гарри пришел в себя как раз тогда, когда уже нужно было залезать в проход за портретом, ведущий в гостиную.

Как выяснилось, Гермиона легла спать рано, оставив в кресле свернувшегося клубком Крукшанкса, а на столе у камина — кучку кривовато связанных шапок для эльфов. Гарри даже обрадовался, что Гермионы нет, потому что обсуждать свои проблемы со шрамом и выслушивать ее настояния отправиться к Дамблдору ему не очень хотелось. Рон продолжал с тревогой посматривать на него, но Гарри вытащил учебники по Чародейству и приступил к завершению своего реферата, правда, сосредоточенность он только изображал, и к тому времени, как Рон сообщил, что отправляется спать, Гарри не написал и пары строчек.

Подошла и минула полночь, а Гарри все читал и перечитывал отрывок, посвященный использованию ложечницы, любистока и чихотной гулявицы, и не понимал ни слова.

…Гермиона сказала, что Сириус, с тех пор, как посидел взаперти на Гриммолдплейс, стал безрассудным…

…«Ежедневный Пророк» решил бы, что у него воспаление мозга, если бы прознал, что он ощущает настроение Волдеморта…

…Путаница — хорошее слово: откуда ему известно, что чувствует Волдеморт? Что за сверхъестественная связь между ними, которую даже Дамблдор не может внятно объяснить?

…Как же хочется поспать…