Чтение онлайн

— Девочки нечасто задают подобные вопросы, — ответила Гермиона.

— Но почему? Пусть задают! — убедительно произнёс Гарри. — Тогда я бы мог просто ответить ей, что мечтаю о ней, а ей не пришлось бы снова вспоминать смерть Седрика!

— Я не пытаюсь сказать, что её действия были разумным, — ответила Гермиона, когда к ним присоединилась Джинни, такая же перепачканная, как Рон, и такая же рассерженная, — Я всего лишь хочу объяснить тебе, что она чувствовала в это время.

— Тебе нужно написать об этом книгу, — сказал Рон Гермионе, нарезая картошку, — о том, как объяснить все сумасшедшие выходки девочек так, чтобы мальчики это поняли.

— Да, — горячо сказал Гарри, глядя на стол Равенкло. Чу только что встала, и, не взглянув на него, покинула Большой Зал. Чувствуя себя немного подавленно, Гарри опять развернулся к Рону и Джинни. — Ну, и как прошла тренировка по Квиддитчу?

— Это был кошмар, — угрюмо произнёс Рон.

— Да перестаньте вы, — ответила Гермиона, глядя на Джинни, — Я уверена, что это не было так…

— Да, именно так, — сказала Джинни. — Это было ужасно. Ангелина к концу готова была расплакаться.

Рон и Джинни после обеда пошли в ванну; Гарри и Гермиона вернулись в занятую гостиную Гриффиндора и приступили к уже привычной горе уроков. Гарри уже полчаса боролся с новой картой по астрономии, когда появились Фред и Джордж.

— Рон и Джинни не здесь? — спросил Фред, осматриваясь и пододвигая кресло, и когда Гарри замотал головой, он продолжил, — Хорошо. Мы наблюдали за тренировкой. Их полностью уничтожат. Без нас они ни на что не годны.

— Да ладно тебе, Джинни вовсе не так плоха, — спокойно ответил Рон, садясь рядом с Фредом, — Я даже не знаю, когда она успела дойти до такого уровня, учитывая, что мы никогда не разрешали ей с нами играть.

— Она научилась проникать в ваш навес для мётел в саду, когда ей было шесть, и брала ваши мётлы по очереди, пока вы не видели, — ответила Гермиона из-за зыбкой стопки книг по Древним Рунам.

— О, — произнёс Джордж в некотором восхищении. — Хорошо, — это всё объясняет.

— Рон уже научился защищать ворота? — спросила Гермиона, выглядывая из-за "Магических Иероглифов и Логограмм".

— Да, он справляется с этим, если только не думает, что кто-то на него смотрит, — ответил Фред, вращая глазами. — Так что единственное, что нам нужно сделать в субботу, — это просить толпу зрителей отворачиваться от ворот и разговаривать о чём-нибудь между собой всякий раз, когда квоффл будет подлетать к воротам.

Он снова встал и с беспокойством подошёл к окну, пристально глядя в тёмный парк.

— Ты знаешь, Квиддич был почти единственным делом, из-за которого стоило здесь оставаться.

Гермиона бросила на него строгий взгляд.

— Но у вас же ещё экзамены!

— Я уже говорил, мы не волнуемся по поводу ТРИТОНов, — ответил Фред. сундуки уже готовы, мы уже придумали, как избавляться от тех нарывов: всего лишь пара капель эссенции Акнерыса — и их нет. Ли подсказал нам это.

Джордж широко зевнул и несчастно взглянул на мрачное ночное небо.

— Я даже не знаю, стоит ли вообще смотреть этот матч. Даже Захария Смит нас побьёт, и тогда я, может быть, что-нибудь с собой сделаю.

— Скорее, убьёшь его, — убеждённо ответил Фред.

— Да, с Квиддитчем, похоже, проблема, — отсутствующе сказала Гермиона, снова возвращаясь к переводу Рун, — это из-за него все эти расстройства и напряжённость между факультетами.

Она посмотрела вверх в поисках своего экземпляра "Словаря Спеллмана" и взглянула на Фреда, Джорджа и Гарри, которые уставились на неё со смешанным выражением отвращения и недоверия.

— Да, именно из-за него! — с раздражением повторила она, — Это же просто игра, разве нет?

— Гермиона, — сказал Гарри, тряся головой, — ты хорошо разбираешься в чувствах и поведении, но ты ничего не понимаешь в Квиддиче.

— Может, и нет, — туманно ответила она, возвращаясь к своему переводу, — но, по крайней мере, моё счастье не зависит от вратарских способностей Рона.

И хотя Гарри скорее выпрыгнул бы из Астрономической Башни, чем согласился с Гермионой, после следующей игры в субботу он был готов отдать сколько угодно галеонов за то, чтобы вообще не думать о Квиддиче.

Самое лучшее, что можно было сказать об этом матче, это то, что он был коротким; болельщикам Гриффиндора пришлось мучаться в агонии всего двадцать две минуты. Зато было очень трудно сказать, что же было хуже всего: Гарри думал, что это была почти равная борьба между четырнадцатью пропусками Рона, Слопер потерял Нападалу, но попал по губам Ангелины своей битой, а Кирк визжал и едва не падал с метлы всякий раз, когда Захария приближался к нему с квоффлом. Чудо было в том, что Гриффиндор отстал всего на десять очков: Джинни смогла поймать снитч прямо из-под носа у Саммерби, ищейки Хаффлпаффа, и окончательный счёт, таким образом, был двести сорок против двухсот тридцати.

— Хороший улов, — сказал Гарри Джинни в гостиной, обстановка в которой очень походила на мрачные похороны.

— Это была всего лишь удача, — пожала плечами она, — Снитч был не очень быстрый, а Саммерби замёрз; он чихнул и закрыл глаза в самый неподходящий момент. В любом случае, когда ты вернёшься в команду…

— Джинни, я получил пожизненный наказание.

— Ты будешь находиться под запретом не дольше, чем Умбридж будет в школе, — поправила его Джинни. — Вот, в чём разница. В любом случае, как только ты вернёшься, я думаю…

— Я попробую стать охотником. Ангелина и Алисия покинут школу в следующем году, а я предпочитаю скорее забивать голы, чем быть Ищейкой.

Гарри взглянул на Рона, сгорбившегося в углу, который разглядывал собственные колени и держал в руке бутылку Усладэля.

— Ангелина не хочет его отпускать, — сказала Джинни, словно читая мысли Гарри. — Она говорит, что у него уже начинает получаться.

Гарри нравилась Ангелина за эту веру в Рона, но в то же время он думал, что было бы действительно лучше, если бы Рону позволили уйти из команды. Рон теперь был озабочен становящимся всё более популярным гимном "Уизли — наш король", с большим смаком распевавшимся слизеринцами, которые теперь были главными претендентами на завоевание кубка по Квиддичу.

Фред и Джордж бродили вокруг.

— Я ещё не настолько бессердечный, чтобы хоть на миг его оставить, произнёс Фред, глядя на унылую фигуру Рона, — Помнишь… когда он пропустил четырнадцатый мяч…

Он сделал дикое движение руками, как будто делал прямой стильный гребок.

— Ну ладно, я сохраню это для потомков, да?

Рон поплёлся спать почти сразу вслед за ними. Не думая о своих ощущениях, Гарри подождал немного перед тем, как самому подняться в спальню, чтобы дать Рону уснуть, если он в самом деле этого хотел. Наконец Гарри вошёл в комнату. Храп Рона был немного громче, чтобы показаться правдоподобным.