Гарри Поттер и Узник Азкабана(Potter's Army)
Шрифт:
При этих словах Гарри словно очнулся.
— А почему он притворился мёртвым? — гневно спросил он. — Потому что знал, что вы хотели убить его, как и моих родителей!
— Нет, — сказал Люпин. — Гарри…
— А сейчас вы появились, чтобы его прикончить!
— Да, — Блэк бросил злобный взгляд на Коросту.
— Не надо мне было мешать Снейпу! — закричал Гарри.
— Гарри, — поспешно вмешался Люпин, — неужели ты не понимаешь? Всё это время мы думали, что твоих родителей предал Сириус, а Питер выследил его… но всё было наоборот, неужели не ясно? Питер предал твоих родителей… Сириус выследил Питера…
— ЭТО НЕПРАВДА! — закричал Гарри. — ОН БЫЛ ИХ ХРАНИТЕЛЕМ СЕКРЕТА! ОН СКАЗАЛ ЭТО, ДО ТОГО КАК ВЫ ПРИШЛИ. СКАЗАЛ, ЧТО УБИЛ ИХ!
Он указывал на Блэка, который медленно покачал головой; его впалые глаза вдруг наполнились слезами.
— Гарри… я всё равно, что убил их, — прохрипел он. — Я убедил Лили и Джеймса поменять Хранителя Секрета на Питера в последний момент, убедил их довериться ему вместо меня… И это всё моя вина, я знаю… в ту ночь, когда они погибли, я как раз поехал к Питеру, удостовериться, что он в безопасности. Но когда я приехал в его убежище, его не было. Никаких следов борьбы не было. Что-то было не так. Я испугался. Я сразу же помчался к дому твоих родителей. И когда я увидел руины и их тела… я понял, что наделал Питер… Что я наделал…
Его голос дрогнул. Он отвернулся.
— Хватит, — сказал Люпин со стальной интонацией, которой Гарри никогда прежде не замечал. — Есть только один способ это доказать. Рон, дай мне крысу.
— Что вы с ним сделаете, если я отдам его? — нервно спросил Рон Люпина.
— Заставлю его стать собой, — ответил Люпин. — Если он действительно крыса, это ему не повредит.
Рон замешкался. Затем, наконец-то, он передал Люпину Коросту. Короста начал пищать, изворачиваться и вырываться, выпучив маленькие чёрные глазки.
— Готов, Сириус? — спросил Люпин.
Блэк уже поднял с кровати палочку Снейпа. Он подошёл к Люпину и извивающейся крысе, и глаза его, затуманенные слезами, загорелись.
— Вместе? — тихо сказал он.
— Давай, — ответил Люпин, держа Коросту в одной руке, а палочку в другой. — На счет «три». Раз… два… ТРИ!
Палочки вспыхнули голубым огнём, и на миг Короста замер в воздухе, продолжая извиваться… Рон закричал… и Короста рухнул на пол. Ещё одна ослепительная вспышка света, а затем…
Больше всего это смахивало на быстро прокрученный фильм о растущем дереве. Внезапно появились голова и конечности, а в следующий миг на том месте, где был Короста, оказался человечек. Он съёжился от страха и заломил руки. На кровати Косолап начал шипеть и фыркать, шерсть на спине у него встала дыбом.
Это был очень низкий человечек, едва ли выше Гарри и Гермионы. Его голову украшала бесцветная нечёсаная шевелюра с лысиной на макушке. Он был похож на внезапно похудевшего толстяка. Его кожу, как и мех Коросты, покрывала грязь; а в маленьких глазках, и форме носа было что-то крысиное. Он испуганно огляделся, тяжело дыша. Гарри увидел, как его взгляд метнулся к двери и обратно.
— Ну, здравствуй, Питер, — с наслаждением сказал Люпин, как будто крысы каждый день превращались в его старых школьных друзей. — Давно не виделись.
— С-Сириус, Р-Ремус… — даже голос у Петтигрю был писклявый. Он снова взглянул на дверь. — Друзья мои… мои старые друзья…
Блэк поднял палочку, но Люпин сжал его запястье, бросил на него предупреждающий взгляд. Затем он повернулся к Петтигрю и самым обыкновенным тоном произнёс:
— Мы тут говорили о том, что произошло в ночь гибели Лили и Джеймса. Ты, видимо, пропустил самое важное, пока пищал на кровати…
— Ремус, — ахнул Петтигрю, и Гарри увидел, как по его лицу стекают капли пота, — ты ведь не веришь ему, правда?… Он пытался убить меня, Ремус…
— Да уж, мы слышали, — сказал Люпин более холодно. — Я бы хотел выяснить две маленькие детали, Питер, если ты не…
— Он пришёл, чтобы попытаться убить меня снова! — вдруг пискнул Петтигрю, указывая на Блэка, и Гарри увидел, что он показывает средним пальцем, потому что указательного у него не было. — Он убил Лили и Джеймса, а сейчас он собирается убить меня… Ты должен мне помочь, Ремус…
Взгляд запавших глаз, которым Блэк сверлил Петтигрю, делал его голову ещё больше похожей на череп.
— Никто не собирается тебя убивать, пока мы кое-что не выясним, — отрезал Люпин.
— Выясним? — завизжал Петтигрю, снова дико озираясь, смотря на зарешеченные окошки и единственную дверь. — Я знал, что он придет за мной! Знал, что он вернётся! Я ждал этого двенадцать лет!
— Ты знал, что Сириус сбежит из Азкабана? — спросил Люпин, приподняв бровь. — Хотя раньше никто этого не делал?
— У него такие тёмные умения, что нам и не снилось! — визгливо завопил Петтигрю. — Как ещё он мог выбраться оттуда? Видимо, Тот-Кого-Нельзя-Называть кое-чему его научил!
Блэк рассмеялся резким, невеселым смехом, наполнившим всю комнату.
— Волдеморт? Чему-то меня научил? — сказал он.
Петтигрю вздрогнул, словно Блэк замахнулся на него хлыстом.
— Что, боишься имени своего бывшего хозяина? — спросил Блэк. — Я не виню тебя, Питер. Его сподвижники не слишком тобой довольны, верно?
— Понятия не имею, о чем ты, Сириус… — пробормотал Петтигрю, задыхаясь. Его лицо блестело от пота.
— Ты ведь не от меня прятался двенадцать лет, — сказал Блэк. — Ты прятался от давних сторонников Волдеморта. Я много чего слышал в Азкабане, Питер… все они думают, что ты погиб, иначе они спросили бы с тебя за всё… Я слышал, что они кричали во сне. Похоже они думали, что предатель метнулся обратно. Волдеморт нашёл Поттеров по твоей подсказке… и потерпел поражение. Но не все сторонники Волдеморта закончили свои дни в Азкабане, правда? Многие на свободе, ждут, притворяясь, что ошибались… Если бы они только знали, что ты всё ещё жив, Питер…
— Н-не знаю… о чём ты говоришь, — повторил Петтигрю, едва не срываясь на визг. Он вытер лицо рукавом и посмотрел на Люпина. — Ты же не веришь в этот… этот бред, Ремус…
— Должен признать, Питер, что не совсем понимаю, почему невиновный человек проводит двенадцать лет в облике крысы, — ровно сказал Люпин.
— Невиновный, но перепуганный! — пропищал Петтигрю. — Сторонники Волдеморта преследовали бы меня, потому что я отправил лучшего из них в Азкабан — шпиона Сириуса Блэка!
Блэк скривился.