Чтение онлайн

Хотел ли Лурманн в 2013-м году сделать акцент именно на этом? Желание сотворить шоу для глаз в обязательном 3D, и в то же время сохранить печатную букву романа, безусловно, имеет под собой холодный коммерческий расчёт. Есть он и в выборе актёров. Но если с Леонардо Ди Каприо, в принципе, всё понятно, то наличие в кадре болливудского классика Амитабха Баччана в роли еврея Вольфсхайма - х?од, мягко говоря, нестандартный. В целом новый "Гэтсби" представляет собой яркое театрализованное представление, где на искусственном фоне яркими вспышками живут настоящие человеческие характеры. Ощущение подмостков усиливает мощный саундтрек - компиляция джазовых хитов 20-х годов и их современных интерпретаций, в которых находится место и рэпу, и хип-хопу. Возможно, именно такой приём и необходим современному зрителю для того, чтобы ставшая уже нарицательной "эпоха великого Гэтсби" обрела в наши дни новую плоть и кровь. А не осталась лодкой, плывущей исключительно по волнам памяти любителей старинной литературы.

Анастасия Белокурова

23 мая 2013 0

Культура Общество

Умер Алексей Балабанов

Он был режиссёром, вызывавшим при жизни упрёки в казалось бы совершенно противоположных вещах. От оголтелого русского национализма ("Брат" и "Брат-2") до откровенной склонности к сознательным русофобским провокациям ("Груз 200", "Кочегар"). От заигрывания со столичными критиками, видевшими в нем единственный оплот российского кино, персону номер один на подмостках местечкового театра абсурда отечественного кинопроизводства, до антисемита, плюющего на фестивальные законы и мнения коллег. Кем бы он ни был в действительности - пророком или манипулятором, ориентировавшимся в первую очередь на пример своего известного датского коллеги - неважно. Балабанов, пожалуй, один из немногих избранных творцов новой России, чей разговор был в первую очередь с Богом, а не со зрителем. Что он и доказал, оставшись навеки лежать в снегах у колокольни счастья в своем последнем фильме "Я тоже хочу", сказавшем о его творчестве больше, чем всё его богатое кинонаследие очень разных и, порой, крайне неровных лент.

Среди современных режиссёров нашего кино у него не было собеседников. Любая тема балабановского фильма - удачного или откровенно провального - всегда выбиралась в иную вертикаль. Артхаусные творцы, обласканные международными премиями, предпочитали - и до сих пор не могут остановиться в этом процессе - монотонно вскрывать нарывы бесконечных "Окраин", где бессмысленных героев не только невозможно было полюбить, но и хоть сколько-нибудь им посочувствовать. Данный подход не был войной, - он предпочитает смаковать поражение. Балабанов, напротив, словно выдирал с хрустом куски жизни у болезненного тела гигантской империи, которая уже давно не сопротивляется тлену. Даже в "Жмурках" - комедии о прошлом, в гомерически абсурдной кровавой мясорубке, жизнь пыталась торжествовать. В "Морфии" круг ада, изрядно потрепав героя, в качестве единственного спасения предлагал ему утешиться синематографом - плотью и кровью балабановского творческого кредо, поскольку он был истинным, настоящим режиссёром.

С методом его работы можно было спорить, можно было не доверять его искренности, подвергать осмеянию. Настоящий разговор по душам нередко проходит острой гранью между любопытством и раздражением. Балабанов не всегда попадал в резонанс с временным мировоззрением автора, но всегда был, как никто другой, интересен. Смерть поставила всё на свои места. Ибо против неё нет ни яда, ни противоядия - двум столпам критической алхимии.

В последнее время Балабанову уже не требовалось говорить много. То, что в "Кочегаре" казалось намеренным растяжением экранного времени и раздражало изрядно, как и в "Я тоже хочу", также страдающим именно этим, стало пугающе ясно: для того, чтобы сказать слово, не требуется писать целый рассказ. Для сравнения - чтобы рассказать зрителю о любви отца и дочери Никите Михалкову потребовались огромный бюджет, многоуровневая история и исторический абсурдизм. Чтобы показать крыс в одёжках нацистов, режиссёру Андрону Кончаловскому понадобился ещё больший бюджет и 3D в придачу. То, чем занимается модный режиссёр Звягинцев, и говорить неприлично. Все эти люди делают кино. Отбивают бюджеты. Собирают бабло. Последний фильм Балабанова показывали в маленьком зале кинотеатра "Фитиль". После него было страшно. И очень хотелось любить. Теперь на территории настоящего искреннего разговора обо всех нас остался только режиссёр Дмитрий Астрахан. Человек, которого никогда не оценит критический бомонд, давно списавший его с поля битвы в самую низшую лигу.

Когда умерла Людмила Гурченко, кинокритик Алексей Васильев написал следующее: "Наверняка со временем это чувство сменится иным, и знаю, что кому-то это покажется кощунством, но я хочу быть честен: то, что я испытываю в эти дни, - это обида. Так обижен на Гурченко, что ни видеть ее, ни слышать не могу и не хочу. Как-то это не похоже на нее: взять и вот так вот бросить, уйти, ничего не сказав, не объяснив, никого вместо себя не оставив?". Балабанов как раз ушёл, все объяснив, но обида и чувство пустоты, которую, только теперь ясно уже не сможет заполнить никто, видимо, останется с автором этой статьи навсегда.

Георгий Судовцев

23 мая 2013 0

Политика Экономика

Сергей ГУБАНОВ. Державный прорыв.
– М.: Книжный мир, 2012, 224 с., 1500 экз.

Конечно, по сравнению с концепцией глобальных технологических укладов (ГТУ) Глазьева-Хираоко, теоретические построения автора этой книги, профессора МГУ и главного редактора журнала "Экономист", которые в первом приближении могут быть выражены формулой "неоиндустриализация + вертикальная интеграция", выглядят менее объёмными и прогностическими, но это, скорее всего, проблема избранного "масштаба" карты, а не её достоверности.

"Развал Советского Союза стал втройне горестной жертвой: во-первых, вырванной с помощью массированной пропаганды лжи и обмана; во-вторых, подстроенной благодаря массовому саботажу оптовой и розничной торговли в соответствии с чилийским образцом 1973 г.; в-третьих, совершенно напрасной... Жизнь убеждает в том, что социальные достижения и ценности Советского Союза олицетворяют не прошлое, а будущее всей человеческой цивилизации, что именно к этим достижениям, идя от кризиса к кризису, продвигается каждая из индустриально развитых держав".

Уже в этих нескольких фразах содержится весьма жесткая и адекватная социально-экономическая модель "перестройки" и "рыночных реформ" в нашей стране, подчеркивающая их рукотворный и искусственный характер. Главный парадокс новейшей отечественной истории: "Если Советский Союз был так хорош, почему же он погиб, а если "новая" Россия так плоха, почему же она существует?" - решается Сергеем Губановым через признание того факта, что он стал жертвой совместных действий внешних врагов-конкурентов и внутренней "пятой колонны".

Но куда интереснее вытекающая из авторской формулы "неоиндустриализация + вертикальная интеграция" программа политических действий. Называя целью современного российского общества "переход от низшего, дезинтегрированного и недоразвитого капитализма к высшему, системно интегрированному, развитому как по своим производительным силам, так и производственным отношениям", Сергей Губанов тем самым предлагает Кремлю формирование крупных холдингов с решающим участием государства и, соответственно, включение в их состав активов других, "дезинтегрированных" форм собственности. Что, собственно, мы и наблюдали на протяжении всех лет "путинизма".

Проблема только в том, что все эти сверхвертикально суперинтегрированные "Роснефти" и "Газпромы" сами всё активнее становятся частью системы "глобальной собственности", возникающей на основе гиперэмиссии доллара ФРС США. Конечно, немного на иных основаниях, чем в разного рода "банановых" республиках и "нефтяных" монархиях, но народам России от этого ничуть не легче.

Андрей Фефелов

23 мая 2013 0

Политика Общество

В передаче "Поединок" на РТР режиссер Никита Михалков презентовал песню "Русский партизан". "Я получил клип из русской провинции, - сказал Михалков.
–  Это знаковая вещь".

Демонстрация "Русского партизана" буквально взорвала программу и не только О том, как была написана песня, о том, как он понимает патриотизм, рассказал один из авторов текста песни, депутат Самарской областной думы Дмитрий Сивиркин: