Чтение онлайн

Но главное-то вот: "Разорванность культурного пространства нуждается в преодолении в первую очередь". В самую первую! Право, уж лучше бы президент и на этот раз поехал побеседовать с раввином Шаевичем. Ну кому же неясно, что названная беда — это не случайность, подобная той, допустим, когда раньше иногда забывали записать в плане, скажем, показатель производства, закупки или завоза бритвенных лезвий или спичек, и те там или здесь вдруг исчезали, что нетрудно было исправить. Нет же! Эта беда — естественное следствие общей разрухи экономики, и преодолеть её можно лишь в результате восстановления хозяйства, то есть не в первую, как хочется философу, а, может быть, едва ли не в последнюю очередь. Пока и почтовые услуги, и транспорт, и телефон только дорожают.

С такой же поистине хлестаковской легкостью подходит Меч Божий и к проблеме воровства, охватившего страну: "От этого надо как-то избавляться". Как-то!.. Ну, словно речь идет о дурной привычке, допустим, ковырять в носу или держать руки в карманах. Дядя Меч Божий, нормальный человек при нормальной жизни воровать не будет. А у нас одни воруют потому, что жрать охота, ибо их обокрали те, кто может для понту бросить на паперти 500 рублей мальчику. Другие — потому, что власть дала им волю безнаказанно воровать заводы, каналы телевидения, отросли промышленности. Кто эту власть привел на Русь?.. Один пламенный певец белогвардейщины и защитник всех диссидентов, в том числе, естественно, Солженицына, Щаранского, Буковского, Войновича и других, пишет: "Наши диссиденты неповинны в крушении советской власти в 1991 году... Не Солженицын же отвечает за Яковлева и Шеварднадзе, за Горбачева и Ельцина..." Правильно, мыслитель. И дивизия СС "Мертвая голова" неповинна в истреблении более двадцати миллионов советских граждан. Она только приняла в этом участие, лишь внесла свой посильный вклад. Нет, не Солженицын и не Войнович направили в ЦК Горбачева и Ельцина, не они дали им власть, они лишь создали нравственную обстановку, благоприятную для карьеры этих прохвостов. Только и всего.

А еще услышали мы скорбный стон Солженицына: "Я очень страдаю..." Что такое? Старческие болести одолели? Да нет, вон какой он на свадебной фотографии — хоть сей момент в гренадеры зачисляй. Может, нищета заела? Куда там! Или скорбит душа о погибших соотечественниках? Ни намёка... Оказывается, страдает он морально по уже известной нам причине: из-за того, что "наше нынешнее государство основано на воровском фундаменте и с воровской идеологией". Правильно! Но, во-первых, честный человек должен тут добавить, что Советское государство было основано совсем на другом фундаменте, идеология у него была совсем иная, а именно: "Вор должен сидеть в тюрьме". Во-вторых, смелый человек должен тут назвать теоретиков и практиков воровской идеологии. Чего ж вы молчите, Александр Исаеивч? Ну, хотя бы повторяйте за нами: Чуб... Бер... Гус... Нет, хотя и говорят, что за компанию даже поп удавился, Солженицын и за компанию не назовет сейчас имена фундаторов воровской идеологии. Вот если их посадят, тогда уж он даст звону! Напишет "Архипелаг ворюг"...

Невозможно вам верить, Солженицын, невозможно. А вот мой друг Епейкин, упомянутый в начале статьи, пишет о "боли и возмущении честных людей за сотворенный в стране уголовно-политический бандитизм, породивший вакханалию и диктатуру воров". И ему невозможно не верить. И потому хочется мне сказать Путину: "Товарищ президент, в своих сентябрьских визитах и заявлениях вы не явили народу "живой ум и быструю сообразительность", расхваленную Солженицыным, как и уважение к своим нееврейским соотечественникам. Вы попусту транжирили государственное время. Гораздо больше будет пользы и для народа и для вас, если мы с вами возьмем да и нагрянем в гости к Епейкину в Липецк. Ведь это один из тех русских тружеников, у кого можно научиться и живости ума, и быстрой сообразительности, а главное — уважению к согражданам, любви к Родине. Идет? Бегу на Павелецкий за билетами, у меня — льготный. А у вас? Авось, достану два плацкартных. То-то порадуем Епейкина..."

Советуем: блок цилиндров камаз цена 7 Вас приятно удивит компания «Магистраль-НН».

В последние годы газета "Литературная Россия", когда-то по праву уважаемая и любимая писателями и читателями, резко разошлась во взглядах и позициях с Союзом писателей. Еще пять лет тому назад наметился уход газеты "на сторону". Получая приличную по тем временам помощь из казны Союза писателей России, размеры которой позволяли издавать газету в течение года, руководство газеты смекнуло, что можно неплохо заработать на имени общеписательского издания, используя новую региональную политику правления Союза. Все казалось правильным, представители газеты выезжали в краевые, областные, республиканские центры, заключали договора на выпуск целевых номеров, получали изрядные средства и лихо исполняли подобный коммерческий заказ. Хорошие взаимоотношения Союза с Якутией, Башкирией, северными областями позволили редакции "раскрутить" несколько проектов, которые щедро финансировались под доброе имя Союза писателей России. И вот уже отношения с Союзом писателей стали в тягость, пошли разговоры о том, что газета-де самодостаточна и не обязана отчитываться перед руководством Союза. О моральных обязательствах, традициях этого издания в нем, похоже, забыли вовсе.

Под предлогом упорядочения взаимоотношений с главным учредителем руководство "Литературной России" пошло на переоформление уставных документов, внеся в них в качестве соучредителей три физических лица — В. Еременко, В. Огрызко и В. Кашлева — как якобы представителей коллектива газеты в автономной некоммерческой организации "Редакция газеты "Литературная Россия". Последнее обстоятельство определяло голосование при решении жизненно важных вопросов по числу голосов учредителей: три голоса в пользу коллектива — при одном голосе от Союза писателей России (?!). Неведомым путем устав был зарегистрирован в Московской регистрационной палате, а газета перерегистрирована в Министерстве печати РФ. Ни устав организации, ни свидетельство о регистрации не были представлены в Союз писателей России, несмотря на неоднократные обращения с нашей стороны.

Войдя в "юридическую силу", руководство новой "Литературной России" незамедлительно приступило к работе по разрыву информационных и творческих контактов с Союзом, публикуя лживые и компрометирующие материалы в адрес отдельных рабочих секретарей и Правления. Характерным в работе редакции стало использование непроверенных фактов, огульный разнос работы местных писательских организаций. Провокации, скандалы, фальсификации стали тоном и стилем газеты. Так, последняя вдруг затевает имеющую вполне понятную конкурентно-коммерческую основу тяжбу с журналом "Северные просторы". Итог же многочисленных публикаций, ярых обвинений, требований закрыть журнал — судебное решение высоких арбитражных инстанций, справедливо признающее все выступления газеты клеветой и привлекающие ее к соответствующей юридической ответственности.

По крайней мере двадцать раз известный шолоховед Валентин Осипов обращался в газету с просьбой опубликовать новые материалы о М. А. Шолохове. Несмотря на рекомендации и неоднократные пожелания секретариата, Еременко так и не опубликовал их. Но как только у В. Осипова возникли какие-то разночтения с Союзом писателей по поводу премии М. Шолохова, газета сразу напечатала непроверенные сведения, которые В. Осипов кинулся было опровергать, но не тут-то было! Ибо газета печатает только то, что хочет.

Потоки грязной и беззастенчивой лжи лились на секретаря по работе с молодыми писателями Л. Г. Баранову-Гонченко, подготовленные ею семинары и совещания молодых писателей бездоказательно осмеивались, а их итоги подвергались жесточайшей обструкции.

Обращения писателей в газету, гневные обличения стиля ее работы на секретариатах и пленумах Союза писателей России и выход из общественного совета ведущих писателей нашего Союза не имели никакого результата. Заявление почти всех членов Общественного совета газеты, среди которых — В.Ганичев, В. Распутин, К. Раш, В. Крупин, М. Званов, М. Алексеев и другие, — что они больше года не состоят в оном, редакцией игнорировалось, она продолжала спекулировать этими именами, вводя в заблуждениt читающую публику.

Понимая, что за все это придется рано или поздно держать ответ перед писателями России, руководители газеты развернули настоящую травлю Союза писателей, его секретариата и правления, особенно после того, как были объявлены сроки проведения Х съезда писателей. Расколоть, взорвать Союз изнутри, создать свою, пусть ничтожную, но альтернативную организацию — стало целью всех без исключения предсъездовских номеров газеты.

Громогласная анкета с кощунственным вопросом "Нужен ли Союз писателей?", в которую выдавливалась по капле вся чернота и недовольство отдельных писателей, венчала эту кампанию.

Итог известен: Х съезд Союза писателей России единогласно (что бывает крайне редко!) принял как документ открытое письмо, отказавшее в доверии газете и потребовавшее от правления провести ее перерегистрацию.

Уже через неделю после проведения съезда "Литературная Россия" бросилась проводить учредительный съезд Союза писателей Подмосковья — бесславно провалившийся именно потому, что во главе его постарались утвердиться все те же руководители "ЛитРоссии" Еременко и Огрызко. Но затея провалилась, и у них остался последний шанс поквитаться с Союзом — опорочить Х съезд, поставить под сомнение его легитимность и, соответственно, законность принятых на нем решений.