Чтение онлайн

Кульминацией орфографического волюнтаризма являлась попытка изменить "правило о написании нн и н в полных формах страдательных причастий прошедшего времени и соотносительных с ними прилагательных" путём отказа от их орфографического разграничения.

Русский язык невероятно пластичен. Одни части речи свободно перетекают в другие, и граница между ними становится порой почти невидимой. В первую очередь это относится к причастиям и отглагольным прилагательным. Иногда даже вид глагола, от которого образованы причастия и прилагательные, бывает трудно определить (например, к глаголу ранить можно поставить не только вопрос что сделать? , но и что делать? ).

Свод правил 56-го года позволял отличить жареного цыплёнка от жаренного в масле цыплёнка , автоматически переводя отглагольные прилагательные с зависимыми словами в ряд причастий. В самом деле, отглагольное прилагательное жареный стоит в одном раду с качественными прилагательными: свежий цыплёнок, большой цыплёнок, белый цыплёнок, а причастие жаренный в масле из другого ряда: общипанный цыплёнок, выращенный цыплёнок, зажаренный цыплёнок, т.е. характеризует цыплёнка, с которым что-то произошло , с которым что-то сделали . Наличие такого яркого опознавательного признака, как зависимое слово, позволяло пишущему сразу писать н или нн , передавая тонкие смысловые оттенки.

Изменение правила привело бы к потере глагольного значения в определениях типа: раненый в ногу солдат , приблизив его к белому в крапину цыплёнку , а словосочетание конченый человек (опустившийся, плохой), наоборот, с двумя нн ( конченный человек ) приобрело бы крайне негативный глагольный оттенок.

Все вышеперечисленные примеры не имеют никакого отношения к практике письма (за исключением, как отмечалось, одиночных приложений) и ни в каком реформировании, как видим, не нуждались.

Непоследовательность реформаторов удивляет: в 1918-м году убрали второе л в слове галерея (смотри старое написание на фронтоне здания Третьяковки), приблизив его к galery , а теперь предложили писать плейер без й — плеер ,— якобы устраняя колебания, которых попросту нет, поскольку хорошо известно английское рlау — игра (тогда уж и плейбой следовало бы писать плебой ).

Ведя упорную борьбу со старыми, хорошо укоренившимися словами и сочетаниями, авторы реформы не замечают нового — клипового, модульного сознания современного человека, выросшего на кубиках Lego, и настойчиво предлагают писать слитно сложные слова с "компонентами аудио-, видео-, медиа-, макси-, миди-, мини-": максиюбка, минитрактор .

Вообще-то авторы реформы в поисках доводов не сильно напрягались. Например, пункт о необходимости слитного написания наречий всердцах, дозарезу, доупаду, заполдень, заполночь, навесу, наощупь, наплаву, наскаку, насносях, подстать, непрочь сопровождался таким комментарием: "Процесс кодификации слитных написаний наречий традиционно носит сугубо индивидуальный характер, т. е. направлен на конкретные языковые единицы. Выборочный подход к закреплению слитных написаний наречий обусловлен, с одной стороны, устойчивостью традиций письма, а с другой, живым характером процесса обособления наречий от парадигмы существительных и вытекающей отсюда возможностью различной лингвистической интерпретации одного и того же факта". Вы поняли? Примите поздравления.

Предлагалось также перейти к формально-грамматическому принципу написания сложных прилагательных: "Писать через дефис сложные прилага-тельные, имеющие в первом компоненте основу относительного прилагательного с суффиксом, а также основы на – ик-, -лог-, -граф- (соотносительные с прилагательными на – ический ), напр.: народно-хозяйственный, северно-русский, западно-сибирский, водно-спортивный, бессрочно-отпускной, первобытно-общинный, церковно-славянский, авторско-правовой, химико-технологический. При отсутствии суффикса прилагательных в первом компоненте писать сложные прилагательные слитно, напр.: нефтегазовый, буровзрывной, звукобуквенный, приходорасходный, товаропассажирский ".

При всей внешней путаности, доля истины в этом предложении, может быть, и была, и его, вероятно, можно было бы обсуждать, но лишь в качестве дополнения к правилу 1956-го года, в основу которого положен семантико-синтаксический принцип, основанный на выявлении равноправного или неравноправного отношения основ: водно-солевой , но водноспортивный . Замена одного правила другим лишь поменяла бы проблемы с точностью до наоборот, породив, например, такие слова, как средиземно-морский . И вряд ли стоило в 29-м издании академического словаря явочным путём вводить слитное написание грузопассажирского и ликёроводочного с единственной целью, чтобы потом цитировать самих себя.

"Круглый стол", посвящённый вопросу реформирования языка, который был проведён в начале года в Союзе писателей России, в своей резолюции выразил недоверие руководству Института русского языка и крайне отрицательно высказался о внедрении в языковую практику вышеперечисленных изменений, констатировав тот факт, что писатели реформы не примут, даже если она будет утверждена правительством. Это решение поддержали и широкие круги научно-педагогической общественности.

Не знаю, есть ли, например, во Франции институт французского языка, с какой периодичностью он меняет буквы в названиях птичек и ликёро-коньячных заводов. Но бурная реформаторская деятельность Института русского языка заставляет вспомнить где-то слышанный случай из жизни, когда на далёком переезде никак не могли найти желающего работать в должности дежурного. Тогда повесили объявление: "Требуется начальник шлагбаума". На следующий день от кандидатов не было отбоя...

Быть дежурным у шлагбаума и сообщать почтеннейшей публике, как пишется то или иное слово, в каких случаях писатели ставят те или иные запятые, — дело скучное и неблагодарное. А вот быть начальником шлагбаума, особенно если его поставить поперёк путей и начать руководить процессом, — очень почётно: тебя сразу начинают замечать, без тебя уже и обойтись не могут. Но возникает вопрос: нужен ли такой начальник у шлагбаума?

11 ноября 2002 0

«КАК ВСЕ ЭТО БЫЛО...»

...Однако на-ка, вот она как наступает старость,

Однако есть уже кому сказать: "Вы — молодые".

Есть уже кому пожаловаться на усталость,

Вспоминать, какими мы в ваши годы были,

Плыли по детству, которое просто такое клевое,

Выбираешь ли ты пепси или воду за три копейки...

Эй, эй, веселое поколение новое,

Хотите знать, как все это было на самом деле?

Как гордо носили мы красные галстуки

(За что теперь нас рисуют едва ли не психами),

Под гитару, блин, пели, собравшись на праздниках,

У высоких костров в пионерлагерях на каникулах...

Ну, не было Интернета, видео,

фальшивых компьютерных далей,

Но были друзья, салки-прятки, позже — гитары,

Старые дачи для нас Анталией стали,

Ну и хватало нам и упорства, и жара,

И азарта, и фарта — от футбола до чтения,

А так — телик, считай, лучшим был развлечением,