Чтение онлайн

И наконец, вспышка голубого света, будто сама суть реальности была обращена в оружие — удар "Праксиома". Пространство словно смялось, схлопнулось, и корабли в зоне попадания перестали существовать. Не взорвались. Они рассыпались как прах на ветру. Исчезли. Как стертые из самой истории.

Линкоры открыли огонь одновременно. Это был не просто залп — это был приговор, вынесенный всей галактикой. Тысячи снарядов, лучей, торпед, кинетических и энергетических ударов обрушились на "Эон", взрывая пространство, разрывая ткань реальности.

В этот миг всё поле боя исчезло во вспышке. Бело-фиолетовая буря энергии накрыла десятки тысяч километров, и казалось, что вся галактика содрогнулась от удара. Пространство завибрировало, как натянутая струна, и в какой-то момент у всех — даже у Джека — возникло ощущение, что мир вот-вот лопнет, как перегретая оболочка.

Но когда пламя рассеялось…

"Эон" всё ещё стоял.

Его щит поблек. Он стал мутным, как запотевшее стекло. Но он был цел.

— Это... невозможно... — прошептал Эд. — Мы выстрелили всем, что у нас было.

— Он даже не дрогнул, — добавил Таргус с невысказанным ужасом.

— Нет... — сказал Джек, глядя на обелиск тьмы в сердце битвы. — Он почувствовал. Но этого мало.

— Хэйвуд, — Джек нажал на передатчик, голос его был ровным, но внутри бурлило напряжение. — "Эон" выстоял. У нас есть что-то мощнее? Что-то, что сможет пробить этот щит?

На секунду повисла тишина, сквозь которую слышались слабые потрескивания электромагнитного фона. Затем голос Хэйвуда вернулся, уже не такой уверенный, как раньше:

— Есть... кварковая боеголовка малой мощности. Но — он замялся — торпеда не пройдет, даже управляемая, Джек. Там плотность огня такая, что истребители сгорают, не успев подойти на выстрел.

— Торпеду мы проведём, — жёстко ответил Джек, глаза его вспыхнули решимостью. — Это наш шанс. Мы должны попробовать.

— Ты вообще представляешь, чем грозит детонация кварковой боеголовки вблизи планеты? — Хэйвуд явно повысил голос.

Джек закрыл глаза на секунду.

— А ты представляешь последствия, если мы не остановим Вайрека?

Наступила долгая пауза. Хэйвуд тяжело вздохнул:

— Мне нужно связаться с Зан'Кором. Я не могу принять такое решение один. Жди.

Он перевёл канал на командную частоту, и спустя пару секунд на экране вспыхнул образ адмирала Зан'Кора. Его лицо было усталым, как будто он состарился на десятки лет всего за несколько минут.

— Адмирал, — начал Хэйвуд, по-военному чётко, но голос его дрожал. — На борту "Гипериона" есть кварковая боеголовка малой мощности. Джек предлагает провести её через флот противника, прикрепив к управляемой торпеде, и нанести удар по "Эону".

Он сделал паузу, затем почти шепотом добавил:

— Но... последствия, сэр. Вы понимаете, какой урон нанесёт взрыв вблизи планеты. Это будет... массовое разрушение.

Зан'Кор не ответил сразу. Он смотрел куда-то в сторону, будто увидел невидимое.

— Спасибо, контр-адмирал. — Его голос был спокоен, выверен, но под ним чувствовалась бездна. — Я прекрасно понимаю последствия. И так же ясно вижу, что будет, если мы проиграем. В случае поражения, не будет больше моей расы. Не будет ничего. Только мрак. Только Сверхразум и Вайрек.

Он на секунду прикрыл глаза, будто молился. Потом кивнул:

— Я даю добро на использование кварковой боеголовки.

И с резким движением отключил связь.

Экран погас. Несколько секунд в командной рубке стояла абсолютная тишина. Зан'Кор уставился в чёрный прямоугольник, где только что был лик Хэйвуда.

Он тихо прошептал:

— Да простят меня мои потомки…

Затем отдал приказ:

— Оповестить флот. Отступаем на безопасное расстояние.

Джек молча наблюдал за полем сражения, где звёзды затмевались всполохами взрывов, а вакуум дрожал от гравитационных зарядов. Каждый манёвр мог стать последним — и вдруг экран связи ожил, налитый тускло-синим светом.

— Джек, — на фоне мерцающих приборов появился Хэйвуд. Его лицо было напряжено, губы сжаты. — Зан’Кор дал добро. Кварковая торпеда готовится к запуску. Весь флот отходит за пределы радиуса поражения. Останутся только "Гиперион" и "Ша'Нир" — мы нанесём повторный удар сразу после подрыва. Китари прикроют нас.

Он замолчал, посмотрел в сторону, словно собирался с духом, и снова повернулся к экрану.

— И ещё, Джек... — пауза. В голосе прозвучало нечто личное. — Постарайся не умереть.

Джек усмехнулся, не отрывая взгляда от пылающей тьмы впереди.

— Не сегодня, Майкл.

Через несколько мгновений с "Гипериона" стартовала торпеда — массивная, угловатая, словно глыба металла, обвешанная стабилизаторами и маневровыми блоками. На всех экранах вспыхнул символ — бело-красный знак, означающий одно: кварковая боеголовка.

— Ну что ж, Вайрек, посмотрим, как тебе понравится это, — пробормотал Джек и вцепился в рычаги управления, резко поворачивая "Гепан" в сторону торпеды. Перед ней выстроились звенья штурмовиков, словно стальной клин, готовый пробить тьму.

С каждой секундой ад приближался. Торпеда медленно шла вперёд, а "Гепан" и эскадрильи пробивали ей путь сквозь ужасающую бурю огня. Вокруг всё пылало — взрывались крейсеры, разрывались на части истребители, молнии от псионических разрядов прорезали космос, оставляя светящиеся шрамы на фоне звёзд.

— Продолжай держать её! — Джек кричал в микрофон. — Она должна пройти!

Управлявший торпедой оператор выкладывался на пределе — он вёл её будто хирург, обходя сгустки плазмы и вражеский огонь, как минное поле.

И вдруг — она рванулась вперёд.

— ВСЕМ ОТСТУПИТЬ! — заорал Джек. — ФОРСАЖ! НЕМЕДЛЕННО!

"Гепан" рванул вверх, оставляя за собой сияющий след. Штурмовики бросились в стороны, разворачиваясь, как стая испуганных птиц. Пространство взвыло от перегрузок.

И в ту же секунду торпеда ударила.

Мир исчез. Точка соприкосновения стала центром всепоглощающего ужаса — яркая вспышка, настолько ослепительная, что даже экраны с автоматической фильтрацией едва справились. Пространство вспухло, и родился взрыв — не просто термоядерный, не просто энергетический, а квантовый разрыв ткани мироздания.