Чтение онлайн

— Это я должен тебя успокаивать. — Я смотрю на нее. — Не наоборот.

— Папочкам тоже можно волноваться. Это часть работы.

— Папочка, да? — Я вздергиваю брови.

Ее взгляд превращается в суженную щель, она поджимает губы и качает головой.

— Да, нет, не делай этого. Буквально. Нет.

Я разражаюсь смехом.

— Папочке нравится, когда ты так на него смотришь.

— Ммм, да, нет. Все равно ничего.

— Но ты уверена? — Я подмигиваю, дразня.

— Очень уверена. — Ее глаза становятся большими, она качает головой, ее рот приоткрывается от удовольствия.

Мне нравится смешить ее, и она чертовски хорошо умеет смешить меня тоже. Это одна из причин, почему мы так хорошо ладим. Она больше, чем моя жена и мать моих детей. Она мой друг превыше всего, и я бы сжег весь мир, если бы ей это навредило.

В дверь неожиданно постучали.

— Войдите! — зовет она. — Спасена стуком, — шепчет она мне, прикусывая нижнюю губу, в ее глазах все еще пляшет улыбка.

— Папочка всегда может помучить тебя позже, — говорю я, как раз когда входят Джейд и Энцо.

— Ух! — простонала она, а потом усмехнулась, когда они подошли к нам.

— Привет, ребята! — Джейд приветствует нас, наклоняясь, чтобы поцеловать Ракель, а Энцо прижимает свою ладонь к моей. — Мы только что приехали, — объясняет он. — Я смотрю, все уже спустились вниз.

— Да, они приехали совсем недавно, — отвечает Ракель. — Вы ведь понимаете, что можете задержаться здесь надолго?

— Нам все равно. — Энцо встает за спиной Джейд, когда она занимает место на стуле рядом с кроватью. — Я бы не пропустил рождение моего племянника.

— Оу… — поддразнивает Ракель, склонив голову набок. — Ты думаешь, если он увидит тебя раньше других твоих братьев, то ты ему больше всех понравишься, не так ли?

Он дергает головой назад.

— Черт, неужели я настолько очевиден?

Девочки смеются, разговор продолжается, пока я думаю о другом. Я не могу перестать думать о том, что что-то случится с ней или с нашим ребенком. Это, блять, пожирает меня заживо.

— Данте? — зовет Энцо. — Куда, черт возьми, ты пропал?

Я провожу свободной рукой по лицу.

— Прости. — Я тяжело вздохнул, прижимая к себе Ракель.

— Может, сходим за кофе и принесем дамам по чашке?

— Отличная идея! — Ракель практически вскакивает на ноги от волнения. — Пожалуйста, возьми кофе. И если у тебя где-то завалялось виски, принеси ему его тоже.

— Женщина, я не собираюсь напиваться, пока рождается мой сын. — Я хихикаю.

— Конечно. — Она взмахивает рукой и смотрит на меня. — Я просто шучу… типа того. — При этом она смотрит на Джейд широко раскрытыми глазами, и Джейд пытается подавить смех.

— Я займусь этим, невестка. — Он подходит ко мне и кладет ладонь мне на плечо. — Пойдем, брат. Жена хочет, чтобы ты остыл.

— Да, да. — Я неохотно поднимаюсь, не желая оставлять ее одну. Я обнимаю ее лицо и целую в лоб. — Я люблю тебя, детка. Позови меня, если я тебе понадоблюсь. Я не буду долго отсутствовать.

— Со мной все будет в порядке. Мое давление было отличным. Видишь? — Она показывает на монитор рядом с собой.

— Хорошо. — Но мой разум как будто не дает мне поверить, что все будет хорошо.

Проводив ее долгим взглядом, мой брат выходит, я выхожу из палаты следом и закрываю за собой дверь.

Как только мы выходим, я долго и глубоко вдыхаю, втягивая воздух через нос.

— Черт, чувак, — шепчет Энцо. — Ты действительно не в форме.

— Да, я не могу остановить это дерьмо, которое лезет мне в голову, — говорю я ему, когда мы входим в лифт и нажимаем кнопку вестибюля.

Мой затылок с силой ударяется о стену.

— Эта преэклампсия заставила меня испугаться. Я читал о ней.

— Братан, если ты хоть что-нибудь прочитаешь в Интернете, то будешь думать, что умираешь от пореза чертовой бумагой.

Я покачал головой.

— Не, это другое дело. Я многого не боюсь, чувак, но когда мы приехали сюда, у нее было такое давление, что даже док побелел. Они думали, что придется делать кесарево сечение, но потом оно стабилизировалось от того, что они ей дали.

Лифт прибывает, и я выхожу вслед за братом, направляясь в зону ожидания, где ждут Дом и Маттео со своими женами.

Энцо останавливается перед ними и смотрит мне в лицо.

— Ты должен верить, что все будет хорошо. Если ты слишком занят тем, чтобы думать о худшем сценарии, ты никогда не сможешь жить настоящим моментом.

Я киваю, не зная, что еще сделать или сказать.

— У тебя будет сын, брат. Кавалери. С ним все будет в порядке. Мама и папа позаботятся об этом. Ты это знаешь.

При упоминании о родителях у меня в груди все сжалось. Я все еще разговариваю с ними, все время. Мне хочется верить, что они заботятся обо всех нас.

— Может быть, Ракель права. Мне действительно нужно выпить.

— Ну вот, теперь мы заговорили. — Он сжимает мое плечо. — У меня есть немного в багажнике.

— Конечно, есть. — Я хихикаю, пока мы идем ко всем.

— У меня было предчувствие, что тебе это понадобится. — Он толкает меня локтем в ребра.

Он определенно прав.

РАКЕЛЬ

Было время, когда мой мир казался невероятно маленьким. Когда свет померк. Когда возможности вели только к смерти, а жизнь угасала, разрушаясь с каждым вздохом.

Пока не пришел он.

Пока он не спас меня.

Даже когда все его намерения были направлены на то, чтобы причинить боль моей семье, используя меня для брака, который он не хотел, он все равно заботился обо мне.

И пока нам обоим было больно, любовь нашла нас, когда никто из нас не думал, что найдет ее.

Но друг в друге мы нашли нечто другое — любовь, которая создала семью. И с каждым годом я нахожу все больше поводов для улыбки.

Прижавшись ко мне на больничной койке, мы смотрим в лицо нашего сына Тристена, и наши сердца несут в себе столько преданности и благоговения, что готовы расколоться.