Чтение онлайн

– Одна с ним?

– Да.

– Ночью в степи?

– В лесу.

– В лесу… Место не имеет значения. Я запретил тебе уходить одной. Ты ослушалась. Ты солгала мне.

– Да.

– И ты так просто об этом говоришь? – послышалось еле сдерживаемое бешенство, которое несложно было угадать за сталью голоса. – И не пытаешься оправдаться. Как ты посмела?

– Мне нужно было поговорить с соплеменником. Наедине.

– Поговорить?

– Да.

– И больше ничего?

– Да.

– Почему я должен верить?

– Можешь не верить.

– Нет, так не пойдет, – прорычал он. – Отвечай на вопрос. Почемуя должен верить? Или мне приказать своим людям нагнать этого твоего Тйерэ-Кхайе и заставить говорить его? Может, он поведает мне больше? Как знать, не услышу ли я от него, что моя жена потаскуха?

– Как смеешь ты говорить со мной так?! Я не рабыня твоя.

– Нет. Пока. Но в моей власти это исправить.

Вот теперь Шейра не выдержала, она зажала ладонями уши, чтобы не слышать этого глухого голоса, она завизжала:

– Прекрати! Прекрати! Прекрати! Я не узнаю тебя! Это не ты! Перестань!

Элимер стоял и холодно ждал, пока она успокоится.

– Отвечай. Я жду.

– Что я могу тебе ответить? – уже не стараясь сдержать своих эмоций, воскликнула айсадка. – Что?! Либо ты веришь мне, либо нет! Мы говорили, а потом началась гроза, и я не рискнула возвращаться обратно. Как только она закончилась, я приехала.

– Почему наедине? – прошипел кхан.

– Тебе не понять! – выплеснула девушка. – У тебя нет друзей. Только подданные! Тебе не понять, почему с друзьями, особенно после долгой разлуки, говорят наедине.

– Или с любовниками?

После этой фразы Шейра сдалась окончательно и, уже ни на что не рассчитывая, прошептала:

– Ты чудовище. Злобное чудовище. Ты всегда таким был, зря я решила не обращать на это внимания.

– Не смей, дикарка, иначе я заставлю тебя пожалеть о твоих словах. Я заставлю тебя на коленях вымаливать прощение, даже если для этого мне придется воспользоваться плетью! Я заставлю.

– Заставь! – Шейра вскинула голову, неуловимо подавшись вперед. – Давай, заставь же! Как свою Зарину, или как мятежников, как всех остальных, кто смел тебе перечить! Я проклинаю тот день, когда поверила твоим словам, твоим обещаниям никогда не причинять мне боли!

Последняя фраза отрезвила Элимера, он непроизвольно отшатнулся назад, и Шейра, разглядев в его лице смятение, воспользовалась заминкой и попыталась сбежать. Сбежать от мужа, который вдруг обернулся к ней ликом зверя. Но не успела, он схватил ее за плечи, разворачивая к себе.

– Я не знаю, что со мной, – быстро-быстро заговорил он, – я просто ревновал, как любой мужчина на моем месте. И поэтому, только поэтому… В последнее время я сам себя боюсь. Я все чаще вижу людской страх, и он меня пьянит, пьянит зверя во мне. Помоги мне. Только ты сможешь…

С этими словами он отстранился от Шейры, прошелся в угол помещения и снова обратился к ней.

– Эта постоянная боль, эти мысли о брате сводят меня с ума. Мне кажется, я уже сошел с ума.

– Мне тоже, – пробормотала Шейра.

– Не уходи! – воскликнул он, увидев, как жена разворачивается к двери. – Только не сейчас! Прости мне эти злые угрозы. Я никогда не осуществил их, ведь ты знаешь. У меня никого нет кроме тебя и сына. Пожалуйста.

Он снова метнулся к ней, прижал к себе, прошептал:

– Просто ты слишком дорога мне.

– И ты мне, Элимер. Но ты болен своей войной. Я бы очень хотела помочь, но не знаю как. Порою мне даже страшно быть возле тебя, – она высвободилась из объятий. – Я уйду к себе. Я лягу спать. Пусть наступит новый день. Завтра. Пусть придет рассвет, и ты снова станешь моим Элимером, моим кханом, и я перестану тебя бояться.

Он не стал ее удерживать, и когда она ушла, так и остался, потерянный, стоять посреди комнаты, размышляя о том, откуда появились в нем эти неконтролируемые вспышки ярости, которые, он заметил, прорывались все чаще и чаще.

Наконец, уже под утро, он смог уснуть. Но сон не даровал ему спокойствия, потому что в нем он вновь увидел свои потаенные страхи.

Вот он спешил по коридору в тронную залу. Там собрались советники, там все ждали его, кхана, правителя. Он открыл дверь и тут же сознание перевернулось. Он вдруг понял, что всего лишь простой служка, которому снился долгий сон про то, что якобы он – кхан. А кто же на самом деле повелитель империи под названием Отерхейн? Вот он – восседает на троне, светловолосый и ясноглазый. Аданэй! И Элимер услышал собственный голос, который произнес:

– Вино, повелитель, – и его руки вручили кхану кубок, а спина согнулась в поклоне.

Аданэй сделал глоток, поморщился и в злости выплеснул янтарную жидкость ему в лицо.

– Что за дрянь ты принес, грязный раб! – крикнул он и приказал молчаливо стоящей страже отвесить ему, Элимеру, десять ударов плетью.

– Прости, повелитель, – услышал он свое бормотание. Отступил назад, готовясь быть схваченным стражниками.

Но те вдруг исчезали и теперь Элимер увидел у ног кхана – у ног брата – множество красивых женщин, которые смотрели на того с умилением, целовали его руки и ласкали стопы. И с ужасом заметил среди них знакомое лицо – Шейра. Вот она, прижалась к коленям Аданэя. А он погладил ее по волосам, рванул с ее плеч одежду, и она сладко простонала

Элимер все вспомнил! Ведь это его враг восседал сейчас на троне, на котором должен сидеть он. Элимер зарычал и бросился на брата. У него не было оружия, он бросился с кулаками. Потаскухи Аданэя с визгом бросились в стороны. А он принялся яростно молотить по ненавистной физиономии, он сломал ему нос, разбил губы, почувствовал соленые брызги крови, а потом увидел, что напротив него вовсе не лицо Аданэя, а его собственное, Элимера лицо. И избивает он сам себя.

Тут он проснулся. В холодном поту и, как следовало ожидать, с болью.

"Слава Богам, только сон", – с облегчением выдохнул Элимер, но чувствовал, что тошнотворный осадок не покинет его весь день. Он глотнул из кувшина прохладной воды, а остатки вылил себе в лицо, пытаясь смыть и боль, и дурман. Посмотрел в окно. Судя по положению солнца, оставался час до полудня. Пора было приходить в себя и заняться тем, чем должно. Сны снами, а дела государства никуда не делись.