Чтение онлайн

Порезы на руке жгло, но кровь запеклась и уже не растекалась по пальцам. Осмотрев ее еще раз, Элимер поморщился, вытащил засевшее в ней стекло, вновь разбередив порезы, и позвал слуг. Те испуганно оглядели царящий вокруг беспорядок, но задавать вопросы не посмели, молча собирая с пола осколки и оттирая кровь. Элимер, не двигаясь, сидел в кресле и безучастно наблюдал за их действиями.

***

Шейра приблизилась к платану, соскочила с коня и опустилась на землю напротив неподвижно сидящего Тйерэ-Кхайе. Воин заговорил первым.

– Шейра-Сину, ты жива! Все полагали, ты погибла, и о гибели твоей сложили песни.

– Песни можно перепеть, – неопределенно ответила девушка. О, каким удовольствием было говорить на родном языке: – Я жива.

– Я вижу. Но как? И почему ты в одежде шакалов? На пленницу ты не похожа.

– Я не в плену.

– Тогда почему ты здесь? Почему не вернулась к своему роду? Почему живешь в шакальем логове? – Тйерэ-Кхайе говорил напряженно. Должно быть, подозревал ее в предательстве, чего она и опасалась изначально.

– Я полагала, что вам известна моя судьба. Но теперь вижу – ошибалась. Неужели мои братья и сестры ни разу не задумались, с чего это вдруг Темный Вождь вернул Горы Духов и запретил поселенцам не заходить в леса?

Тйерэ-Кхайе молчал, ожидая продолжения. И Шейра продолжила.

– Помнишь пророчество? Коршун падет перед Белой Кошкой?

– Его все помнят.

– Так оно вроде как сбылось…

– Как? Ведь нас разгромили, уничтожили.

– Наверное, вожди неправильно поняли знаки. Я стала женой Темного Вождя…

– Ты?! – Тйерэ-Кхайе утратил хладнокровие. – Ты – наша сестра! Как ты могла?! Чтобы айсадка с шакалом? Я не верю!

– Так…вышло, – Шейра отвернулась, закусив губу. – Зато… мой народ получил за это Горы.

Тйерэ-Кхайе замолчал, что-то обдумывая. Потом заговорил снова, уже гораздо спокойнее:

– Значит, ты пожертвовала собой ради нас? Ради рода? Если так… Эту страшную жертву воспоют в веках, несчастная сестра моя!

Она не ответила, воин умолк тоже, изучая взглядом землю. Потом снова посмотрел ей в глаза и прошептал:

– Ты – наша сестра – ради нас отдалась шакалу. Да обрушится на нас гнев духов, если мы тебя не спасем!

Шейра могла бы удержаться от ответа, но не стала. Неважно, как поведет себя Тйерэ-Кхайе после ее объяснений, даже если плюнет в ее сторону – пусть! Лучше так, чем лгать ему, лгать сородичу.

– Тйерэ-Кхайе, разве я кажусь несчастной, чтобы меня спасать?

– А разве ты… счастлива? – удивился воин и нахмурился.

– Да. Меня не нужно спасать. Он – не шакал, он – Элимер, он – мой муж, мой Кхан и отец моего сына.

– Сына… – бездумно вторил мужчина. Теперь он понял слова вождя об айсадской крови. – Значит, это сын держит тебя здесь? Но мы попытаемся и его спасти от шакала.

– Ты что, не слушал меня? – ощерилась айсадка. – Элимер – не шакал. Никогда, никогда не называй его так!

– Почему ты его защищаешь?

– Он – мой мужчина. Я люблю его! – ну все, слова сказаны. Теперь Тйерэ-Кхайе имеет полное право смерить ее презрительным взглядом, сказать, что она ему более не сестра, развернуться и уйти.

Но он ничего такого не сделал. Повисла тишина, собеседники не смотрели друг на друга, пока воин не прошептал:

– Как можешь ты, Шейра-Сину? Ведь он стольких наших убил… И детей…

– Я тоже так думала. Раньше. Но теперь… Разве он не вернул пленным свободу? И разве не мы сами полезли в ту войну, разве не мы дали детям оружие? Их крики до сих пор звучат во мне, только виню я теперь за них себя, а не темных людей. Тогда я была слишком молода, слишком глупа, я слишком доверяла мудрости вождей.

– И ты не вернешься в родные земли, Белая Кошка?

– Я уже не та, что прежде, – протянула девушка. – Я скучаю по нашему роду, всегда буду скучать, но дом мой теперь здесь, в Отерхейне. Вы можете проклясть меня, но…

Тйерэ-Кхайе оборвал ее:

– За твою странную любовь к темному человеку ты будешь держать ответ перед предками, в краю вечной охоты. Но здесь, сейчас, ты чиста перед родом, ведь ты вернула нам Горы. Никто не посмеет проклинать тебя.

Услышав это, Шейра вздохнула с облегчением, перевела дух и вновь заговорила:

– Половина протекающей в нашем сыне крови – это кровь айсадов. Его имя Таарис. Но есть еще одно – Ирейху-Ше.

– Тот-кто-приходит-вовремя? Почему так?

– Потому что он пришел вовремя, – улыбнулась Шейра.

– Когда вырастет, приводи его. Ему никогда не стать членом рода, но все равно, пусть узнает вторую свою половину.

– Приведу, – пообещала Шейра, уверившись, что между ней и, по крайней мере, одним из ее рода не осталось сомнений и недоверия. От сознания этого на душе стало легко и радостно.

– А ты, Тйерэ-Кхайе, ты стал вождем? Расскажи мне обо всем – о нас, об айсадах.

– Я стал вождем военного времени, да. После того, как пал Керун-Тало, меня избрали. А Охтен-Та стал вождем мирного времени. Дагр-Ейху погиб в той битве, и теперь Ин-Риха верховный вождь.

Воин слегка сощурился и добавил:

– Мы решили выступить на стороне ша… – он осекся, – твоего мужа в его войне.

– Да, я знаю, – ответила Шейра. – И я знаю, что вы о нем думаете. Но он не обманет вас. Он выполнит все, что обещал.

– Я верю твоему слову, Белая Кошка.

– Тогда послушай еще одно. В этой битве не отказывайтесь от железной одежды, когда темные люди предложат ее. Прикройте тело. Нас не так много осталось, чтобы презирать опасность.

– Я думал об этом. И буду думать еще.

Шейра кивнула и спросила.

– А какова твоя дорога, Тйерэ-Кхайе?

– Регда-Илу стала моей спутницей. У нас недавно родилась дочь.

– Рыжая Регда, – в голосе Шейры мелькнула грусть. – Я по ней скучаю.