Чтение онлайн

В зал впорхнула девушка невероятной красоты. Она присела в идеальном поклоне, и Калеб с легким удивлением уставился на неё. Несмотря на то, что её одежда была простой и сшитой из грубой ткани, она подчеркивала все достоинства фигуры. Волосы цвета солнца были заплетены в толстую косу, в которую вплели свежие цветы, а на белоснежной коже не было ни одного изъяна. Здоровый румянец украшал девушку, как алая роза белое платье. Среди присутствующих пронесся шепоток. Все уставились на неё, впервые увидев в крестьянской одежде такую утонченную девушку. Казалось, она нарочно нарядилась в грубое платье, решив пошутить, и на самом деле являлась дочерью знатного рода.

— Ваше Величество, смиренная Лилия приветствует вас, — пропела она звонким голоском, так подходящим ей. Калеб спокойно кивнул, с легкой насмешкой во взгляде осмотрев советников. Те раскрыли рты, позабыв обо всем.

— Что привело тебя сюда? — спросил он, и та смущенно подняла взгляд.

— Ваша покорная слуга обладает магическим даром, — сказала она. — Я умею мастерить обереги из крошечных тигиллов, которые обычно выбрасывают за ненадобностью. Я попыталась поступить в академию магии, но меня не приняли из-за недостатка знаний. Могу ли я рассчитывать, что, увидев мой талант, вы откроете мне двери к великим знаниям?

Лилия достала несколько браслетов и протянула вперед, не двигаясь с места. Слуга забрал их и хотел подойти к Калебу, чтобы показать, однако дорогу преградил Глед, резко выступив вперед. Стражник хмуро уставился на артефакты, не трогая их, и на мгновение в тронном зале повисла тишина. Осознав оплошность, слуга вжал голову, будто ожидая, что его при всех казнят, и почти воочию увидел собственную смерть в рассерженном взгляде Гледа. Калеб понимал его. После стольких покушений опрометчиво было рассматривать артефакт неизвестного происхождения. Это должны были все понимать. Однако слуга либо действительно не подумал, как следует, либо умело сыграл дурачка. В любом случае Калеб собирался сам остановить его, не дав приблизиться, но Глед опередил. От этого стало спокойнее.

— Передайте браслеты магам, — велел Калеб. — Пусть изучат их. Глед, — стражник коротко поклонился и вернулся на свой пост, в то время, как слуга выскользнул из зала. Калеб едва заметным движением велел Карду проследить за ним. — Я не стану влиять на решение магов, если они сочли, что твоих знаний недостаточно, — сказал он Лилии, и её взгляд наполнился испугом и разочарованием. — Ты должна подготовиться и снова пройти экзамен, как и другие кандидаты. Используй информацию из книг. В столице много библиотек, и люди всех сословий могут использовать их. Ты ведь умеешь читать?

Лилия вспыхнула и стыдливо опустила голову, сжав подол юбки.

— Да, Ваше Величество, — пробормотала она, и Калеб немного нахмурился. — Я последую вашему совету.

— На площади Трех Фонтанов недавно отстроили школу для крестьянских детей, — сказал он, припомнив, как с отцом посещал её, проверяя, хорошо ли работники справились с задачей. — В ней пока немного учеников, поэтому учителя могут помочь тебе восполнить знания. Обратись к ним, а затем попробуй пройти экзамен снова. Если твой талант действительно велик, это не составит труда.

Лилия подняла взгляд, полный скрытой надежды и удивления, а затем глубоко поклонилась.

— Милость Вашего Величества не знает границ, — пораженно произнесла она. — Клянусь, я последую вашему совету и в следующий раз предстану перед вами как ученица мага, а не простая крестьянка.

Калеб сдержался и не улыбнулся, хотя почему-то захотелось. Внутри стало очень тепло, когда он взглянул на решительную, красивую девушку, готовую бороться за знания и свое место в мире. Хотелось помочь ей больше, но нельзя было. Он не мог дать книги из библиотеки или приставить к ней личного учителя, ведь в таком случае показал бы слишком большую заинтересованность. Лучшим выходом было указать путь, чтобы Лилия прошла по нему сама. Очевидно, она уже пыталась научиться читать, но школы были переполнены, и ей не нашлось там места. О том, чтобы попытать счастья в новой, она либо не подумала, либо отмахнулась от этой мысли, потерпев неудачу ранее. Теперь у нее была цель, и, судя по наполненному огнем взгляду, план.

— Да озарится светом ваш путь, Ваше Величество, — сказала она на прощание, снова красиво поклонившись.

Калеб пожелал ей безопасной дороги домой и приказал позвать следующего человека.

До обеда он принимал людей, приходящих к нему с самыми разными проблемами и просьбами. Кто-то заливался слезами, умоляя помочь, кто-то взволнованно объяснял, в чем беда, кто-то, сжав кулаки, просил о содействии, кто-то, скрывая за улыбкой печаль, рассказывал о трудностях. Несмотря на то, что каждый, кто входил, нес в себе боль, Калеб покинул тронный зал в приподнятом настроении. Он сумел помочь многим сегодня, хотя остались и те, чьи просьбы он удовлетворить не смог. Впервые с коронации его накрыло чувством уверенности, ведь он знал, что делать, чтобы на лицах людей появлялась надежда, а на душе становилось легче. Провожая взглядом крестьян, покидающих зал, Калеб чувствовал, что делает правильное, хорошее дело. И даже перешептывания советников и презрительные взгляды на сей раз не смогли поколебать его уверенность.

Калеб шел по коридору в свой кабинет, где планировал немного отдохнуть за чтением отчетов, прежде, чем отправиться на совет генералов. Неотступными тенями за ним последовали Глед и Кард. Первый светился, как ограненный драгоценный камень, а второй почему-то хмурился и сжимал зубы. Что с ним случилось, Калеб не знал. Было несколько предположений, причем не самых приятных, но заводить сейчас об этом разговор не имело смысла. Он слишком хорошо знал Карда и понимал, что пока тот будет молчать и придумывать нелепые отговорки. То у него живот скрутит, то любимый кинжал потеряется, то кошка не разродится — Кард будет говорить, что угодно, кроме того, что его действительно волнует. В итоге, он либо сам справится с напастью, либо попросит о помощи, когда достигнет крайней точки.

Калебу не нравилась эта его черта, но сделать с ней он ничего не мог. Кард был добродушным, но твердолобым человеком, который думал, что со всеми проблемами должен справляться сам. Если что-то случалось плохое, он до последнего молчал. Когда у него умерла мать от болезни, Калеб узнал об этом только спустя месяц, когда Кард посреди тренировки вдруг рухнул на колени и закрыл лицо руками. В тот день они с Гледом здорово перепугались, не понимая, что случилось. Оказалось, Кард пытался самостоятельно справиться с болью потери, но дыра в груди со временем не зарастала, а становилась больше. В итоге, он краем глаза заметил цветы, которые любила мама, и это добило его. Он буквально развалился на части, и Калебу пришлось потратить много времени, чтобы помочь ему. Глед тогда натаскал из библиотеки столько книг, написанных лекарями душ, что они заполнили весь подоконник в учебном кабинете. К счастью, внимание, участие и добрые слова отозвались в душе Карда, и он смог прийти в себя несколько недель спустя.

Несмотря на то, что Калеб мозоль натер на языке, повторяя, чтобы тот не скрывал проблемы, это не помогало. За эти годы удалось научиться различать, когда у Карда появлялись мелкие неприятности и когда случалось что-то действительно плохое. Судя по отсутствующему взгляду и скованной походке, дело было в последнем. Забеспокоившись, Калеб пересекся взглядом с Гледом и приподнял брови, как бы спрашивая, что случилось. Тот только пожал плечами, покосившись на товарища. Немного замедлив шаг, Калеб окликнул Карда. Тот поднял взгляд и постарался сделать вид, будто всё в порядке.

— Твои братья здоровы? — спросил Калеб. — Слышал, на юге столицы появилась новая болезнь. Ваш особняк не задело?

— Всё хорошо, Ваше Величество, — улыбнулся он. — Это в стороне от нас, поэтому пока не представляет угрозы.

— А твой отец? С ним всё в порядке?

— Как всегда энергичен и бодр, — неловко засмеялся он.

— Судя по всему, он очень бодр, раз задержал тебя сегодня, — сказал Глед, внимательно уставившись на него. Кард нахмурился, и у него появилось такое выражение лица, будто он что-то понял.