Чтение онлайн

Пуг внимательно изучил пояс и шепнул Миранде:

– Это вещь обладает волшебной силой.

– Да что ты?
– сухо сказала она.

Пуг поглядел на нее и увидел, что она едва ли не в открытую смеется над ним, и снова в нем возникла уверенность, что ее сила и знание больше, чем она хотела показать.

Акайла встал со скамьи и подошел к Редтри.

– Можно посмотреть?
– спросил он.

Редтри вручил ему пояс. Он внимательно рассмотрел его, после чего повернулся к Тахару со словами:

– Это великое и необыкновенное волшебство. Вы не знали о его существовании?

Тахар, старший среди королевских Ткачей заклинаний, покачал го-ловой. С легким раздражением он спросил:

– А вы знали?

Акайла засмеялся тем смехом, какой часто доводилось слышать Пугу в течение года, который маг прожил с эльдарами в Эльвардейне, лесе-близнеце Эльвандара, чудесным образом укрытом под шапкой льда в мире Келеван. В этом смехе не было ничего обидного, но в словах Акайлы присутствовал слабый налет иронии.

– Это верно.
– Он снова повернулся к Редтри, и правитель гламредхелеи слегка кивнул. Акайла вернулся на место, и Тахар спус-тился вниз. Хотя Акайла был, бесспорно, самым старшим и опытным среди королевских советников, все-таки он был вновь прибывший, и самым главным из советников Аглараны был Тахар.

Когда Тахар взял пояс и повернулся, чтобы поднести его Калину, Редтри сказал:

– Пояс носят на высоком совете, и он переходит от короля к сыну. Так же, как когда-то мой отец передал мне этот пояс, провозгласив меня наследником престола, так теперь я передаю его вам, принц Калин.

Тахар вручил принцу пояс, и тот принял его с поклоном. Он кос-нулся его лбом и сказал:

– Ваше благородство не подлежит сомнению. Я смиренно прини-маю ваш великодушный дар.

Тогда Агларана поднялась с места и торжественно произнесла:

– Наши народы теперь снова единое целое.
– Она повернулась к Редтри и поклонилась ему.
– Вы и в самом деле Арон Эаранорн.
– По приказу королевы ему тут же принесли новый наряд, и Редтри надел его поверх лат и мехов, которые он носил по обычаю своего народа.
– Вы окажете большую честь нашему совету, заняв место в его рядах.

Старый король сказал:

– Это для меня большая честь.

Акайла подал ему руку и посадил Редтри между собой и Тахаром.

Пуг улыбнулся и подмигнул Миранде. Посадив гламредхеля выше себя, но все же позади Тахара, мудрый лидер эльдаров избежал много-летних пререканий с Редтри. Гламредхель не потерпит над собой нико-го, кроме Тахара.

Миранда отозвала Пуга в сторонку, и когда они отошли от собра-ния подальше, она сказала:

– Как долго это будет продолжаться?

Пуг пожал плечами.

– Люди Редтри впервые прибыли сюда приблизительно тридцать лет назад, через двадцать лет после того, как Галаин и Арута столкну-лись с ним после падения Арменгара.

– Они тридцать лет спорили, кто за кого отвечает?
– недоверчи-во спросила Миранда.

– Обсуждали, - сказал Томас, внезапно оказавшийся у них за спиной. Пойдемте со мной.
– Томас привел Пуга с Мирандой в уединенное место, скрытое от королевского двора хитро расположенны-ми ветвями. С другой стороны оттуда был виден весь древесный город Эльвандар.

Пуг спросил:

– Ты, наверное, уже привык ко всему этому?
– Он рассматривал своего друга, и вновь находя в незнакомых чертах высокого воина чер-ты своего названого брата.

Даже в парадном одеянии Томас излучал силу и власть. Его свет-ло-голубые, почти бесцветные глаза пристально вглядывались в широ-кие аллеи Эльвандара. Потом он проговорил:

– Да, но эта красота всегда волнует мою душу.

Миранда сказала:

– Никто не останется к этому равнодушным, если у него есть сердце.
– Был уже вечер, и в Эльвандаре горели сотни костров, неко-торые на земле, другие на платформах, установленных на ветвях деревь-ев. Повсюду были зажжены фонари, и пламя их было совсем не похоже на резкий желтый огонь городской лампы, оно пылало более мягким, бело-голубым светом: это были эльфийские глобусы, отчасти обычные, отчасти волшебные, таких не увидишь больше нигде. Но и сами деревья тоже светились, ветви были окутаны мягким светом, светло-голубой или зеленоватой дымкой, как будто фосфоресцировали листья.

Томас повернулся к Пугу, и его расшитое золотом красное платье вспыхнуло отраженным светом.

– Настало время облачаться в доспехи, старый друг?
– спросил он.

– Боюсь, что скоро настанет, - сказал Пуг.

Томас задумчиво сказал:

– Когда мы одержали победу в Сетаноне, я надеялся,: что мы навсегда покончили с этим делом.

Пуг кивнул:

– И я надеялся. Но мы знали, что рано или поздно пантатиане снова доберутся до Камня Жизни.
– Пуг наморщил лоб, как будто собирался сказать что-то еще, но передумал.
– Пока твой меч покоит-ся в камне и пока валхеру не окончательно побеждены, мы только выиграли время, но до конца еще далеко.

Томас не ответил. Он снова смотрел поверх перил на сверкающий огнями город.

– Я знаю, - сказал он наконец.
– Настанет время, когда я должен буду достать тот меч и завершить то, что мы начали в тот день.
– Он с острым интересом слушал, когда Миранда перечисляла то, что она и его сын обнаружили во время последнего похода к южному континенту. Тахар, Акайла и другие Ткачи заклинаний неоднократно расспрашива-ли ее с тех пор, как она прибыла сюда, выведывая детали, которые она могла пропустить или забыть. Миранда не отличалась терпеливостью, тогда как для долго живущих альфов бесконечное углубление в вопрос было смыслом жизни.

Звуки голосов поведали о том, что Агларана со своими советниками решила присоединиться к своему мужу. Королева, сопровождаемая Та-харом, Акайлой, Редтри и Калином, вошла в покои Томаса. Миранда и Пуг поклонились, но королева сказала:

– Совет закончен, друзья мои. Мы собрались здесь, чтобы обсу-дить важные проблемы в неофициальной обстановке.

Миранда сказала:

– Вот и слава богу. Редтри нахмурился.

– Мое знакомство с вашей расой ограничено.
– Он поглядел на Акайлу, который подсказал: "сударыня". Он произнес это слово как иностранное.
– Но стремление очертя голову бросаться в бой, которое я часто наблюдал в людях... это просто непостижимо!

– Очертя голову!
– с неприкрытым изумлением проговорила Миранда.

Пуг сказал:

– Мы имели дело с пантатианами на протяжении пятидесяти лет, Редтри.

Старый эльф взял предложенный кубок вина и сказал:

– Ну что ж, в таком случае вы, должно быть, хорошо изучили неприятеля.

Внезапно Пуг понял, что у старого эльфа тоже есть своеобразное чувство юмора. Юмор у него был не такой, как у Акайлы: тоже сухой, но с насмешливым оттенком. Пгт усмехнулся:

– Вы напомнили мне Мартина Лучника.