Чтение онлайн

Залаяли деревенские псы. С тех пор, как их жизнь круто переменилась, собаки лаяли без умолку, но этот день до сего момента был на удивление тихим. Звери чувствовали, что их век подходит к концу. Староста не знал,чем собаки не угодили их новым хозяевам.

–Как этот уедет, отведи собаек к поросе. Пора уже...

–Собаек-то жалко.

–Себя пожалей.

Всадник остановился под аркой и молча оглядел деревню.

– Я действую от имени его светлостиОддаБауэра по поручению его милости баронаДидерикаЛанге. Мое имя Рейн,–Рейн спешился. Поднес дрожащую руку к губам и оглушительно свистнул:

– Э! Голытьба, по розгамзатосковали?!Кто в вашем запечье главный?!

Староста Лешек выдохнул,оперся на палку и,уходя, бросил сыну:

– Жди с мужикамиу амбара. Ничего не делай без моего согласия.

– Понял тебя, батя, – кивнулЗибори попятился назад, – тытокмосвистни, мы сцапаем его… Бать.

– А?

– А Сестры сейчас с нами?

–Сестры сейчас везде.

–Бать.

–А?!

–А чего они велят?

–Велят повторять за ними каждое слово. Велят тебе думать о приготовлениях к завтрашнему празднику. Говорят, что и сам ты их скоро увидишь.

Бой начался стремительно. Старший из парней Горста,задыхаясь,отскочил от вооруженного серпом дурака.

В прежние дни Ааронслегкостьюмогнамотать наножпотроха сотни таких вахлаков. Что изменилось?

Онсамрастерял сноровку,или же вахлак, от которого разило хуже, чем от твоего козла,был лучше подготовлен?Ниодин удар Аарона не достиг цели. Боевой нож, прежде служивший ему верой и правдой,теперь был бесполезной стальной щепкой в руках неумехи.

Аарон приложил ладонь ккровоточащейщеке. «Когда он успел?» –подумал он и,сплюнувкровь, отправил на землю осколок зуба.

–А ты отчаянный,– прогнусавил рыбак с тавром Ланге на шее, – но тылишь волчатник, не знающий ничего о своей матушке.

Гнилозубыйне отличался прытью. Его движения были предсказуемы и глупы. От ударов он уходил шагом назад и всякий раз,спотыкаясь,по однойлишьизвестной Отцу Переправы причине не падал навзничь, сохранял равновесие и наносил ответные удары ржавым серпом. Удары, большая часть которыхне годилась даже на то, чтобы толково срезатьрожь. Серп вспарывал воздух вновь и вновь, но отбивать эти удары становилось каждый раз все сложнее.

–Еще не уразумел,аволчатник?

Рыбакотскочил назад. На сей раз ловко и почти по-кошачьи. Взгляд больных желтушных глаз был весел, полон задора. Такой взгляд бывает у простофиль, которых ярморочный зазывала уговорил сыграть в кости и дал возможность выиграть пару-тройку конов. Наивный азарт и вера в собственный успех.

Увы, Аарон не был ярморочным зазывалой,и в поддавки сгнилозубойпаскудой он не играл.

В прежние дни Аарон с легкостью вышибал дерьмо из подобных идиотов, но сейчас кровавые пятна росли на рубахе верзилы, а не его противника.

–Видал,Вша?

Мальчик со страхом смотрел на происходящее и всякий раз, когда сталь встречала сталь, закрывал глаза.

Старший из людей Горста убрал нож за пояс и выхватил меч. О том, как лихо Аарон обращаетсяс этим оружием,прежде шептались в военных лагерях, а пару раз он подтверждал свое мастерство на ристалище.

–Сестры шепчут, что твой дружок услышал шепот Хозяйки,– гнилозубыйоблизал губы и сплюнул, – он,сталбыть,лучше,чем ты. Слыхал,Вша? Сталбыть,ентогоона от любви своей отлучила.

Мальчиксогласнокивнул.Он не бежал восвояси, не звал на помощь. В силе Сестер убедился весь Подлесок. Если Возлюбленная, Покинутая иСкорбящаяберут кого-то под свою защиту, значиттомуничтоне угрожает. Если кто-то навлекает на себя их гнев – горе тому человеку. В этом жители Подлеска тоже убедились сполна. Никто не хотел ослушаться и пойти по стопам их старосты. Никто не желал оказаться вместе со старостой вгроте, ибо всякийслышит,каквоет от боли и ужаса человек, посмевший записать имя Хозяйки. Имя богини, подарившей сиротам свою любовь и заботу.

Если бы Матушка не разочаровалась ввыжлятнике,то ожившие тени помешали бы Яценти напасть на него. Непозволилибы пролитькровь. Вместо этого тени плясали вокругЯцентии путали зрение верзилы, защищая своего слугу от смертоносных ударов.

В висках Аарона стучалакровь. По лезвию меча на вытоптанную осоку стекалакровь. Его кровь. Смрад, преследующий их группу от самого Подлеска,усилился, и тошнота стала нестерпимой. Аарон непонималпроисходящего, но лишь многолетняя муштра не давала ему потерять хладнокровие.

Секуторвстал в стойку и приготовился убивать неожиданно серьезного противника.

–Ты все никак не уймешься… Гузно ты неутертое.Вот если Ансгар…

– Прекращай треп,– гаркнул Аарон и бросился наЯценти.

Удар подобный этому невозможно отразить серпом. От такого удара гнилозубого мог спасти лишь щит, да и то, заблокировав выпад старшего из людей Горста, гнилозубый мог бына долгое времязабыть о своей руке.Щит бы выдержал удар, а вот кости… Кости умеют ломаться в самый неподходящий момент.

Смертельному удару предшествовал ложный выпад. Деревенскийподгузокне должен был прочесть намерения Аарона, а если б и смог, не успел бы принять решение.

Меч должен был разрубить тощее тело мерзавца от правой ключицы до паха, но лишь едва коснулся плоти, высвободив наружу поток крови.

–Сука! Сука! Сука! – взвылгнилозубыйи выронил на землюсвой ржавый серп. – Вша! Какого ляда тывстал?! Отгрызи этому сукиномусыну яйца! Вша!

Холодная,сотканная из утреннего тумана рука легла на плечо ребенка.

– Помоги брату,– прошептала Скорбящая.

– Подними этот камень,– добавила Покинутая.

–И ты не промахнешься.

Сестры благоухали сиренью, но в уголке сознания мальчишки все еще жило воспоминание об их настоящем запахе. Воспоминание о смраде, которыйисточают Сестры и их колдовство.Вша повиновался,ипрежде,чем брошенный сопляком камень рассек лоб старшего из людей Горста, Аарон увидел стоящего на коленях рыбака. Увидел разрубленную надвое кисть. «Но почему я рассек левую ладонь? – недоумевал верзила. –Как его клятая лапа оказалась на месте ключицы?».