Чтение онлайн

И он ушел. Вот просто взял, развернулся и ушел. А я осталась. Сидела на своем диване, глупо хлопала ресницами и вот ничегошеньки не понимала. Это что вот сейчас вот было? Это как же это так? Это же мне мой единственный и любимый родственничек вот только что карт-бланш дал на то, чтобы в очередную авантюру ввязаться. Ну не мог же дядя Фил не понимать, что если мне что-то запрещаешь или от меня что-то умалчиваешь, то я с еще большим упорством буду добиваться поставленной цели?

В гостиную влетела горничная с пледом. Увидела меня, споткнулась, едва не пропахала носом ковер, но вовремя сумела остановиться.

— Ваш плед, мисс Сольер, — пропищала она, протягивая мне белое пушистое покрывало.

— А, — я отмахнулась. Плед мне уже точно был не нужен. — Помоги добраться в спальню. Я устала.

— А… а… там… — горничная вдруг покраснела, стушевалась как-то вся, засмущалась, — там к вам пришли.

Я удивленно подняла на нее глаза.

— Кто пришел? Если это снова доктор Гардинер, то я больше не буду пить ту гадость, что он мне под видом лекарств подсовывает. Так и передай ему.

— Это не… не доктор, — почти прошептала девушка, краснея уже вся. И лоб, и щеки, и уши, и даже шея в вырезе форменного платья, приобрели яркий насыщенный цвет. И вот именно это меня и насторожило.

— А кто тогда, если не доктор? — нет, вот почему я из этой девчонки должна все клещами вытягивать? Что она сразу сказать не могла, кто там так настойчиво домогается моего внимания, что вон даже горничных засмущал вконец…

И только я об этом подумала, как мне стало ясно, кого нелегкая принесла.

— Зови! — вздохнула я, махнула рукой и отобрала у несчастной девчонки плед. Это конечно, не бог весть что, да к тому же этот конкретный посетитель меня не то что в халате, вообще без всего имел возможность лицезреть. Но! Мы же сейчас живем по новым правилам. А посему и вести себя будем соответствующе. По крайней мере, с теми, кто точно знает то, что мне очень хочется узнать.

Решив так, я приветствовала входящего в гостиную лорда Николаса Прэтта своей самой обворожительной улыбкой.

Видимо я все же перестаралась, потому что лорд Прэтт впечатлился. Очень так. Вошел, узрел меня, завернутую в белый пушистый плед с сияющей улыбкой, и немного заволновался. Нет, внешне он этого не показал, но по тому, как дернулся, словно бы в попытке сбежать подальше от меня, я и так все прекрасно поняла.

— Добрый день, — я была мила и вежлива, все как маменька учила.

— Добрый, — Прэтт взял себя в руки, улыбнулся мне в ответ и с некоторой долей опаски приблизился к дивану. Завладел моей лапкой и даже запечатлел на ней легкий поцелуй. Все в нормах приличий, надо признать. пальчики мои он выпустил ровно через тридцать секунд, как то и было положено по этикету. Считал, что ли? — Рад видеть, что вы идете на поправку, мисс Рианна.

— Ах, я все еще слаба и неважно себя чувствую, доктор Гардинер так и не позволил мне вставать с постели, — сказала и запоздало поняла, что именно брякнула. От расстройства даже улыбка чуть поблекла, а когда я заметила ехидно приподнятую бровь лорда, то и вовсе перестала скалиться. — Присаживайтесь, — величественно махнула рукой в направлении кресла, в котором всего несколько минут назад восседал дядя Фил.

Прэтт кочевряжиться не стал. Уселся в кресло, устроился в нем со всем возможным комфортом и направил на меня выжидательный взгляд. Впрочем, это сразу я этот его взгляд за выжидательный приняла, когда же присмотрелась, то поняла, что… Меня самым наглым образом разглядывали!

Вот же! А я не причесана и в одеяле. Нет, Ришка, такими темпами тебе никогда не стать не то что журналистом, а даже светской львицей. Ну кто? Вот кто может додуматься до того, чтобы принимать самого завидного холостяка столицы в подобном виде? Иных дур нет, и не предвидится.

Впрочем, я слишком давно уяснила одну простую истину (на самом-то деле она была не одна, у моего дяди Фила почти на каждую ситуацию была отговорка, но не суть): хочешь чего-нибудь добиться — никогда не иди на попятную. Затеял дело — держись до конца и ни в коем случае не отступай.

Вот и я решила не смущаться. В конце концов, не так давно этот самый лорд имел возможность меня вообще без одеяла лицезреть.

— Итак, — я чуть прочистила горло и снова растянула губы в улыбке, — рада вас видеть, лорд Прэтт. Сегодня замечательная погода, не правда ли?

Прэтт изумленно кашлянул и покосился на высокое витражное окно, почти полностью скрытое светлыми гардинами. Я тоже туда посмотрела и скривилась — на улице лил дождь. Жара в Тайре за те дни, что я провела в заточении, сменилась настоящими ливнями. Горничная, кажется, сегодня жаловалась на то, что третий день льет без устали и скоро по улицам столицы придется передвигаться исключительно на лодках.

Мда… досадуя на себя, я принялась обрывать бахрому на пледе. Светская беседа точно не моя сильная сторона. И вот как с такими талантами, дядя Фил собирается оставлять меня один на один с высшим обществом?

— А… — начала я.

— Что вы… — одновременно со мной начал говорить лорд Прэтт.

Замолчали мы тоже одновременно, точно по команде. Сидели друг напротив друга и смотрели. И молчали.

— Вы первая, — с улыбкой лорд Прэтт поступил как истинный джентльмен.

Ну а я стесняться не стала. Политесы, как выяснилось, я все равно разводить не умею, прикидываться этакой жеманной кокоткой у меня тоже не выходит, значит, надо задействовать свои сильные стороны и поразить собеседника наличием ума и эрудицией. Ну и любопытство меня все же снедало.

— Что произошло в том подвале и чем все это закончилось? — выпалила на одном дыхании и даже дыхание затаила в ожидании ответа. Правда совершенно не ожидала услышать… веселый, заливистый смех лорда Прэтта.

— Фил должен мне кругленькую сумму, — отсмеявшись, резюмировал он.

— Это еще почему? — не поняла я.

— Он был уверен, что прежде, чем задавать неприятные вопросы, вы рискнете поговорить о погоде, поинтересуетесь моим самочувствием и обсудите со мной модные тенденции флористики в этом сезоне.

— Да кому они нужны, тенденции эти?! — воскликнула я и тут же чуть покраснела, когда лорд снова рассмеялся.

— Он все-таки еще надеется на то, что из вас получится леди.

— Можете передать своему сообщнику, что его надежды пошли прахом, — съязвила я в ответ. — Леди из меня уже не выкроить. Но если вы и дальше будете темнить и отделываться ничего не значащими фразами, то я на вас обижусь. Рассказывайте.

И Прэтт рассказал. Впрочем, я уверена, что поведали мне далеко не все, а только «одобренный» вариант событий, прошедший тщательную коррекцию и редакцию. Ничего лишнего. Удивительно даже, что дядя Фил сам не мог мне все это пересказать. Хотя, в последнее время я совершенно не понимала своего родственника. Он вел себя странно и неестественно, запрещал мне вот все подряд.