Я пред тобой не утаюНасущный, друг мой, свет и хлеб,Не позабытую мечту —Зазывы водяных утех!Оставив совесть берегам,Теряя память в глубине,Приблизить мокрый блеск губам,Скользить, колеблясь на волне!Я пред тобой не утаю,Пускай восторг мой нищ и прост,Пускай я в жизнь не врасту,Но я люблю русалий хвост!О, вольный замысел игры:Спиной лечь к страшным небесамИ в ожерелье быстрых брызгБесчувственною стать скорбям!
«Когда мы изменились, закипая…»
Когда мы изменились, закипая,Единым зрением стал долгий поцелуй,Туманность млечную в пространстве созерцая,Небес пустынных целину.Вот это все. Мы большего не знаемНи вместе, друг, ни порознь. ОдниОт встреч до встреч плывем и голодаем,Как небеса пустынны и бедны.
«Так вот и не случилось нам с тобою…»
Так вот и не случилось нам с тобоюУйти от прокаженной тьмы:Заразной нечистью людскою —Разлукой заболели мы.Не удалось, не удалось спасеньеТой невесомости начальных встреч,В озерах рядом наши отраженьяНе удалось, не удалось сберечь!О, никому — на ветер, на скитанье —Длинно печальные стихи мои.Осенний дождь бессмысленного желанья:Пойми, пойми, пойми, пойми, пойми…
«Время, выветри боль…»
Время, выветри боль,Остуди пыланье, срок!Даль, повернуть позвольДикий разбег дорог!Уплыла зеленая ветвьПо неприветной волне.Палке сухой не расцвесть.Он не вернется ко мне.
«Переименовала свет…»
Переименовала свет,Включила в тесный круг запретов,И отказалась от ответов,В свой безымянный бросив склеп.Так без вести пропала я,Но и без сожаленья тоже.Любовь отметила меняКасанием ни с чем не схожим.Остановился бег минут.С тех пор одно меня волнует:Разбит кувшин, а все бегут,Бегут, бегут и шепчут струи…
«Как скелет сквозь редкую шкуру…»
Как скелет сквозь редкую шкуру,Проглядывает в смене минутВремен колоссальная архитектура,Смерти астрономической институт.Но любовный пыл постоянстваТам не разомкнут —В междузвездном пространстве,Как и в ночи московской, тут.
«В трамвае плакать можно…»
В трамвае плакать можно,Мокрые пряча глаза.В трамвае плакать можно,На работе плакать нельзя.На улице плакать можно,Не оглянется никто.На улице плакать можноВ воротник пальто.Можно плакать на вокзале —Шляпу на глаза,Чтобы по имени не назвали.На работе плакать нельзя.Не закричав, не охнув,Среди угрожающих днейОтделайся насморком легкимВ глазах мимолетных людей.
«Еловая веточка с фруктами шишек…»
Еловая веточка с фруктами шишек,У рыночных купленная мальчишек,Свежие свечки побегов пустила —Ярко-зеленое множество милое!Как нищий разнежен виденьем богатства,Лакомлюсь я надежды яством,Рыданья задвинув в глубь угла,На миг жизнерадостью смугла.
«Заживо пропадаю без вести…»
«В имен друг друга частом восклицаньеВстречали мы зеленый смысл весны».
Заживо пропадаю без вестиДля единственно-близкого мне,С кем могли мы быть счастливы вместеИ довольны вдвойне!Заживо похоронена без сообщеньяЗнакомым, друзьям, родным.Нет для таких сожаленья,Кто умер, оставшись живым!Неудобно показываться людям,Как без губ, без рук, без волос,С истощенным желаньем чуда,С переполненной веткой слез.
УПРЕК
Ты спал, погруженный в поток сновидений,Мой старший товарищ,По спутанным кровным путям.И теплое бока во сне обнаженье,И снов удивительное поголубеньеВплывало под утраГрохочущий мост.Сюда, в средоточье подводных течений,Как вскрывшийся голод,Вдруг боль и упрекПрорыли проходы,Горло сдавили,Застряли, как хлеба комок.Ты сел и прислушался.Сон, как рубаха,Спадал, оказавшись чрезмерно широк.Ты сел и прислушался.Дальний поступок,Как голубь почтовый,Врывался в висок.
ОГОРОДНАЯ ЗЛОБА ДНЯ
Жарким летом, наконец,Вырос красный огурец!Полюбуйся — как нелепоС бабочкой играет репа!Бал сама себе даетСвекла, гладя свой живот!Удалилась в угол брюква,Всем соседям грубо хрюкнув.Осторожно — здесь мокро!Распотелася морковь.Для чего гусака заманилаВихрем шелковых юбок малина?Салат без брюха, без лицаЗадорен свежестью самца.Обожало ворону под рваным плечом,Стоя чучело средь овощей Кузьмичом.Калитка взвизгнула визгливей всех калиток,Свой летний плод взрастив — улиток.Клубника пьет июльский жар луча,Как мы, краснея, свой полдневный чай.Нагретый видом стада бык —Взбесился и напал парник.Завела себе спаржа личикоИ реснички, и одно плечико!Стыдясь не кормящего бюста,Томится похудеть капуста.
«Среди мужчин…»
Среди мужчин с непосоленной кровью,Размноженных лягушачьей икрою,Бесполых, как столы и стулья,Не отличающих плевка от поцелуя,Подростков сорокалетних,Холостяков многодетных,Незнакомых с детьми отцов,Любовников — сосунков,Женатых до смерти старых дев,Среди мужчин, мной виденных везде —Одно, одно воспоминанье…
«Кувыркаясь…»
Кувыркаясь, стремятся в мосторги,Падают в универмагиПеремученные женщины, как с дороги —Стая птиц в одичалой отваге.У окошка возникнув кассы,Обгоняя одна другую,Убедившись, что все напрасно —Ринутся врассыпную!Чем добыть — бидоном, портфелем,Замужеством, уловкой —Шелк, сукно, что лелеютЗаповедники на Петровке?Витрины «Мосторга», «Универмага», «Самоцвета»Пружинят не одно нутро.Мечты весны, зимы, осени, лета —Джемпер, свитер, фетр, трико…