Горных богатств Хозяйка
Шрифт:
Можно ещё сдать коробку в полицию. Но поверят ли они, что посылку служба доставки принесла? С учетом того, что даже в сети никакой информации об этом доставочном сервисе нет. И была ли она вообще — эта служба доставки?
Так вот, откуда у простой матери-одиночки, могли взяться столь редкие ценности? Алёнка представила, как дает в отделении свои нелепые показания, как следователь смотрит на неё цепким взглядом, а потом в зале суда её обвиняют в воровстве. Правда, у кого она украла? Могут ли осудить, если хозяин не найдется? А если найдется? Дело-то выйдет резонансное, во все местные СМИ попадет.
Аппетит пропал. Так и не решив, что делать с опасной шкатулкой, Алёнка глотнула из кружки чай, ставший безвкусным, протерла стол от крошек и снова поставила на него коробку с украшениями.
И вдруг простая мысль пришла ей в голову: самый простой способ решить эту проблему — ничего не делать. В самом деле, если какие-то преступники придут к ней домой за шкатулкой, можно просто отдать им её со словами: «Вот… ваше нечаянно принесли. Забирайте и уходите, пожалуйста. Мы вас не видели — вы нас не знаете». Что же они — не люди, в самом деле? Заберут своё и уйдут.
Ну а если не объявятся… за полгода, например… Можно будет взять пару колец или вытащить из диадемы несколько камушков и съездить с ними в Москву, чтобы продать. Гравировки на них нет, номера, кстати, надо будет проверить с лупой, их на камни иногда лазером наносят — это Аленка знала из криминальных сериалов. Но это — дело времени, а пока… Захотелось вдруг снова взглянуть на украшения.
Апёнка быстро срезала скотч, и достала шкатулку из травяной подушки.
Черт возьми, она была прекрасна…
И снова будто стала чуть теплее от прикосновения рук. Внутри зашептали, закружились чьи-то голоса «Надень… надень… время ещё есть…» Стряхивая наваждение, Алёнка глянула на часы в телефоне и, убедившись, что за Артемкой идти только через полчаса, подхватила шкатулку и понесла в комнату. Как под гипнозом, девушка поставила малахитовое чудо на свой туалетный столик из Икеи и открыла крышку.
Первым делом надела серьги с сапфирами. Потом по очереди все шесть колец. Сначала она хотела ограничиться одним-двумя, но что-то будто толкало её под руку, мол: «Наденешь всё — узнаешь, как выглядят царицы». И странное дело — Алёнка будто знала, на какой палец, какое кольцо лучше надевать. Браслеты легко застегнулись на запястьях. А бусы, вопреки ожиданиям, ни разу не запутались. Пришла очередь головного убора из цепочек с подвесками, но и его Алёнка легко закрепила на голове. Последней она надела диадему… И, наконец, подняла глаза на свое отражение.
Из зеркала на Алёнку смотрела совершенно незнакомая ей женщина. Властная, мудрая, красивая… В огромных глазах горели зеленые огоньки. Женщина хищно облизнула полноватые раскрасневшиеся губы и улыбнулась, снисходительно, оценивающе.
Алёнка по-настоящему испугалась. Даже руки пошли гусиной кожей. Она тронула руками диадему, подвески. И поняла, что показалось ей. В зеркале отражалась она
— Алёнка, испуганная и с тушью, осыпавшейся под глазами. Она смочила ватный диск мицеллярной водой и удалила остатки макияжа. Голое лицо, обрамленное богатыми украшениями, смотрелось несуразно. Но так, вероятно и выглядели русские царицы. Даже, скорее, царевны — у замужних цариц голова всегда была покрыта. А вот девушкам разрешалось ходить с косами, как сейчас у Алёнки.
И всё-таки, в этом царском уборе она была хороша.
В голове снова закружились шепотки, сложившие фразу, которая теперь пульсировала в голове: «Хочу стать настоящей царевной — горных богатств Хозяйкой». Фраза так и просилась на язык, Алёнка даже рот открыла. Но была она честной девушкой, поэтому глядя в зеркало искренне, от всей души произнесла:
— Не моё это всё. И никогда моим не будет… А на хозяйку горных богатств посмотреть бы хотелось.
В этот момент украшения стали обжигающе горячими и засияли так ярко, что всё вокруг побелело от вырвавшихся из камней лучей света. Апенка попыталась сорвать с себя хотя бы бусы, но не успела — голова закружилась, она упала со стула куда-то вперёд и в бок, а попутно сильно ударилась головой об угол столика.
Последнее, что пронеслось в голове: «А падать в обморок, оказывается, очень больно».
Глава 6
Громкое ржание прямо над самым ухом разбудило задремавшую в повозке Алёнку. Она открыла глаза, и какое-то время еще лежала просто так, уставившись в голубое небо, покрытое прозрачными легкими облачками.
Так это и произошло: она надела украшения из шкатулки, а пришла в себя только в лесу, ночью. Алёнка потрогала на голове место удара об угол стола и нащупала шишку, которая немного болела, но только от прикосновения.
Вероятно, она просчиталась, и эти самые криминальные элементы нашли её гораздо раньше, чем она предполагала. Это была самая правдоподобная версия.
Тихо открыть хлипкий замок отмычкой не составит труда опытному вору. А дальше дело техники — ударить по голове. Да так, чтобы звёзды из глаз посыпались. Снять украшения, забрать шкатулку. А её проучить — бросить в багажник, отвезти в глушь, раздеть догола. Будет знать, как в чужие шкатулки лезть.
Может, еще и изнасиловали…
Алёнка даже не знала плакать ей или смеяться от этой мысли. Первый секс за два года, и вот так… Нелепо… Мерзко…
Она глубоко вздохнула, и этим выдала своё пробуждение.
— Вот и приехали почти, — с улыбкой произнес дед Михей.
Алёнка приподнялась на локтях, а потом и вовсе села. Она осматривалась по сторонам и не верила глазам. Огромная крепость, огороженная высоченным забором из заостренных сверху бревен, точно не была Екатеринбургом!
По широкой грунтовой дороге они въезжали в достаточно большое поселение. Поселок, городок. Но никак не блестящий небоскрёбами и золотыми куполами город-миллионник Екатеринбург!
А самым ужасным было то, что они сейчас ехали по улице какого-то староверского города! И по размеру он сильно превосходил посёлок, из которого сбежала Аленка. По обеим сторонам дороги и дальше, куда хватало глаз стояли деревянные дома со дворами. Редко попадались каменные строения, с застеклёнными окнами.
Все люди, которые встречались им по пути, были одеты в русские, староверские, как их назвала Аленка, наряды — женщины в сарафанах и блузах, мужчины в рубашках и штанах. Большая часть народа ходила босиком, некоторые мужики — в лаптях и кожаных сапогах. Девушка пошевелила пальцами ног, покрытыми пылью. Что ж, этим она ничуть не отличалась от местных женщин. Сарафан у неё, кстати, тоже соответствовал уличной моде. Со смехом она вспомнила инстаграм с фотками стрит-стайла и свою зависть к стильным европейским девушкам. Жизнь показала, что бывает и хуже. Го-ораздо хуже!
Впрочем, спасительная ирония скоро иссякла. Алёнка всё ещё была в недоумении по поводу происходящего. Где в России может затеряться целый старорусский город? А самое главное, где ещё может быть ландшафт, настолько похожий на долину реки Исети, в которой раскинулся её родной Екатеринбург? Сейчас они ехали мимо места на берегу широкой реки, где, как она помнила, должна быть обустроенная набережная в центре города. Алёнка уже набрала воздуха в грудь, чтобы спросить, как называется эта река, но передумала. Странно было бы для деда Михея услышать от уроженки города такой вопрос.