Чтение онлайн

После игры в ручеёк возникла небольшая заминка — девчонки решали, во что играть дальше, но никак не могли договориться.

Алёнку вдруг кто-то крепко схватил за руку и потащил в толпу.

— Авдей, что ты… — возмущённо начала было она отчитывать ревнивца, но когда подняла глаза, то увидела, что тащит её за руку Фрол Лукич. — Куда вы меня?..

— Захлопни хлебало. Разговор есть. В сторонку бы отойти. — Тащил её сквозь толпу темноволосый начальник вовсе не бережно.

Возмущение сменилось страхом, и Алёнка сочла за лучшее отмолчаться. По крайней мере, до тех пор, пока она не узнает суть претензий Фрола.

Наконец, помощник приказчика привёл её к тому краю поляны, рядом с которым начинался лес. Вопреки ожиданиям, мужчина не остановился у костра, у которого грелось несколько прилично одетых мужиков, в том числе и Никифор Семёнович, который провожал их внимательным взглядом, а повёл дальше, в лес, по тропинке, протоптанной строителями. Пройдя метров двадцать, Фрол Лукич остановился. Апёнке показалось, что мужик уже трижды раздел её глазами. Стало до того не по себе, что она начала пятиться назад, даже в сугроб одной ногой провалилась.

— Не боись, не трону, — прохрипел Фрол. — Я те помочь хочу, глазастая.

— Чем помочь? — с недоверием уточнила Алёнка.

— Никифор сдать тебя хочет барину. Говорит, есть за что.

— А вам какой интерес? — девушка чувствовала себя слепым котёнком от того, что никак не могла понять расстановку сил.

— Жаль мне тебя, глазастая.

«И этот глаз положил», — её трясло, к страху примешалось раздражение. — «Да только симпатия такая не надёжная. Сегодня нравлюсь — помогает, завтра разонравлюсь — лично барину на блюде принесёт».

— Есть у меня мыслишка на твой счёт, — продолжил Фрол Лукич. — Если замуж тебя отдать, барину ты без интереса станешь.

— Боюсь даже представить, что там за интересы у вашего барина, — нервно хохотнула Алёнка.

— Смотрю, Косой тебе приглянулся? — оборвал её помощник приказчика.

Вот это в её планы никак не входило! Замуж за Косого?

От возмущения она даже на какое-то время забыла, как разговаривать. Только стояла столбом да глотала ртом холодный воздух.

— Молчишь? Значит, согласная, — ухмыльнулся Фрол. — Ну а мы Тимохе избу первому отстроим. И весне вас обженим честь по чести.

— Да не пойду я за Косого замуж! — вскинулась Алёнка и даже ногой топнула. — Пожалела парня, а вы сразу под венец? А меня спросили?!

— Да кто ж бабу спрашивать станет? Окстись, девка! — захохотал Фрол.

— Не пойду за Косого! — уперев руки в боки, стояла на своём Алёнка.

— Пойдёшь! — похоже, эта игра начала Фролу нравиться.

— А я Варваре пожалуюсь!

— Опальной бабе? Жалуйся…

«Опальной? Вот оно что, оказывается», — Алёнкины мысли метались, как чижики в клетке.

— A-а… Мы к приказчику пойдём!

— С жалобой пойдёшь — неприятностей наживёшь. Приказчик наш любит, чтоб бумажки все справные были. А у тебя нет ни одной.

— Вы же запись сделали… с Варвариных слов… — произнесенный вслух, этот довод прозвучал так жалко, что весь Алёнкин задор мигом рассеялся. — Всё вас раньше устраивало. Так чего теперь-то? За что вы меня несчастной сделать хотите?.. — упавшим голосом пыталась она докопаться до истины.

— Как записали, так и перепишем, чай, мороки немного, — Фрол поглаживал бороду, упиваясь чувством собственного превосходства. — Так что, не ерепенься понапрасну. Пойдёшь за Тимоху и всё тут.

— Ни за какого Тимоху я не пойду! — аргументов у Алёнки больше не было, но и желания обзаводиться мужем — тоже.

— А я сказал: пойдёшь, как миленькая. А вдарим плетью, поперёд повозки в церкву побежишь, — с ослиным упрямством твердил Фрол Лукич, не гнушаясь уже откровенными угрозами.

— Она за меня пойдет, — Авдей вышел из-за деревьев внезапно.

Фрол и Алёнка настолько были вовлечены в спор, что не услышали идущего по сугробам мастера.

— Авдей, да пойми же ты, я не могу… — начала было Алёнка, но тут же поняла, что в присутствии Фрола им этот вопрос не обсудить.

— Беглая она, Авдей, — заявил Фрол таким тоном, что сомнений быть не могло — это не шутка.

— А и пусть! — Авдей шагнул навстречу начальнику, закрывая собой Алёнку.

— Да что ты городишь-то? Одумайся, — Фрол картинно постучал себя пальцем по лбу. — Муж крепостной по указам сам крепостным становится.

— Откуплюсь лет за десять, и Алёну выкуплю. Сам знаешь, Фрол, у меня выйдет, — спокойным голосом ответил Авдей.

Алёнка ошарашено смотрела в спину мастеру и не верила своим ушам…

Этот человек только что согласился пожертвовать ради неё десятком лет своей свободы! А что сделал для неё Влад?..

— Не могу я жить без неё… Режу камень, а перед глазами она стоит, — признался Авдей Фролу. — Ты же помнишь сам. У тебя так же с Оксюткой было.

У Алёнки на глаза навернулись слёзы, а в горле образовался комок. Благодарность, счастье и осознание невозможности это счастье принять и прожить — всё смешалось в мыслях и на сердце…

— Ну, как знаешь, Авдей, — будто сквозь пелену послышался голос Фрола. — А я бы подумал. Оксюткиному отцу я чуть всего докинул, вот и выкупили. А тут… Иэ-эх… — Помощник приказчика махнул рукой и пошёл восвояси.

— Алёна, поговорить надо. — Авдей тронул её за плечо.

— Надо… — тихо повторила она.

Мастер вытер замерзшими пальцами Алёнкины мокрые щёки и взял её под руку.

— Пошли в повозку, я Снежку тут недалеко оставил.

Привезла их Снежка в зимовье. Авдей помог Алёнке слезть с повозки и открыл двери в избушку. Сам он повёл лошадь в смежный хлев, дал ей сено и пододвинул деревянную поилку с подёрнутой ледком водой. Пока Авдей устраивал коняжку, Алёнка сидела внутри на лавке сама не своя, не зная, о чём говорить и что делать.

Судя по кострищу, в зимовье ещё совсем недавно кто-то был. Вокруг очага толстым слоем лежал зелёный лапник, а на полке, прикреплённой к стене, осталось несколько комков сухой мягкой травы для разведения огня. Тут же теснилась разная кухонная утварь, а один горшок был плохо отмыт сбоку от присохшей каши.

Когда Авдей хлопнул дверью, Алёнка вздрогнула.

— Замерзла? Сейчас согреешься, — приговаривал мастер.

С собой он принёс холщовую сумку и котелок, полный снега. Мужчина достал кресало, подтащил охапку нарубленных веток из заготовленных в углу избушки, и начал разводить огонь.