Чтение онлайн

Палец Залхрата покинул ее узенькое отверстие, и тут же госпожа Диорич ощутила как ее буквально взламывает его твердейший воин. Она вскрикнула, изгибаясь, тесно прижимаясь грудью к подушкам.

— Терпи, сучка! — прорычал Кюрай. — Ты заслужила! Это твое наказание!

Все-таки он не был груб. Несильными толчками вел головку. Чувствительными стеночками нежной пещерки Эриса ощущала каждую ее неровность и малейшее шевеление. Мучитель двинулся дальше, уверенней, и сердце арленсийки застучало чаще. Он входил все глубже, неимоверно распирая ее задний вход. Эриса жалобно стонала, то царапая ноготками подушки, то вгрызаясь в них зубами. Лишь когда пальцы аютанца начали грубо ласкать ее щелочку и поигрывать с набухшей вишенкой клитора, госпожа Диорич смогла немного расслабиться. Постепенно волны удовольствия возобладали над той тугой болью, которая сковывала и истязала поначалу. И кольцо Леномы начало посылать приятные теплые волны. От этого стануэсса отозвалась на старания Залхрата, повиливая бедрами и даже делая движения навстречу. Узенький вход становился все шире и мокрее, крепкий жезл аютанца теперь входил резче и без прежнего напряжения.

— Вижу тебе уже хорошо, сучка, — Кюрай хлестко шлёпнул ее по ягодице ладонью, словно кобылку, которую хотел пришпорить, чтобы пуститься вскачь.

— Ах! А-а-а! Да! — вскрикнула стануэсса, изгибаясь, запрокидывая голову, отчего ее золотистые волосы упали на ягодицы.

Залхрат в восторге притянул ее к себе.

— Да! — снова вскрикнула она, с восторгом ощущая его твердый член в себе. Он входил чаще. Чаще! Чаще и резче! Еще!

Оргазм потряс госпожу Диорич бурно и неожиданно, мышцы живота свело судорогой и по всему телу полились реки пламенного удовольствия.

— О, Кюрай! — вскричала она, целиком принимая его член в себя. И стало так сладко, как не бывало, когда ее со всей страстью имели в вагину.

Аютанец сдавил арленсийку, подминая под себя всем немалым весом, и горячо и обильно излился в ее измученную пещерку. От напора его семени в животе стануэссы даже забулькало.

Несколько минут они лежали на подушках, тяжело дыша и слушая громкий стук сердец. Кюрай не спешил выйти из нее, и Эриса чувствовала, как сжимается его усталый воин, и теплые соки стекают по ее ягодице.

— Признайся, тебе понравилось? — он чуть отодвинулся и повернул ее лицо к себе.

— Было больно. Правда, очень, — отозвалась она, будто по инерции продолжая тихонько царапать подушку.

— А потом? — не унимался он.

— А потом очень хорошо, — признала она, вставая, и не собираясь говорить ему всю правду. Ведь на самом деле, ей было не очень хорошо, а безумно хорошо. Только не стоит тешить самолюбие этого шетова высерка. — Пойду в бассейн обмоюсь, — решила она.

— Твоя аппетитная и страстная задница меня не разочаровала. Придется тебя почаще наказывать, — Залхрат проводил стануэссу взглядом до ступеней к бассейну, с восхищением глядя на ее манящие ягодицы, переходящие выше над ямочками в изящную талию. И потом добавил громче, чтобы она точно услышала: — Только имей ввиду, сегодня было наказание символическое. Но я бываю намного более строгим. Помни, что произошло с моей женой. Тебе я это сказал не просто так.

Эриса не стала отвечать, опустившись в воду и старательно обмывая тело. Кюрай не пожелал долго оставаться в одиночестве. Он допил остатки вина, опрокинув кувшин прямо себе в рот, и пошел к бассейну, вырезанному в мраморном полу в форме морской раковины.

— Моя стануэсса, — Залхрат широко улыбнулся, спускаясь в воду, — сегодня очень хороший день. И, возможно, важный для тебя. Я намерен предоставить тебе выбор. Представь себе, сейчас мы можем удалиться в мои покои, захватив вино, сладости. Провести вместе очень приятную ночь. Ты можешь проснуться в моей спальне в моих объятиях от моего поцелуя. Или…

— Или? — Эриса склонила голову набок, ожидая важного продолжения.

— Или мы выпьем еще немного вина. Возможно, ты меня ублажишь еще раз и вернешься в свой маленький неуютный домик. Тогда телохранитель проводит тебя до дверей. Что скажешь? — ладонь аютанца накрыла грудь арленсийки.

Хотя госпожа Диорич ощущала себя весьма пьяненькой, и голова ее кружилась в легком тумане, она мигом уловила суть предложения. Если учесть то, что властный, высокомерный член Круга Высокой Общины редко кому позволял выбор, а всегда и все решал сам за людей, зависимых от него, то становилось совершенно ясно, какой смысл он вкладывает в это предложение. Проснуться в его постели, значит стать к нему ближе, стать с ним связанной чем-то большим чем секс на шелковых подушках. Или остаться его шлюхой. Дорогой и даже обожаемой, но шлюхой, носящей для него формально титул стануэссы.

— Тебе не терпится получить ответ? Или просто не терпится? — Эриса обхватила ладошкой его член, поглаживая его в теплой воде бассейна.

Нобастен ушел побродить по торговым рядам и Архва отпросилась сходить к себе домой. Поэтому у стануэссы было около часа-двух без свидетелей. Она немного поэкспериментировала с Флером Времени. Морщась от боли и очень неприятных ощущений, неминуемо сопровождавшей сие действие, арленсийка притягивала магический Флер, мысленно давала команду: «Время замедлить в три раза!», «Замедлить еще!», «Ускорить!». Наблюдала за тем, как течет рыжая струйка в песочных часах и делала какие-то пометки на бумаге. Дух исследователя и прежде многократно просыпался в стануэссе. В юности она даже увлекалась алхимическими, физическими опытами, пока ее наставник, забавный старичок Жиурлей не отправился на встречу с богами из-за несчастного случая на охоте.

Другую часть экспериментов с Флером Эриса проводила в дальнем углу сада под старой смоквой, устроив там тренировочную площадку. К низкой ветке стануэсса привязала три веревочки, к концам которых прикрепила дощечки, свисавшие примерно на уровни груди: какая выше, какая ниже. Вооружившись кухонным ножом, Эриса притягивала Флер Времени, подбрасывала вверх обрывок старого платья. И пока эта тряпка медленно опускалась к земле, арленсийка успевала сделать несколько выпадов, колющими ударами поражая дощечки, представляя, что это сердца ее врагов. Это было не так просто, если учесть, что дощечки раскачивались, и чтобы поразить каждую, требовалось сделать несколько шагов и ловко повернуться. В этом эксперименте, вернее тренировке, песочные часы Эриса не задействовала: мерой успеха была лишь число точных выпадов, пока обрывок платья опускался к земле. Иногда ей даже удавалось пронзить деревянные «сердца» и успеть поймать почти достигшую земли ткань. Вскоре тренировка вымотала ее. Хотя стануэсса хорошо выспалась, все-равно чувствовалось легкое недомогание после вчерашних возлияний с Кюраем. И еще неприятность, немного побаливало там… куда произошло наказание аютанца.

Закончив игры с ножом, госпожа Диорич вернулась к садовому столику, убрала песочные часы в шкаф, чтобы их случайно не разбить. Потом устроившись за столом, пересчитала выписанные на листок цифры и сделав некоторые выводы, что-то написала на том же листке. Все, на сегодня хватит. Теперь можно было сполна расслабиться. Из мешочка на поясе Эриса достала курительную трубку. Разожгла ее несколькими щелчками огнива и отошла от садового столика, присев в густой тени на лавочке. Экспериментировать сегодня с кольцом дальше было нежелательным: во-первых, Эриса очень устала, а во-вторых, итак, потратила за почти половину силы кольца, которая могла потребоваться вовсе не для опытов, но для дел более важных.

День уже шагнул за полдень, и можно было построить кое-какие планы на вечер. Если, конечно, их снова не сломает Залхрат. Втягивая в себя ароматный серебристый дым моа, стануэсса вспомнила недовольную гримасу Кюрая, когда она посмела решительно озвучить свой выбор. Выбор, что у него не собирается оставаться и будет ночевать дома. Вероятно, аютанец рассчитывал, что стануэсса так и мечтает проснуться в его жарких объятиях. И расстались они вчера нехорошо. Он даже бросил ей вслед несколько обидных слов. Не по его, видите ли, вышло. Ну ничего, пусть привыкает. И не мнит слишком много о себе. А мечтания Залхрата, будто госпожа Диорич может стать его женой, до сих пор вызывали смех.

«Так, к Шету Кюрая со всеми потрохами! Слишком часто я его сегодня вспоминаю», — мысленно отмахнулась она. В этот момент в калитку постучали. Оставив тлеющую трубку на лавочке, Эриса поспешила отворить. У ворот стоял мальчишка, лет четырнадцати, сжимая в худой руке свиток. Посыльный, догадалась арленсийка. Уже по охранной завязке, было ясно, что письмо от Дженсера. Хотя, от кого же еще? Не от господина же Залхрата? Так, стоп, наглый аютанец снова не кстати лезет в голову. Стануэсса мысленно послала его к Шету повторно, сама тем временем вручила мальчишке мелкую монетку сверх обычной оплаты почтовой службы и поблагодарила за доставку.