Чтение онлайн

— Дева Лю, — ответил на приветствие генерал, и мне показалось, что в его голосе прозвучало что-то вроде трепетного восхищения, да и смотрели эти двое друг на друга так, что немного неловко становилось.

На поясе генерала красовалась подвеска с трикселионом, у Лю Ланфэнь была такая же. Неужели он один из претендентов на её благородное чистое сердце и крепкую хозяйскую руку? Кто бы мог подумать, что этот максимально брутальный мужик, что в одиночку может противостоять целой армии, захочет себе строгую госпожу, а не восторженно попискивающий нежный цветочек. Но о вкусах не спорят, тем более о таких и тем более в нашем клане.

— Это моя шимей, дева Лиу, — представила меня Лю Ланфэнь, — сегодня она получила ученический меч, и я хотела подарить ей что-то памятное в этот день.

Мне стало слегка неловко, но я взяла себя в руки и задавила желание быстро согласиться на какую-то безвкусную безделушку, лишь бы не напрягать шицзе сверх меры. Это унизит и меня, и её, что в данном случае будет неразумно, небезопасно и недобровольно. Мы в Синхон Чжень таким не занимаемся! Любое унижение у нас по взаимному согласию и с предварительным обговариванием деталей!

— У вас есть что-то из эпохи Императора Сюн Ли? — обратился генерал Шао к продавцу. — Быть может, работы мастера Фа или мастера Юэ, или их учеников?

— Я… я сейчас найду, господин генерал! — воскликнул торговец, глубоко поклонился и прям с низкого старта убежал.

Мы остались ждать и наблюдать тонкий флирт между господином генералом и юной аристократкой из семейства Лю, Янмэй и её братаны стояли чуть поодаль, а вот я находилась вблизи, практически не на линии огня. Похоже, дева Лю таки сделала свой выбор к несчастью остальных своих поклонников.

Нет, эти двое ничего такого себе не позволяли, говорили о погоде, о природе, о том, что Лю-шицзе втайне со мной согласна, ей тоже не очень нравятся крупные по-варварски роскошные украшения, которые сейчас в моде, но она вынуждена их носить на всякие великосветские мероприятия. Вполне себе невинные темы, но из-за обострённой чувствительности, я улавливала и отголоски пылких взаимных чувств, и то, как их духовные энергии стремилась слиться друг с другом, но увы, на данном этапе ухаживания им даже слегка соприкоснуться рукавами нельзя, как и поговорить без свидетелей.

Через некоторое время продавец вернулся, с почтением сопровождая пожилого мастера, который нёс в руках большую плоскую деревянную шкатулку.

— Это мастер Ван, он учился у мастера Ву, который учился у мастера Юэ, — представил продавец ювелира, тот поприветствовал присутствующих и открыл шкатулку. Внутри в отдельных ячейках на маленьких шелковых подушечках лежали броши, заколки, подвески и шпильки в виде искусно сделанных насекомых. Больше всего было разнообразных бабочек, но также в отдельном крайнем ряду присутствовали стрекоза, паук, цикада и даже оса. Маленькие, ажурные фигурки, сплетённые из тончайшей золотой и серебряной проволоки с глазками из драгоценных камней являли собой образец настолько изящной работы, что я хотела спросить, нет ли здесь золотой блохи, но побоялась, что блоха найдётся и придется её покупать. А мне стрекоза понравилась, золотая с серебряными крылышками и изумрудными глазками.

Мы с Лю-шицзе восхищённо замерли перед всей этой красотой, Цяо Янмэй подскочила к нам и выразила свои восторги куда громче.

Старый мастер польщенно поклонился и заговорил:

— Когда этот мастер был ещё учеником и впервые увидел работы мастера Юэ, то захотел научиться создавать такую же красоту, но к сожалению, к тому моменту, когда этот освоил мастерство, украшения тонкой работы вышли из моды. Всё, что находится в этой шкатулке, сделано для собственного удовольствия и чтобы не забыть науку, пожалуйста, примите в дар скромные плоды моих трудов.

Генерал Шао велеречиво поблагодарил мастера Вана и вручил ему немаленький мешочек с золотом “в благодарность за сохранённое искусство”. Мужчины расстались, довольные друг другом, а Лю Ланфэнь спросила:

— Что тебе больше всего нравится, Лиу-шимей?

Я выбрала стрекозу, в который раз подивившись мастерству ювелира, казалось, легкокрылая летунья присела на кончик шпильки и скоро улетит. Оказывается, здесь всё-таки умеют делать украшения, но успешно это скрывают!

Пока Лю-шицзе украшала стрекозой мою прическу, Шао Яньси опять выдал занимательный факт из истории Императорской семьи:

— У Императрицы Гао Я была подобная стрекоза, она даже изображена с этим украшением в волосах на своём портрете.

И пока я вспоминала то, что знала об Императрице Гао Я — после Войны с демонами стала регентом при малолетнем Императоре Сюн Ли, правила жёстко и эффективно, вывела страну из послевоенного упадка и привела к расцвету за двадцать лет, да и потом зорко следила, чтобы сын с намеченного пути не сворачивал — Цяо Янмэй выклянчила себе паучка и на сцене появились новые персонажи: благородные матроны семейства Лю, а именно матушка и тётушки нашей Лю Ланфэнь. Подозреваю, что благородную деву, даже обладающую Золотым Ядром и заклинательским мечом, не отпустили гулять без тайного пригляда, и когда эти тайные приглядываюшие донесли, что рядом с благородной девой нарисовался благородный генерал, мать благородной девы явилась знакомиться с будущим зятем, пока не сбежал. Вечер тут же перестал быть томным, властные старшие женщины спровадили нас с Янмэй в ближайшую чайную любоваться украшениями в спокойной обстановке, а сами утащили несчастных влюбленных в другую чайную на допрос, возможно с применением давления и пыток.

В чайной нам организовали отгороженное ширмами пространство, где смогла свободно разместиться наша компания из девяти человек. Милые улыбчивые девушки-разносчицы, сервировали составленные вместе столики несколькими чайниками с разным чаем и вкусняшками к нему.

— И что она в нём нашла? Старый и страшный! — буркнула Цяо Янмэй, поглядывая в окно чайной на Лю Ланфэнь и её мощного поклонника, которых окружил конвой нарядных дам.

— В зрелом мужчине есть своя прелесть, да и шрамы — украшения воинов, — ответила я, на мой взгляд выглядел генерал как шикарный тридцатипятилетний мужик, сильный, харизматичный, да ещё и не обделённый мозгами.

Родился генерал Шао лет шестьдесят назад и за это время неплохо потрепал жизнь, как и Чак Норрис. В юности Шао Яньси героически сразился с опаснейшей демонической тварью, победил, но травмировал своё Самосовершенствование и стал обычным смертным, покинул свой заклинательский клан и двадцать пять лет служил в Императорской Гвардии, где сделал карьеру от рядового до генерала и получил несколько боевых шрамов, в том числе и на лице через глазницу, ладно хоть глаз не пострадал. Двадцать лет назад он пролечился у Госпожи Тэнтон и восстановил своё Золотое Ядро, но в клан не вернулся, остался при дворе возглавлять Гвардию. Вопрос: почему он не согласился на исцеление сразу после травмы? Ответ: ждал, пока его сводный брат станет главой клана, чтобы не составлять ему конкуренцию и не провоцировать в клане междоусобицу, как это было в Синхон Чжень.

— Нашла бы себе лучше молодого красавчика! — продолжала возмущаться Цяо Янмэй, есть у меня подозрение, что молодой красавчик рядом с Лю-шицзе её бы тоже не устроил, потому что дело было не в возрасте и внешности избранника, а в банальной сёстринской ревности.

— Мы тоже однажды станем старыми и страшными, меймей, — построил несчастную рожу Кошак, — и тогда ты перестанешь нас любить?

— Херню не неси! Вы — другое дело! Вы — мои братья! Я всегда буду вас любить!

От эмоциональности слов у неё даже слёзы на глазах выступили, но Янмэй усилием воли втянула их обратно и обратилась к пробегавшей мимо разносчице: