Чтение онлайн

– - Недавно построили храм в честь пречистого бога. Я уже рассказывала...
– - закончила Йоко.

– - Большая часть истории творилась при моём участии, -- констатировала Ано; облака рассеялись, открыв взору звёзды.

– - Я же говорила, -- оправдалась дева.

– - Тебе правда так мало рассказали о ранней истории априк? Неужели понадеялись на память старейших?

– - Ага. А что тогда случилось?
– - спросила Темноокая; звёзды на мгновение вспыхнули.

– - Априки пережили две великие трагедии. Первая -- Великая тьма. Вторая -- мыйо.

Йоко кивнула.

– - Старейшие говорили тебе многое о последствиях трагедий, но ничего об их причинах.

– - Причинах?

– - Да. Великая тьма произошла не сама по себе: Атон ведь никуда не исчезал.

– - Но ведь Великая тьма случилась ещё до вашего рождения?

– - Конечно!
– - мягкое сопрано наполнилось радостью.
– - Я не настолько древняя.

– - А что тогда случилось?

– - Метеоритный дождь. Примерно шестнадцать тысяч двести остановок назад в Луну врезалась комета. Её обломки частью образовали кольцо, которое мы можем видеть каждую ночь, частью пробили огромный кратер на обратной стороне, как мы предполагаем, -- Ано сымитировала вдох.
– - Но некоторые тяжёлые куски обрушились на Землю: в северное полушарие, это уже подкреплено свидетельствами. Да и расчётами.

– - Значит, комета вызвала Великую тьму?
– - уточнила Йоко.

– - Да. Одновременно упало слишком много камней. Пыль, поднятая ими, затмила свет пречистого бога. Затем начали извергаться несколько крупных вулканов. Как ты понимаешь, это лишь усугубило проблему.

– - Много животных погибло...

– - К сожалению, все виды-солнцеяды, кроме нашего. Выжила лишь праматерь и одна старейшая.

Дева кивнула.

– - А как им удалось спастись?

– - Их спасла первая лучистая комната, -- глаза Ано блеснули грустью. Мысли Йоко вызвали образ двух априк, ютящихся в единственной лучистой комнате посреди кромешной тьмы. Лучезарная добавила в образ реализма, приведя комнату к нужным размерам и заменив зеркала на кустарные.

– - Так грустно, -- сказала Темноокая; собеседницы вернулись в степь.

– - К тому времени старейшая уже вышла из детородного возраста, потому у нас одна праматерь, -- разъяснила Ано.
– - Историю о мыйо ты знаешь.

– - Случилось шесть холодных остановок, север покрылся ледяными корками. На седьмую остановку пришли мыйо. Они шли на юг огромным стадом, убивая всё, что жило и двигалось. В первый раз старейшим пришлось бежать, но потом они всё-таки перебили много мыйо. Второй жор был ужасен, поскольку монстры пришли огромным числом, но ценой многих жертв их удалось остановить. В хаосе тех битв погибла праматерь, -- пересказала дева.

– - В общих чертах верно. Конечно, сейчас ни новая Великая тьма, ни мыйо не способны остановить наше развитие по отдельности. Но ударят они -- затмись Атон ещё раз -- именно вместе. Это, без сомнения, вызовет ещё одну, третью трагедию. Потому охотницы уходят всё дальше от родных дюн. Потому я лично занимаюсь изучением мыйо.

Йоко молчала, переваривая сказанное Ано.

– - Регуляция численности мыйо не главное, чем должна заниматься охотница. Скорее, это последняя из её обязанностей. Главное -- всестороннее исследование мыйо. И северных земель.

– - Почему? Мне об этом не говорили, -- заметила охотница.

– - На севере есть что-то, что простимулировало появление мыйо. Статься может, мыйо всё и ограничится, но желательно знать наверняка...

– - Я могла бы попробовать сходить туда летом, -- перебила дева.

– - Не торопись, светлая гостья. Летом почти наверняка случится новый жор мыйо.

– - Правда!?
– - юный голос громом прокатился по равнине; звёзды вспыхнули, на мгновение заполнив светом небо.

– - Анэ думает так же. Опытные охотницы из дочерей того же мнения.

– - Я увижу самку?
– - спросила охотница, встав с кресла.

– - Несомненно, -- подтвердила Лучезарная.
– - И не одну.

– - Надо подготовиться, -- дева обвела взглядом равнину, будто ища там что-нибудь полезное.
– - Но у меня даже боцьен с трещиной.

– - Я могу помочь тебе, светлая гостья, -- продолжила Ано, -- поделиться своими техниками здесь, внутри образа.

– - Я готова!

– - Для этого мне придётся коснуться твоего разума, -- добавила Ано.

– - Я готова. Я не возражаю. Если это поможет мне стать настоящей охотницей...

– - Ты уже настоящая охотница, -- сказала Ано, встав напротив.
– - И при других обстоятельствах я никогда бы не решилась на это. Так что... прости меня.

Слова стихли, и степь исчезла, унося с собой даже образ старейшей. Йоко оказалась посреди кромешной тьмы; разум захватил страх. Вскоре на неё обрушилась волна, крошащая разум на куски, подобно бесконечному потоку лезвий. Йоко ощутила, как её сердце вырывается из груди, а порывы тела гасятся чужой, подавляющей волей. Память начала нестись перед взором. И своя, знакомая, и иная, всё длившаяся и длившаяся: почти нескончаемая. Памяти начали смешиваться, игнорируя импульсы боли, бьющие в мозг. Йоко ощутила, почувствовала, пережила тысячи ударов и взмахов боцьеном. За несколько сокращений сердца разум впитал часы тренировок, превосходящие всю её жизнь. Сердце тем временем устало от стука и затихло. Разум увидел тусклый-тусклый свет где-то вдалеке.

Ано встала и быстрым ударом по рычагу превратила кресло собеседницы в кушетку. Руки сорвали с пояса шприц; тонкая игла спешно пронзила грудь гостьи, достигнув сердца. Ано вдавливала препарат медленно, тщательно контролируя давление на шприц. Цилиндр опустошился, затем поднялся немного вверх, захватив кровь, и игла покинула тело; старейшая взялась массировать сердце, наполняя воздухом лёгкие Темноокой. С третьей попытки дева зашевелилась; глаза гостьи наполнились ужасом.

– - Прости меня, -- повторила Ано, обняв Йоко.
– - По-другому это сделать невозможно.

– - Когда... Атон... взойдёт, -- ответила дева, пытаясь обнять Лучезарную дрожащими руками.

– - Я отнесу тебя в лучистую комнату, светлая гостья. Боль должна вскоре пройти, вот увидишь, -- прошептала Ано и взяла охотницу на руки. "Ложная смерть бывает и такая", -- осознала Йоко, безвольно глядя в потолок.

Тонкая пелена высоких облаков скрывала луну и звёзды, превращая небо в блёклую довлеющую на землю серую твердь. Редкие переклички ночных птиц и постоянный пищащий гул насекомых, шедший из сокрытого туманной дымкой леса, наполнял пространство ещё большей меланхолией.

Маниус мог чувствовать настроение ночи лишь мгновение, пока на проснувшийся разум не обрушилась боль, осязаемая всеми частями тела. Каждое, даже самое ничтожное движение усиливало страдания, но оставаться неподвижным становилось невыносимо. Изгнанник вспомнил скруглённый кончик меча, которым Анэ оглушила его. "А может, я уже в царстве мёртвых?" -- спросил себя юноша, силясь привстать. Импульс боли вернул тело назад; Примус издал тихий стон.

– - Лучше не шевелись без необходимости, -- знакомое сопрано звучало отстранённо. Маниус повернул голову и увидел Йоко, лежащую справа от него. Глаза девы непрерывно изучали сочленения каркаса палатки; лицо не выражало эмоций, подчёркивая отстранённость голоса.