Гранд-адмирал. Том седьмой
Шрифт:
— Откуда ты, Бондрюд? — поинтересовался Макено.
— С Кариды, сэр, — ответил он. — А до этого… не знаю. Не помню, — он вздрогнул, увидев замах спецназовца. — Обработка! Мне мозги как будто через блендер прокрутили! Старой жизни как не бывало!
Макено опустил руку, которой остановил нанесение нового удара.
— Ты — штурмовик? — спросил он.
— Находился на подготовке, сэр, — пояснил тот. — Флотская пехота, абордажная группа. Как и многие из тех, кто пошли за мной.
— И с каких пор рекруты дезертируют с Кариды? — удивился Орсан.
— Империя напала на Кариду, — понизив голос, сообщил Бондюрд. — Корабли на орбите, многие защитные системы — все разрушено.
— Слабо в это верится, — не скрывая скепсиса ответил Макено. — Зачем это делать имперцам? Пусть Карида и держалась особняком, но в то же время Империи была верна.
— Не знаю, сэр, — покачал головой бывший кадет. — Прилетела целая эскадра, атаковала. Большие разрушения, тысячи погибших…
— И что было дальше?
— Они требовали капитулировать, но посол Фурган отказался. Имперцы еще какое-то время пробыли на орбите, а затем, большая часть их флота ушла, оставив несколько разрушителей для поддержки блокады, — сообщил пират. — Нам никто ничего не объяснял, но вооружили абсолютно всех, даже тех, кто только начал обучение.
— Вроде тебя и твоих соучастников, — сделал вывод капитан.
— Да, сэр.
— Что произошло с кораблями на орбите? — поинтересовался Макено. У Трауна имелась привычка захватывать все имперское. И несколько звездных разрушителей это весьма интригующий «презент».
— Они ушли, сэр. Не стали связываться с флотом Новой Республики, прибывшим в систему. Куда именно — не знаю.
— Республиканцы узнали, что оборона Кариды разрушена и решили захватить ее, — сопоставил факты Орсан.
Республиканцы давненько точили зуб на Кариду. Несколько раз блокировали ее, отрезая от остальной части Империи. Пытались подкупить, запугать, иными способами привлечь на свою сторону.
Но Фурган держался стойко, оставаясь верен имперским идеалам.
Неудивительно что, когда стало ясно о бедственно положении Кариды, стервятники пришли сделать все необходимое, чтобы в тылу не оставался более такой крепкий имперский Осколок.
Однако, эта ситуация открывала и для Доминиона окно возможностей. Если они вовремя прибудут и помогут Кариде, то те, атакованные сперва Империей, затем Новой Республикой, непременно захотят получить сильного союзника, который бы обеспечил им безопасность.
Доминион не будет долго метаться. Карида, с ее военным и образовательным потенциалом гораздо важнее чем Келада и Часин вместе взятые. А раз так, то нужно переговорить с командиром. Тот свяжется с Трауном, а гранд-адмирал непременно скажет двигаться эскорту каравана к Кариде.
Транспортные перевозки могут и подождать.
— Насколько тяжело положение на Кариде после атаки Новой Республики? — спросил Макено.
— Ни на сколько, сэр, — покачал головой Бондрюд. — Боевых действий не было. Новая Республика прибыла не как завоеватель, а как союзник.
— Быть того не может!
Орсан подумал, не маловато ли он отделал этого мелкого засранца. А ведь это был рабочий подход: избить, чтобы заставить паниковать и впасть в шок, а затем, не тратя время на долгие подготовительные работы, получать ответы.
— Так и есть, сэр, — натянуто, но печально улыбнулся Бондюрд. — Нам просто объявили, что отныне мы сражаемся на их стороне.
— И ты дезертировал, — прищурился Макено.
— Два отделения меня поддержали, — согласился бывший штурмовик. — Мы захватили их медицинские корабли и сбежали.
— И куда же намеревались податься? — поинтересовался Орсан, подводя к ключевому моменту разговора.
— Империя и Республика отпали сами собой, — пояснил дезертир. — До Альянса или Кореллии еще добраться нужно. Да и кому мы там нужны? Желания служить в штурмовиках у нас как-то нет… Вот и решили имитировать нападение на ваш конвой, чтобы показать какие мы прекрасные каперы. Я слышал, что гранд-адмирал Траун в прошлом году нанимал каперов…
Что ж, теперь все ясно.
По крайней мере ключевые вопросы совмещены с ответами.
Макено поднялся со стула, кивнув спецназовцам.
— В камеру его.
— Но, сэр, мы же никого не убили! — встрепенулся пленник. — У нас два корабля и…
— Они и ваш груз конфискованы в качестве компенсации за нападение на конвой Доминиона, — кстати, там в самом деле были медицинские препараты и оборудование. А, самое главное, немало бакты. Похоже республиканцы решили продемонстрировать жест мира и оказать помощь раненным. А дезертиры уперли эту самую «руку дружбы». Даже две. — А твою судьбу, и тех из твоих товарищей, кого мы не прикончили, решит трибунал в метрополии. Увести!
До того самого момента, как его вытащили из допросной, бывший дезертир смотрел на капитана флотского спецназа такими глазами, будто бы его ранили в самое сердце.
Нет, а что он хотел? Думал, что внедрит в экипаж свои людей, выведет из строя навигационный компьютер и покажет какой он крутой, раз сумел провернуть такое? Надеялся, что этого хватит, чтобы заполучить каперский патент?
Единственное, на что достает его абсурдного способа заявить о себе, так это трудовой лагерь.
Нет, серьезно, на что рассчитывали эти молокососы?
В техническом отсеке базы никого не было.
Справедливо, учитывая, что за стенами комплекса воцарилась местная ночь; персонал направился в жилые комнаты.
Лейтенант Фал-Кон бодрствовал, как и половина его людей. Опытный и думающий командир не ограничивается тем, что готовит список нарядов. И бездумно не спускает обязанности по проверке несения караульной службы своими бойцами на младший командный состав.
Да, он верил своим бойцам и знал, что в боевой обстановке никто из них не спасует и сделает работу как следует. Но также он знал как расхолаживает бойцов нахождение в тылу.
Очень легко забыть, что все они сейчас находятся «в подвешенном» состоянии. Особенно, когда ракетные десантники приставлены охранять сверхсекретную исследовательскую базу флота, местоположение которой уж явно знает крайне ограниченный круг разумных.
Флот на орбите, патрули в системе, системы охраны периметра и датчики движения вокруг комплекса вкупе с тайной, окутывающей название и координаты мира, на котором находилась база контр-адмирала Мора… Все это могло вселить в ракетных десантников чувство ложной безопасности.